Пришли две пожилые соседки с горящими глазами, вот такое письмо принесли: «Помогите решить вопрос с досмотром члена ЖСК – недееспособной Марией Петросовой, которой 92 года. Опекун поселил к ней студента, а тот дома бывает редко и за бабушкой не ухаживает. Старушка, как может, готовит сама. Один раз чуть пожар не устроила. Не закручивает краны, заливает соседей. Жильцы дома живут в постоянной тревоге за свою жизнь и имущество».
Там еще были подробности, но суть и так понятна. Собирают подписи – мол, чем больше народу впишется против бабки, тем лучше.
– А бабушка из какой квартиры? – спрашиваю.
– Третий подъезд, 54-я, однокомнатная у нее, над Матвеевыми.
– И что, правда, соседей заливает?
– Нет еще, но зачем ждать-то? Скоро и зальет, и спалит. Она ничего не соображает уже, вы понимаете? Мы же в суд подавали как раз после того, как бабуля молоко на электроплитку поставила и заснула. Мы тогда правление собрали и решили, что ее надо лишить дееспособности и в интернат отправить. Так, представляете, медики из службы опеки были против: говорили, что она вполне может себя обслуживать. А когда суд удовлетворил наш иск, помогли ей опекуна найти.
– Что значит помогли?
– Да не знаю я, откуда они его выкопали – мужик из райцентра, километров 60 от города. Так он сам с ней жить не может, вот студента и подселил. А тот дома почти не бывает, на выходные домой уезжает – да и как молодой парень будет за старушкой ухаживать?
– Знаете, я тут не так давно живу, старушку эту ни разу не видела и от вас впервые слышу о каких-то проблемах. Не буду я ваше письмо подписывать, извините.
– Как это не будете? Мы ведь как на пороховой бочке живем. Вам трудно, что ли? Девяносто лет – это уже не человек, а обезьяна! Такие должны жить в интернате!
Дверь закрыла и думаю: странные они какие-то, сами уже пенсионерки. Неужели тоже в интернате хотят смерть встретить?
Через пару месяцев пришли люди из управления здравоохранения, типа проверка, опрос жильцов по жалобе соседей:
– Вы Марию Федоровну Петросову знаете?
– Слышала про такую, – отвечаю, – а что случилось?
– Жалуются соседки на нее – мол, выжила старуха из ума, все в доме бояться за свою жизнь. Вы слышали о происшествиях? Может быть, видели пожарных или скорую во дворе? Или жильцы что-то говорили?
Как и в прошлый раз, сказала, что не видела и не слышала ничего. И решила узнать, что же медики думают о ситуации, когда человек в 92 года живет без присмотра. Одна из женщин, явно старшая по должности, устало вздохнула и рассказала:
– Марию Федоровну мы давно знаем – она уже больше 15 лет одна живет. Старушка дважды вдова, детей у нее не было. Здоровье у нее в пределах возрастных изменений, единственная проблема – катаракта, в последние годы резко снизилось зрение.
Иск о лишении дееспособности подали члены правления ЖСК. Они не знали, что племянник второго мужа много лет поддерживает с бабушкой отношения и навещает ее. Он и оформил опекунство.
– А соседки говорили, что это какой-то посторонний мужик.
– Они о родственниках узнали только в зале судебного заседания. Он сам переехать не может, поэтому подселил к подопечной своего родственника и еще нанял женщину, которая приходит дважды в неделю – готовит и убирает, покупает продукты. И сам приезжает раз в неделю. Дай Бог, чтобы каждый опекун так себя вел. Пусть бы бабуля дожила до конца своих дней в собственной квартире: для старых людей переезд всегда большой стресс, тем более в формализованную атмосферу. К тому же в ее состоянии постоянное медицинское наблюдение не требуется, ведь старость – не психическое отклонение.
– Но ведь говорят, что она газ не выключает и краны не закручивает.
– Это две ее соседки, одна сверху, другая сбоку, всюду такое пишут. Только ничего не подтверждается – даже не вызывали ни разу спасателей или газовиков. Зато сразу после решения суда эти две активные пенсионерки ворвались в квартиру к престарелому человеку, вынесли из кухни холодильник, а дверь в кухню забили гвоздями – вдруг эта сумасшедшая газ забудет выключить. И по сей день ходят со своими страхами и жалобами по разным инстанциям. Лучше бы помогли чем-то старому человеку, хоть хлеба принесли бы из магазина.
– И что теперь? Заберут старушку в интернат?
– Мы по-прежнему считаем, что нет такой необходимости. Пока вот соседей опрашиваем. Но две женщины из ее подъезда мечтают отправить ее в интернат. Кажется, у одной из них сын хочет купить себе эту жилплощадь.
– Так есть же родня!
– Это и спасает пока ситуацию.
Грустно все это. Стыдно. Я вот честно говоря, от души желаю активисткам этой грязной тяжбы дожить до «возраста обезьяны».
P.S: Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал