Две империи

За несколько месяцев до смерти, в 83 года, Шэнь Чжоу (沈周, 1427-1509) — один из величайших мастеров эпохи Мин — рисует картину, на первый взгляд скромную: петух стоит под роскошной хризантемой, размером раз в пять больше его самого — такая, что даже бамбуковая палочка подпирает её стебель, будто она вот-вот упадёт от собственного великолепия. Бабочки порхают, травка растёт — всё по-домашнему мило. Но на самом деле это — философский манифест в жанре «цветы и птицы», замаскированный под подарок другу...

«Образ тридцати шести вершин Хуаншаня» — это живая философия на кончике кисти великого китайского художника и реформатора Ши Тао (石涛, 1642–1707). Интересно, что сам мастер не давал работе такого названия — в его тексте просто нет числа «тридцать шесть». Оставляя надпись в 1705 году, стареющий Ши Тао вспоминает свои прогулки по горам. Грустит, что здоровье больше не позволяет ему опираться на трость на любимых склонах Хуаншаня, и задается вопросом: «Кому теперь передать это чувство (意 - мысль, замысел, образ)?»...

Знакомьтесь, это Чэнь Чунь (陈淳, 1483 — 1544, он же Байян) — человек, который в XVI веке был одним из тех, кто устроил тихую революцию в китайском искусстве. Он был «золотым мальчиком» своего времени: родился в богатой ученой семье, жил в роскошном поместье, окружённом садами Сучжоу, и общался с элитой. В те времена ценили утончённую и интеллектуальную манеру письма. Даже свободное се-и (写意, живопись идеи) оставалось сдержанным и выверенным. Чэнь Чунь, как и все, начинал с классики. Он пришел к великому мастеру Вэнь Чжэнмину, поучился у него...

Бывает в жизни так: зашёл за огурцами, а вышел с шедевром национального значения. Примерно это случилось в 1920-х годах с японским художником Сэйхо Такэути (竹内 栖鳳, 1864–1942), когда он был проездом в городке Нумадзу. Проходя мимо овощной лавки, он увидел кошку с пронзительными ярко-голубыми глазами и такой харизмой, что художник так и ахнул: «Да это же кошка императора Хуэй-цзуна!» (Был такой китайский правитель в XI–XII веках — политик никудышный, страну профукал, зато котиков рисовал божественно)...

Эта история о старике-огороднике взята из книги — «Чжуан-цзы». Это классика даосского «троллинга» в адрес прогресса и конфуцианской суеты. Однажды мимо огорода проходил Цзы-гун (ученик Конфуция). Он увидел, как старик мучается: спускается в глубокий колодец, набирает кувшин воды, вылезает и поливает каждую грядку вручную. Работа шла медленно, а сил тратилось неимоверно. Цзы-гун, как типичный «консультант по эффективности», подошел и сказал: — Послушай, старик! Есть же приспособление — колодезный журавль...