Женские романы о любви

День начался с обычной вакцинации. Поехали в квартал. Прошли во двор дома, где под навесом уже ожидали несколько семей, собравшихся с близлежащей округи. Видимо, сочли, что их собственные условия недостаточно хороши для врачей, вот и пришли к соседу. К такому медики уже привыкли, поэтому сразу приступили к работе, ничему не удивляясь. Да и какой в этом смысл, если многие горожане приходятся друг другу родственниками? Народу здесь немного. Пришлые бывают редко. Вот и получается, что из десятилетия в десятилетие живут одни и те же семьи...

Коридор административного крыла встретил Бушмарина стерильной тишиной. Он прошёл до конца левого крыла, миновал приёмную, где за столом восседала старшина Лужина – сегодня, против ожидания, она не стала чинить препятствий, а лишь коротко кивнула: «Проходите, ждут», – и шагнул в кабинет. За столом сидела Рубцова. Рядом, на стуле для посетителей, – Соболев. Подполковник выглядел напряжённым: сидел выпрямившись, положив руки на колени, и смотрел куда-то в угол, избегая встречаться взглядом с Бушмариным...

На следующее утро Валентина Парфёнова отправилась в путь. Транспорт в хозяйственном взводе ей выделили безо всяких разговоров – видимо, приказ, подписанный лично Гренадёршей, возымел своё магическое действие. Более того, за рулём оказался тот же самый УАЗик и тот же самый водитель – Степан, коренастый, молчаливый мужик с прокуренными усами и вечно прищуренным левым глазом. Он только кивнул, когда Валя забралась в кабину, и бросил коротко: «Куда на этот раз?» – «В Плакуновку», – ответила она. Степан хмыкнул, включил передачу, и УАЗик, дребезжа всем своим видавшим виды кузовом, покатил к воротам...

В томительном ожидании прошли почти двое суток. Всё это время Буран почти не выходил из кабинета, лишь изредка спускаясь в столовую, где равнодушно ковырял вилкой в тарелке, не чувствуя вкуса еды. Он спал урывками, по три-четыре часа, и каждый раз просыпался в холодном поту – снились одни и те же кошмары: Король стоит над ним с пистолетом, улыбается своей холодной, самодовольной улыбкой, а за спиной люди в чёрных костюмах-тройках, у которых на лицах есть только рты, растянутые в жутких ухмылках, и за тонкими губами – острые зубы в несколько рядов, как у акул...