Я стою на коленях под её столом, и внутри у меня всё падает вниз.
Ну всё.
Конец.
Меня спалили.
Сердце колотится где-то в горле, в висках стучит кровь, ладони становятся липкими. Я чувствую, как по спине течёт холодная струйка пота. Даже идиот на её месте понял бы, что я что-то искала в её кабинете.
– Что вы тут делаете? – повторяет она, и в голосе уже не просто удивление, в нём растёт злость.
Только скандала мне не хватало!
Она входит в кабинет и закрывает за собой дверь. Медленно. Как кошка, которая загнала мышь в угол и теперь наслаждается моментом.
Я поднимаюсь на ноги, лихорадочно соображая. У меня есть всего несколько секунд, чтобы придумать убедительную отмазку. Что сказать? Зачем я рылась в её столе? Почему стою здесь, когда она меня с поличным застала?
Правду сказать нельзя.
Сказать, что искала флешку, тогда я никогда в жизни не докажу, что это она украла мою диссертацию, а не я!
Сказать, что потеряла что-то – не поверит, потому что я уже всё собрала и застегнула сумку.
Я смотрю на Адель. Она стоит, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с таким выражением, будто вот-вот начнет звать на помощь и кричать, что ее грабят!
И тут я случайно опускаю взгляд в свою сумку.
Постойте, а это что такое?
Из полуоткрытой сумке, которая лежит рядом со мной на полу, торчат два аккуратных края белой бумаги.
Я замираю.
Это же путевки! Те самые, которые Игорь покупал их около месяца назад, когда ещё делал вид, что у нас нормальная семья. Он хотел на выходных съездить в за город с Гошей, арендовал небольшой домик в лесу, про который я напрочь забыла в свете событий.
В голову мгновенно приходит совершенно безумная идея.
Я решаюсь идти ва-банк.
Делаю глубокий вдох, выпрямляю спину и смотрю на Адель. Взгляд делаю мягким, почти извиняющимся.
– Адель, – говорю я, и голос звучит на удивление спокойно. – Я пришла тебе кое-что отдать.
Она хмурится.
– В смысле отдать?
Я ловко вытаскиваю из сумки два билета и протягиваю их ей.
– Я очень долго думала, – говорю я, делая паузу, будто собираюсь с мыслями. – Что зря подняла эту шумиху, Адель. Что я могу сделать, если люди друг друга полюбили?
Адель смотрит на билеты, потом на меня. В её глазах читается недоверие.
– Что это? – голос у нее слегка смягчается.
– Путевка, – говорю я. – Загородный отель. Бассейн, спа, три дня, две ночи. Мы с Игорем собирались ехать всей семьей, но… – я вздыхаю, развожу руками. – Я подумала, что не буду больше вам мешать. У нас с мужем мало общего. А вот у вас…
Адель хлопает глазами. Переводит взгляд с билетов на меня, с меня на билеты.
– В общем, – продолжаю я, – Вот путевка. Думаю, она вам теперь больше понадобится.
– Вы… вы серьёзно? – Адель не верит своим ушам. Она делает шаг ко мне, и её лицо начинает расплываться в улыбке.
– Бери, пока дают. Я поняла, что неправильно обиду в себе держать.
Адель ахает.
– Ой, Ангелина Витальевна! – выдыхает она. – Вы такая великодушная, мудрая женщина! Я даже не знаю, как вас благодарить! Я всё время говорила Игорю, что надо вам сказать о нас, а он упирался. Мол, у него семья! Ребёнок! А вы сами его отпускаете!
– Конечно, отпускаю, – говорю я, чувствуя, как внутренности скручивает от её слов. – Понимаю, что вы с ним будете отличной парой. Вы молодая, красивая, амбициозная. Ему такая и нужна.
Меня аж на смех пробирает. Она реально думала, что я его на привязи держу?
Адель светиться от счастья. Прижимает к себе путевки, смотрит на меня щенячьим, восторженным взглядом.
Даже не верится, что она так быстро поверила мне.
– Но ты извини, – говорю я, поднимая с пола сумку. – Мне уже пора бежать. Дел выше крыши. Перевод в новую лабораторию, оформление документов…
– Конечно-конечно! – Адель уже не слушает меня.
Она смотрит на билеты, перечитывает название отеля, что-то бормочет про спа-процедуры.
– А я уже думала, что нам конец! А теперь! Я пойду и скажу Игорю, что у нас будет шанс!
– Да-да, конечно, – я натягиваю улыбку и делаю шаг к выходу. – Есть вещи, которые я должна просто принять.
Адель благодарно провожает меня до двери. Мне даже на секунду кажется, что ещё немного и она бросится мне на шею. На всякий случай я отступаю от нее на шаг назад и выскальзываю за дверь.
Ох, как же это все было опасно!
Не будь у меня этих билетов, весь план бы насмарку пошел!
Я отхожу несколько метров от кабинета Адель. Опираюсь спиной о стену и стою так несколько секунд, чувствуя, как дрожат ноги. В ушах звенит. Сердце колотится, как бешеное.
Проходит еще секунда, и я, наконец позволяю себе выдохнуть и разжать ладонь.
В ладони лежит та самая флешка.
Серебристая, маленькая, незаметная. Здесь вся ее оформленная диссертация, презентация, материалы, автореферат.
Я успела выхватить ее из-под стола за секунду до прихода Адель и все это время держала ее в руках.
Сжимаю флешку в кулаке, будто получила доступ ко всем тайнам в мире и быстро иду к выходу.
Теперь осталось передать ее Соколову.
А дальше…
Дальше играть начнет он.
Я кладу флешку перед Соколовым на стол.
– Было тяжело, но я её достала, – говорю я, и голос звучит устало, но с ноткой удовлетворения.
Соколов смотрит на флешку. Потом на меня. Потом снова на флешку.
– Прекрасно, – он берёт её, вертит в пальцах. – Теперь дело осталось за малым.
– За малым? – переспрашиваю я, не веря своим ушам. – Мне казалось, самое сложное еще впереди.
Он передвигает флешку к себе, поближе к ноутбуку, и откидывается на спинку кресла.
– Нет. Основное мы уже сделали, Бубнова. Я позвонил всем своим спецам из совета, – говорит он буднично, как о чём-то само собой разумеющемся. – Они отправят работу на дополнительную проверку на плагиат и будут сверяться с отчётами твоих НИР. Я также инициировал специальную проверку компетентности твоего Бубнова.
Я открываю рот, чтобы поблагодарить его, но Соколов останавливает меня резким жестом.
– Ещё не время для этих соплей и благодарностей, – говорит он. – Надо действовать.
Он хватает телефон, набирает чей-то номер.
– Савина! Ко мне, живо! – рявкает в трубку.
Через секунду дверь открывается, и в кабинет вбегает молодая секретарша из приемной Соколова.
– Эдуард Витольдович, я слушаю, – говорит она, чуть запыхавшись.
Соколов протягивает ей флешку.
– Передай Молоткову. Он знает, что делать.
Секретарша берёт флешку. Смотрит на неё. Потом на меня. Потом снова на Соколова. В её глазах мелькает удивление. Кажется, она очень удивлена видеть меня в кабинете Соколова, только вот неясно, почему. То ли потому, что с ее боссом общается девушка, которую она никогда не видела раньше, то ли потому, что Соколов передаёт флешку какому-то Молоткову с таким видом, будто на кону стоит судьба всего человечества.
– Савина, что стоишь, глаза разинула? – Соколов хмыкает. – Молоткову флешку отнеси, а потом кофе сделай. Живо.
Она мгновенно оживает, кивает и скрывается за дверью.
Я смотрю на Соколова и невольно улыбаюсь.
– Узнаю Соколова, – говорю я. – Ты как грубиян и был, так и остался.
Он усмехается.
– Так а чего мне с ними любезничать? Я шеф, или кто? – он разводит руками. – Это я только для своих слабину дать могу. А остальные пусть своё место знают.
Я смотрю на него и думаю, что интересный он всё-таки мужик. Для тех, кто не знаком с ним близко, он вообще сошёл бы за отпетого грубияна. Резкого, жёсткого, циничного. Но на самом деле он человек слова. Сказал - сделает. И всегда помнит тех, перед кем в долгу.
Таких сейчас почти не осталось.
Он перехватывает мой взгляд.
– Я женщин на работу, кстати, не особо люблю нанимать, – говорит он вдруг.
Я удивлённо поднимаю брови.
– Это ещё почему?
– Почему? – он кривит губы. – Ну, это декреты вечные, больничные, отгулы. Многие говорят, что я бессердечный, но я считаю себя практичным. Женщины должны либо работать, как ты, – по-настоящему, с головой, с полной отдачей. Либо дома сидеть. Третьего не дано.
– И что? – усмехаюсь я. – Жена у тебя тоже дома сидит?
Соколов начинает заливаться смехом. Громко, искренне, от души. Я даже не ожидала от него такой реакции.
– Жена? – переспрашивает он, вытирая выступившие слёзы. – Тоже мне скажешь! Я что, похож на сумасшедшего, чтобы в это болото лезть?
Он встаёт, подходит к окну, смотрит на улицу.
– У меня и так в жизни всё хорошо, – говорит он. – Состою в совете, наживаю связи. Клинику открыл лет пять назад. Теперь мы одни из лучших на рынке. Зачем мне, чтобы кто-то мозг выносил?
Я усмехаюсь про себя. Ну да. Он тот ещё циник, конечно. Не встретил ещё, видимо, свою женщину. Или встретил, да не ту. И теперь судит обо всех по одному неудачному опыту.
– Я за годы жизни уже столько переведал от этих женщин, – продолжает он, не оборачиваясь. – Что от самого большого врага больших козней не ожидаешь. Поэтому женщина… – он делает паузу. – Либо для постели, либо для кухни. Но сердце моё отдано работе.
– А сердце-то хоть у тебя есть? – спрашиваю я с лёгкой иронией.
Он оборачивается. Смотрит на меня. В его глазах мелькает что-то неуловимое. Что-то, чего я раньше не замечала.
– Есть, – говорит он тихо. – Но я не хочу об этом.
Мы молчим несколько секунд. В кабинете наступает какая-то особая тишина. Только часы тикают на стене и где-то далеко слышны голоса в коридоре.
– Ладно, – вздыхаю я. – Кто я, чтобы тебе морали читать, Соколов? Каждый живёт как умеет.
– И то правда, – он возвращается к столу, садится напротив. – Нам бы с тобой дело обсудить. Ты узнала, когда повторная защита у этой малолетней?
– Через неделю, – говорю я. – Точнее, через восемь дней. Объявление уже повесили.
Он кивает, открывает ноутбук, начинает что-то искать.
– Должны успеть. Да и флешка у нас есть!
Он продолжает что-то печатать, не поднимая на меня взгляд.
–Угу, – поддакиваю задумчиво . – Только я до сих пор не понимаю, чем тебе поможет флешка. Если Адель поймёт, что потеряла её, то просто возьмёт новую и всё. А все данные у неё всё равно на компьютере.
Соколов поднимает голову. Смотрит на меня с таким выражением, будто я сказала, что земля плоская.
– Бубнова, ты что? Как вчера родилась? Сейчас есть технологии, которые позволяют занести вирус на флешку. Причём вирус селективный. Не сразу меняет данные на компьютере, а в нужный момент. Таким образом, мы сможем контролировать всё, что она делает. И главный удар нанесём накануне, когда что-то исправить будет уже невозможно.
У меня перехватывает дыхание.
– То есть… – начинаю я, не веря своим ушам. – То есть ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, – перебивает он, – что мои специалисты внесут кое-какие изменения в её презентацию и заменят кое-что в тексте диссертации. Посмотрим, что на это скажут в совете, когда она начнёт защищаться.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Извинений не дождешься!", Панна Мэра ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7
Часть 8 - продолжение