Чтобы завершить краткий экскурс в фантастическую составляющую творчества новосибирского писателя Михаила Михеева, мне осталось рассказать лишь о его повести "Год тысяча шестьсот...". Читайте пятую статью моего обзора жизни и произведений отца сибирской фантастики Михаила Петровича Михеева, предыдущие четыре материала - см. в этой подборке.
Впервые фантастическая повесть Михаила Михеева "Год тысяча шестьсот..." была напечатана в 1984 году в двух десятках осенних выпусков (с 18 сентября по 11 декабря) газеты "Молодость Сибири". В том же году она вышла в журнале "Сибирские огни" (№ 11, 1984), а в 1985-м - отдельным изданием в Западно-Сибирском книжном издательстве. Михаил Петрович дорабатывал давно начатую повесть на восьмом десятке своих лет, что не помешало ему с юношеской энергичностью писать о невероятных приключениях очень молодых героев, неожиданно оказавшихся в прошлом.
Ника Федорова - фехтовальщица, мастер спорта, студентка иркутского института и Клим Соболев - выпускник исторического факультета МГУ, боксер в среднем весе и тоже мастер спорта, участвовали в международной студенческой Универсиаде на Кубе. Здесь они и познакомились. Оба не проиграли ни одного боя. Перед финальными встречами, которые должны пройти в Гаване, спортсмены, которым требовалась разрядка после серии напряжённых поединков, получили небольшую передышку.
"Администратор гостиницы - сам в прошлом боксер - любезно предложил Климу Соболеву свою моторную лодку. Ника не возражала против прогулки по спокойному темному морю. Клим сел на корму, к подвесному мотору. Они сделали хороший круг - до торгового порта и обратно". Новоиспечённые друзья и предположить не могли, что морской моцион закончится для них неожиданным переносом в прошлое. Но сначала Ника и Клим оказались на борту яхты, куда их пригласил её хозяин, дон Мигель де Сильва - высокий тощий старик, очень похожий на Дон Кихота, каким его привыкли изображать на иллюстрациях все художники мира. Молодые спортсмены провели некоторое время в каюте дона Мигеля за интересной беседой о событиях прошлого и настоящего под бутылочку уникального старинного вина.
Помимо прочего, де Сильва, рассказал Нике и Климу о своём брате, талантливом физике, который был простым преподавателем: "Он мог бы стать таким же известным, как, скажем, Бор, Ферми или Поль Дирак. Не думайте, что я что-то знаю об их работах, я говорю со слов брата. Он, например, разработал теорию, которую выражал так: свершившееся существует!... Брат утверждал, что окружающий нас мир обладает памятью, все когда-либо происходившее оставляет после себя следы, программу, по которой могут развиваться действия в другом мире, отстающем от нашего по времени, как и мы следуем программе мира, существовавшего впереди нас…".
Брат дона Мигеля не только разработал эту теорию, он нашел ей и практическое применение - создал соответствующий аппарат, позволяющий заглядывать в прошлое - переноситься в "другой мир". Неспроста эпиграфом к своей повести Михеев выбрал слова Марка Твена: "Вы, конечно, слыхали о переселении душ?..". Два года назад изобретатель погиб, как сказал дон Мигель "от мушкетной пули". Можно догадаться, что смерть настигла его где-то в "других" временах, ведь братья время от времени пользовались аппаратом.
А далее в повести волей и фантазией автора неодолимые обстоятельства вокруг Ники и Клима складываются так, что они вынуждены машиной времени (она представляет собой кресло, спрятанное в большом ящике с откидывающейся крышкой) воспользоваться. Молодые люди терпят кораблекрушение и, спасаясь в ящике дона Мигеля, перемещаются на три сотни лет назад, в "год тысяча шестьсот...".
Здесь, в семнадцатом веке, и разворачиваются главные приключения героев: русские спортсмены попадают в руки испанских пиратов, общаются с работорговцами и голландскими купцами, применяют хитрость и смекалку, дерутся за свою свободу. При этом Ника - прекрасная фехтовальщица - участвует в ряде опасных поединков и, отстаивая свою честь, бесстрашно сражается на шпагах со свирепыми мужчинами семнадцатого века.
Учитывая, что на носу - праздник 8 Марта, отдельно отмечу, что создавая образ Ники (спортсменки, патриотки, красотки), автор в очередной продемонстрировал, какой должна быть, по его мнению, настоящая советская девушка. А я в очередной раз вспоминаю отважную Зину Вихореву из повести Михеева "Тайна белого пятна" и бесстрашную, но скромную научную сотрудницу Института витаминов Татьяну Майкову из "Вируса В-13". Михаил Михеев в своё время писал: "Уважение к приключенческой литературе я сохраню на всю жизнь.... Увлечение ею в юности, в пору становления характера, воспитывало меня, заставляло подражать её героям, учиться у них мужеству, упорству и тому романтическому отношению к женщине, которое всегда являлось для меня мерилом цельности мужского характера".
Боксёру Климу тоже приходится в трудные минуты применять свое спортивное мастерство, но именно Ника (одно имя девушки чего стоит!) выдвинута автором на первый план рискованных авантюр. Неспроста эта повесть Михеева пользовалась в восьмидесятые годы, как мне пишут в комментариях, успехом не только у старшеклассников-мальчишек, но и у девочек (у девочек - в первую очередь!). Пришельцы из современного мира оказываются вовлечёнными в интриги и тайны мадридского двора, связанные с судьбой испанской короны. Они передают секретное послание внебрачному сыну короля Филиппа Четвёртого, которого когда-то, ещё ребёнком, герцог Оропеса спрятал на Ямайке, во флибустьерском городе Порт-Ройял. Кстати, Порт-Ройял вот-вот (7 июня 1692 года) будет уничтожен сокрушительным землетрясением, сопровождающимся цунами.
Наши герои о надвигающейся катастрофе знают (ведь Клим - историк), поэтому, прибыв на Ямайку накануне гибельного локального апокалипсиса, стараются завершить свои дела до его начала. Между делами Клим и Ника освобождают рабов-негров, а заодно двух шведов и одного русского из неволи. Возвратившись в родное время, уже после прилёта с Кубы наши герои посещают писателя, будущего автора повести (как бы Михеева), в Новосибирске, чтобы рассказать ему о своей темпоральной одиссее.
Сегодняшними российскими "фантастами" написаны сотни романов о перемещениях в прошлое, в которых тысячи "попаданцев" без зазрения совести и колебаний перекраивают отечественную историю и так, и этак. Советские фантасты к этой теме относились более аккуратно, да и произведения, связанные с хроноперемещениями, встречались в массиве советской фантастики не так обильно, как нынче. Но всё же встречались. О некоторых я здесь даже рассказывал, см. мою подборку "Обзоры произведений советских фантастов о путешествиях и перемещениях во времени". К текстам, упомянутым и рассмотренным в подборке, можно добавить роман "Голубой человек» (1966) Лазаря Лагина, о творчестве которого я здесь неоднократно писал, и повесть "Зеркало для героя" (1983) Святослава Рыбаса. Повесть "Год тысяча шестьсот..." Михаила Михеева занимает на полке советской хронофантастики своё, вполне достойное место.
Перечислю издания, в составе которых выходила повесть М. Михеева "Год тысяча шестьсот...". О первых публикациях в 1984 году в газете "Молодость Сибири" и журнале "Сибирские огни" я уже сказал выше. В следующем, 1985-м году повесть вышла отдельной книжкой в Новосибирске. Кроме этого, она печаталась в составе следующих сборников фантастики (перечисляю по мере выхода): "Тайфун в закрытом секторе" (1992) серии "Румбы фантастики/ Школа Ефремова" издательства "Молодая гвардия"; Милые роботы" (1994) издательства "Вен-Мер"; "НЛО из Грачёвки" (2002) серии "Зазеркалье" издательства "Вече" (см. коллаж из обложек ниже).
Исследователь творчества Михаила Михеева литературовед Юлий Мостков отмечает: "Эта повесть написана с таким молодым задором, с таким безоглядным удальством, в ней так прихотливо смешались краски прошлых веков и наших дней, поступки людей давно прошедших времен и оценки наших современников, что самым фантастическим кажутся не приключения героев, а то, что вихрь головоломных сюжетных пируэтов возник по воле автора, перешагнувшего на восьмой десяток. Снова – в какой уже раз? – приходится вспоминать признание М. Михеева: «мое детство прошло под кокосовыми пальмами... среди звона шпаг и пиастров и грохота мушкетных выстрелов». Теперь в эту романтическую страну приключений писатель ведет юных. С какой целью? Тут и дань романтике, которая так нужна отроческим душам, и мысль о том, что мы вознесены на высоту временем, в котором нам выпало жить (именно поэтому Ника, владея мастерством современной фехтовальщицы, играючи побеждает самых отчаянных рубак-пиратов). Тут и раздумья о том, как незаметно для людей, но властно время кладет на разум и души свой отпечаток (вспомним, что и Клим, и Ника испытывают своеобразное «давление» времени, в которое попали, и порой сами удивляются собственным словам и поступкам".
Действительно, умудрённый жизнью писатель Михеев сумел сохранить редкое умение видеть возможные события своих книг незашоренным, свежим, юным взглядом, сочинять и показывать происходящее как бы с точки зрения молодого человека. Вместе с героями своих произведений автор азартно участвует в их эскападах и приключениях. При этом в рассмотренной нами повести "Год тысяча шестьсот..." внимательный и опытный читатель непременно почувствует лёгкую пародию на классические пиратские и приключенческие романы, этакую едва уловимую улыбку автора, которая говорит, что не стоит чересчур серьёзно воспринимать всё поведанное рассказчиком.
Донат в поддержку канала может быть небольшим, но искренним!
Ещё о жизни и творчестве Михаила Петровича Михеева на моём канале:
Любовь, добрые роботы и злые изобретатели в фантастике Михаила Петровича Михеева
Милые роботы Михаила Михеева на Земле и в космосе
"Вирус В-13" - образец советского шпионско-приключенческого памфлета с элементами фантастики
О сборниках советской фантастики пятидесятых и шестидесятых лет:
ДОРОГА БОГАТЫРЕЙ: о первых сборниках советской фантастики
ДОРОГА В СТО ПАРСЕКОВ: о сборнике советской фантастики
НЕВИДИМЫЙ СВЕТ: о сборниках советской фантастики конца пятидесятых
Серия "В мире фантастики и приключений". Сборник "Янтарная комната"
Подборка: Фантастика о чтении мыслей
Подборка: Путешествия во времени
Подборка: Затерянные миры