Общинность – ментальное свойство русских и важная сторона жизни русской деревни. Однако, в наше время общинное влияние на человека сильно ослабло, что отчасти связано с дискредитацией самого этого понятия. Мы, как наследники постсоветской действительности за каждой общиной и объединением людей привыкли видеть призрак социализма, коммуналки и обязаловки, деспотизма и насилия над личностью, а за деревенской общинностью – колхоз со всевозможными искажениями. Страхи эти понятны, т.к. людей много лет «держали» вместе, навязывая государственный коллективизм. Следствием этого уже в постсоветское время послужило стремление людей абстрагироваться от общества, огородиться, что на селе выразилось в массовом строительстве заборов. Несомненно, в общинности есть много минусов, которые неприемлемы для современного человека с его развитой индивидуальностью. Можно рассматривать крестьянскую общину – как некий этап развития, который в советское время подвергся внутреннему кризису (прежде всего внутреннему, т.к. сильную общину не могли разрушить никакие комсомольские активисты из города, во многом ее разрушили сами члены общины) и после войны окончательно исчез. Но было бы неверно ставить знак равенства между общиной и колхозом, т.к. отличий было гораздо больше чем сходств. Это и способ управления, и хозяйственные цели, и социальные связи и много еще чего, о чем речь шла ранее.
Ныне пытаться восстановить крестьянскую общину на селе, такая же утопия, как надеяться на возрождение монархии. Эту сторону жизни навряд ли можно вернуть, что наглядно доказали Анастасьевцы в своих родовых поместьях. Но полностью отвергать общинность – эта другая крайность, которая также ошибочна. Социальная разобщенность, городское молчание, одиночество и иные современные социальные проблемы общества – это ненормально. Человек – существо социальное, он не может жить и развиваться вне общества.
Есть и иной онтологический смысл общины – без наличия другого человека нельзя проявить любовь – нельзя почувствовать симпатию, оказать милость, пожертвовать ради другого своим. «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мк. 12:31) – только через ближнего можно возлюбить и Бога. Христиане определяют Бога как любовь. В этом определение уже заложена тайна Троицы. Первая и вечная любовь – это любовь между ипостасями Бога. Отец любит Сына, Сын – Отца, и любовь эту объемлет и в нее проникает Святой Дух. Любовь была прежде мира, она и стала причиной его сотворения. Бог не мог бы быть любовью, не обладая в то же время троичностью, то есть и общинностью («Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Матф. 18:19). Философ Н.Ф. Федоров, всегда особо выделявший Святую Троицу в своих трудах, емко выразил данную мысль: «Жить нужно не для себя и не для других, а со всеми и для всех» [цитата по 1363].
С исторической точки зрения общинность как объединение страны вокруг одной высокой идеи или против внешней угрозы также всегда имела огромное значение. Есть множество примеров, когда от разобщенности наше общество под внешними обстоятельствами вынуждено было объединяться и вместе спасать страну и даже цивилизацию. Есть один яркий пример, объединивший в себе как геополитический, так и онтологический смысл общинности, о котором нельзя не сказать. Это объединение Руси вокруг Московского княжества в 14-15 веках. Духовным и идейным центром этого объединения, которое позже выразилось в известной концепции старца Филофея «Москва – третий Рим», была вовсе не Москва, а Троице-Сергиева лавра. Не случайно преподобный Сергий назвал свой монастырь Троицким. Для него в Троице крылась великая объединяющая сила – любви и народного согласия. Троица и стала этой главной духовной и идейной доминантой, благодаря которой у Москвы появилось право на «собирание земли русской». Рублевская Троица, написанная специально для Троицкого собора Сергиева монастыря, стала символом истинной русской соборности, главным образом Святой Руси.
Итак, общинность несет в себе глубокий религиозный и исторический смысл, без нее человек не может спастись и стать полноценной личностью. Без нее невозможно восстановление Русской Деревни в ее идеальном понимании. Что же можно и нужно сделать в этом направлении?
На этот вопрос не так сложно ответить. Надо только вспомнить историю зарождения общины. Сельская община произошла от родовой и состояла из группы семей. Таким образом, любая элементарная община – это семья. Это же и самая прочная связь между небом и землей. В семье заложена вечность небесная через союз бессмертных душ и вечность земная, через сохранение своего рода на земле. Только через продолжение рода можно сохранить себя на земле и сохранить русскую деревню.
Никто не знает доживет ли Россия до второго пришествия. Никаких гарантий тут нет. Православие на земле появилось раньше, чем Русь, оно может ее и пережить. Для Церкви важнее то, что имеет свойство вечности – а именно человек, его дух, душа и воскресшее в последствии тело. Россия, как земное царство, останется в земном мире. Доживет ли она до конца света не столь важно, т.к. все равно не сможет избежать своего уничтожения. Вечным останется Святая Русь, как часть Вселенской Церкви. Она и существовала всегда, вне времени. Также и Русская Деревня, как часть Святой Руси, небесного рая, будет пребывать вечно. Однако, само по себе свойство вечности не должно делать человека холодным и отстраненным от временного земного мира. Ведь земная жизнь – это тоже дар Божий, несущий глубокий смысл. Только через земную жизнь можно достигнуть жизни небесной. Поэтому нам дано тело, с которым мы встретимся при окончательном всеобщем воскресении и которое способно воспроизводить себя. Более того, мы обязаны это делать, ибо так сказал Господь: «Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:28) Это было сказано сразу после сотворения человека, еще до грехопадения, а значит это первая заповедь Божья данная человеку, что очень важно! Вся дальнейшая ветхозаветная история человечества – это тяжелый путь ко Христу, через продолжение рода. В сжатом виде этот путь представлен в первой главе Евангелия от Матфея («Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова…»). Для любого еврея, ожидающего Спасителя – рождение ребенка – это был дар Божий, это надежда на избавление от ада, еще один шажок к вечности. Поэтому бесплодные семьи поносились в обществе, как лишенные божьей благодати, отвергнутые Богом.
Но и после того, как Христос пришел в мир, эта заповедь не потеряла своей актуальности. Если внимательно читать Священное Писание, то можно заметить, что Господь редко отменял свои заповеди. Значение самых древних из них не устаревало, а приобретало более глубокий смысл, как бы раскрывалось через дальнейшую историю человечества. Об этом говорил и сам Христос: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить» (Матф.5:17). О семье и ее великом спасительном значении, как малой Церкви, много говорил апостол Павел, о чем речь шла ранее. В первом послании к Тимофею, он пишет о женском назначение еще конкретнее: «Спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием» (Тим. 2.15).
Таким образом, через создание крепких традиционных семей и продолжение рода можно восстановить самую элементарную общинность. Глядя на современную среднестатистическую русскую семью – эти задачи кажутся мало выполнимыми. Здесь есть чему поучиться у народов, сохранивших традиционные ценности (например, кавказские и среднеазиатские). На фоне меняющегося агрессивного мира они сумели сохранить свою культурную идентичность, свой язык и свои традиции. Они сильны своей сплочённостью, независимостью и устойчивостью. Брат помогает брату, отец – сыну, сын – отцу. Любой кавказец знает свой род до седьмого-восьмого колена. Красноречивые исследования профессора Ю.Г. Быченко в этой области уже приводились [1422]. Об этом же говорила и известный ученый Т.Г. Нефёдова: в чем кроется «секрет большей устойчивости нерусских хозяйств? – В сочетании демографического здоровья с разнообразием занятий? В крепких родственных связях, перерастающих в экономические отношения? В ответственности мужчин за семью, в четком разделении мужских и женских ролей...» [цитата по 1428]
В сущности, они всего лишь исполняют первую божественную заповедь («Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:28)). И данный божественный закон неумолим, как любой физический: кто размножается и продолжает свой род, тот и наследует землю, а кто не размножается – сгинет в анналах истории.
Однако следует оговориться. Во-первых, не все можно и нужно заимствовать у инокультурных общин, именно потому что многие нормы и представления слишком сильно отличаются от наших традиций. Во-вторых, зачастую данные группы бессознательно наследуют такую модель, т.к. вышли из аграрного общества совсем недавно. Значит есть риск, что в социокультурном плане они находятся на уровне дореволюционных русских крестьян, а значит могут быть незащищены перед искушениями современной цивилизации. Для большего обоснования устойчивости таких групп надо проводить многолетние исследования, охватывающие не одно поколение. Пока же прошло недостаточно много времени для того, чтобы делать окончательные выводы. В-третьих, как уже говорилось, в целом в мире происходит снижение темпов рождаемости, в т.ч. и в развивающихся странах. Демографический переход наступает и в странах Средней Азии, и на Кавказе [1430, 1435]. Он сопровождается отходом местного населения от традиционной модели семьи и общества. Это косвенно доказывает истинность предыдущего утверждения.
Раньше и русские не были лишены этой сплоченности на уровне рода и помогали друг другу. Эти уважительные и любовные отношения внутри семьи надо снова вернуть, что можно сделать через осознание ее высокого онтологического предназначения, о котором хорошо знали русские крестьяне. Но и сегодня, среди русских есть люди, подающие хороший пример. Это прежде всего, православные и некоторые старообрядческие общины, особенно православное священство. Возможно современная многодетная священническая семья – это лучшая модель русской традиционной родовой общины, которая согласуется с образом Русской Деревни. А православный приход – эту общинность поднимает до более высокого уровня Соборности, соединяясь через Церковь со Христом. Важно помнить, что обращение в Православии «Братья и сестры» - не является продуктом религиозного официоза, а имеет глубокий сакральный смысл. Через таинство причастия все члены Церкви становятся родственниками не только по духу, но и по крови, ибо в них течет одна Христова кровь. Не зря Христа еще называют и Новым Адамом: как через Адама все люди родственны, так и через Христа эта связь обновляется. Эта мысль должна еще больше воодушевлять людей на исполнение двух главных заповедей Божиих. В этом, возможно, и заключается всечеловеческая любовь по Достоевскому.
Русская родовая общинность при этом не может вести к нацизму, как это, к сожалению, распространено у многих нерусских народов (в этом отношении с них брать пример не стоит). Серьезный и глубокий взгляд на свой род приводит к мысли, что все люди братья не в духовном плане, а в физическом, все мы родились от Адама и Евы. А кровное братство противоречит идее о превосходстве одних народов над другими. Больного и слабого брата в нормальных семьях не бьют, а поддерживают, хотя бы потому что это твой кровный родственник. А в лоне Церкви Христовой, без которой русскую общину невозможно представить, эта родовая связь еще и освящается Богом, поднимаясь до небесной высоты. По слову апостола Павла: «и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10:17). Следовательно, и забота о немощных членах также только усиливается: «напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения (…) Бог соразмерил тело, внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены» (1 Кор. 12:22-26).
Речь не идет о бытовой стороне сельской общины дореволюционного образца. Хозяйствование сильно ушло вперед, интенсифицировалось и не требует участия большого числа людей. Дореволюционная же община сильно зависела от способа хозяйствования, придерживаясь традиционных экстенсивных форм. Возврат к ней невозможен, если только речь не идет о полном уходе из цивилизации. Очевидно, что абсолютное большинство людей на это не пойдет. Тем не менее даже в современных реалиях, с гипертрофированным индивидуализмом, полностью избежать бытового взаимодействия людей также не удается, т.к. всегда есть общие проблемы, которые и решать надо сообща. Возможно одной из самых оптимальных форм бытовой общности может быть кооперативное (артельное) движение – единство собственников, временно объединяющихся для выполнения конкретных задач. Например, в Ярославской области существует сообщество «Счастливые», объединяющее неравнодушных жителей нескольких сельских поселений, которые занимаются самыми различными задачами: помогают в трудоустройстве членам своей общины, организовывают дистанционное школьное обучение, занимаются ремонтом домов, реализацией своей продукции, устраивают ярмарки и мастер-классы, даже сами прокладывают асфальтовые дороги. [1363]
Таким образом, семья исполняет сразу две важнейшие Господни заповеди: «плодитесь и размножайтесь…» и «возлюби ближнего своего…». Выполнение этих родовых и общинных функций рождает истинную любовь. Только семья может обеспечить настоящее сбережение русского народа. Но такие крепкие традиционные семьи создаются не на пустом месте. Для ее образования нужны сильные личности, обладающие традиционным мировоззрением – люди-подвижники.
Таких людей даже в православных общинах не так много. К сожалению, много сил уходит на внешние атрибуты, о чем можно судить по вопросам, которые часто задают священникам: можно ли молиться по смартфону, как поститься, сколько читать акафистов и т.д. Не в осуждение будет сказано, но сложно человеку перейти от слов к делу, даже по отношению к себе. Сложно преодолеть самость и заставить себя измениться... «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Матф. 7:21). Форм общения с Богом множество и не все они относятся только к обрядовой составляющей. «Вера без дел мертва» (Иак. 2:26). Дела важнее молитв, а потому праведниками могут оказаться люди, совсем не помышляющие о своем спасении, а просто творящие дела милосердия и любви. Поэтому человек, спасающий русскую деревню, как мне кажется, не всегда может быть формально православным. Хотя очень хотелось бы видеть у таких людей какой-то разумный баланс между делами физическими и духовными.
Православные общины, как уже говорилось, малочисленны, по сравнению с остальным населением России. Влияние РПЦ на общество не так значительно, как это кажется. Уже 35 лет люди могут свободно посещать храмы, а православная среда так и не вышла за рамки социальной субкультуры, хотя и отмечается значительное ее увеличение и изменение половозрастного состава [1429]. Поэтому людей, не только желающих, но и способных преобразить русскую деревню крайне мало. И непонятно как сделать так, чтобы их стало больше. Всё в воле Божией. Однако это не повод расстраиваться, если вспомнить сколько может сделать один человек. То, что мы дошли до простых христианских истин, о которых знал каждый русский крестьянин через муки и кровь, через неоднократную гибель государства и всеобщее разочарование – бесценный опыт, который надо сохранить. Возможно крестьяне и были так легко обмануты в свое время, что не имели этого горького опыта. Те немногие, кто смог осознанно воспринять традицию сегодня, несомненно умнее и искушеннее и было бы неразумно потерять эти столь дорого доставшиеся знания. Таких осознанных носителей русской культуры не так много. Огромное маргинальное большинство во многом утеряло свою национальную и культурную идентичность, что в общем характерно для населения всех развитых стран. Чтобы русская культура сохранилась нужно сознательно к ней подходить, относиться бережно и уважительно, как к главному национальному богатству (и не только общенародному, но и личному). Только настоящее оживление традиции в семье может гарантировать ее реальное, а не формальное существование, которое сейчас в основном загнано в рамки отдельных субкультур, в музеи, архивы и воспоминания.
Напоследок хочется привести конкретные примеры таких деятельных людей-подвижников. Их жизнь – лучше всяких фактов и аргументов доказывает, что человек может очень многое. Они мало известны, более подробную информацию о них можно узнать по ссылкам, приведенным в конце книги. Не все из них стали крестьянами в прямом смысле этого слова, но безусловно все оказали благотворное влияние на жизнь и развитие русской деревни.
- Александр Маточкин. Русский этнический певец и сказитель былин, восстановивший их древнее исполнение. Профессиональный фольклорист и филолог (закончил филфак СПГУ), принимал участие в археологических и этнографических экспедициях на Русский север, Псковщину, Смоленщину и другие регионы. Также занимается традиционным рукописным искусством. Родился на Русском севере (Североморск). Имеет старинный дом в деревне, но постоянно проживает в Санкт-Петербурге. Отец восьмерых детей. [1343]
- Денис Антипов. Основатель артели русского традиционного северо-западного кулачного боя «Буза» (представляет собой виды борьбы, пляски, кулачного боя и систему использования оружия (палка, нож и пр.)). Также основал общественную организацию «Древо», продвигающую идею родовых поместий, но в православной интерпретации. Активный участник различных фольклорных фестивалей, ярмарок, соревнований и иных мероприятий. Все свободное время тратит на продвижение русской традиционной культуры. Перебрался из Череповца в маленький вымирающий городок Вологодской области. Отец троих детей. [1344, 1345]
- Михаил Коломыцев. Профессиональный музыкант-гармонист. Участник многих фольклорных фестивалей. В середине нулевых перебрался с семьей из Москвы в вымирающую деревню Кузнецово Тутаевского района Ярославской области. Помимо музыкальной деятельности занимается фермерством, имеет большое хозяйство – более полусотни овец и коз. Отец пятерых детей. [1346]
- Борис Акимов. Предприниматель и философ (к.ф.н.), основатель проекта Россия 2062, АНО «Большая земля», сообщества «Счастливые» в Ярославской области, Института Русских Исследований. Активный участник кооперативного и общинного движения. Инициатор развития прежде деградирующих сельских и отдаленных территорий: Териберки в Мурманской области, Княжево в Ярославской области и т.д. Сторонник идей А.В. Чаянова, который пропагандировал переход экономики России от капитализма и социализма к модели трудового уклада, основанного на кооперативном движении, инициативы снизу. Главный его лозунг, что пустота – это ресурс развития, возможность действовать и наполнить ее жизнью. Переехал в 2021 году в деревню Княжево Ярославской области, где вместе с женой Ольгой Стрижибиковой (известный повар и кулинар) основал ресторан, использующий только местные ингредиенты с фермы и дикоросы. Возродил и восстановил несколько старинных изб, открыл гостиницу, привлек в деревню новых жителей и дал рабочие места. Отец четырех детей. [1347, 1363]
- Протоиерей Алексей (Яковлев). Настоятель храма преподобного Серафима Саровского в Раеве (Москва). Организатор и руководитель проекта «Общее дело», который занимается восстановлением и ремонтом деревянных храмов Русского севера, объединяя неравнодушных людей, стремящихся сохранить древние святыни Православия. Каждый год «Общее дело» собирает добровольцев и ездит по северной русской глубинке, восстанавливая приходящие в негодность деревянные храмы. При приходе организована плотницкая школа для подготовки соответствующих кадров. Проект сотрудничает и с научными организациями. Более 15 лет является преподавателем факультета православной культуры Военной Академии Ракетных Войск Стратегического Назначения им. Петра Великого. Жена отца Алексея – известная художница Татьяна Юшманова. [1348, 1349]
- Галина Вязова. Профессиональная резчица по дереву. Окончила Абрамцевское училище. После окончания учебы переехала в небольшой город Пермского края Кунгур. Ее муж Игорь Кожухов также профессиональный резчик. Имеют пятерых детей. Вся семья занимается производством и реализацией пряников, которые в последние годы приобрели чрезвычайную популярность и стали кулинарным брендом Кунгура. Их частный дом стал известным туристическим объектом Пермского края, который посещают и иностранцы. Ими были восстановлены не только кулинарные традиции изготовления русского печатного пряника, но и возрождена резьба пряничных досок. Таким образом, «Вязовские пряники» проходят полный цикл изготовления, начиная еще с резьбы, что делает такое производство уникальным в своем роде народным промыслом. Супруги также сделали красивый резной иконостас в Свято-Никольском храме города Кунгура. [1350]
- Протоиерей Владимир (Мартышин). В прошлом писатель и московский журналист, который в 1991 году перебрался из Москвы в вымирающее село Ивановское на Лехте (Ивановское) Ярославской области. Стал учителем, а затем и директором местной школы. Разработал и основал Школу целостного развития, где изучают такие предметы как: домострой, добротолюбие, красноречие, отечествоведенье и др. Смог добиться официального признания данной программы, которая теперь признана экспериментальной в департаменте образования Ярославской области. Был создан поисковый патриотический отряд, организованы исторические реконструкции, танцевальные балы и многое другое. Благодаря всему этому школа стала привлекать в село новых жителей со всех регионов России. За последние 20 лет сюда переехали на постоянное жительство 450 человек, а количество учащихся выросло с 56 до 180 человек. Был возрожден и местный храм, построенный в лучших традициях русского деревянного зодчества, создана крепкая православная община. В селе приветствуется многодетность, почти у всех более 3-5 детей. Сам отец Владимир имеет 5 детей и 17 внуков, при чем все его дети и потомки из Ивановского уезжать не собираются. [1363, 1364]
Эти люди, а также их супруги и родственники, несут свой «бытовой и культурный подвиг», преображая пространство и общество вокруг себя. Их совместная незаметная деятельность – национальное достояние России, практическое сбережение русского народа, не на словах, а на деле. В терпеливом постоянном труде, в организации быта и уюта, в воспитании детей, в делах милосердия, в переживании радостей и печалей, во всех этих гранях многообразной неравнодушной к окружающему миру жизни – кроется истинное спасение Русской Деревни.
Конец главы 4.5. Впереди заключение.
Предыдущая статья:
С предыдущими разделами книги можно ознакомиться в подборке.