Я тоже замерла. Игрушка детства. Звук восьмибитной музыки в голове.
— Он работает? — спросила я и начисто забыла про переезд, Валькирию и здравый смысл.
Федор перевернул устройство. Крышки от отсека батареек не хватало (классика!), батарейки держались на изоленте.
Он нажал кнопку «Start».
Тишина. Экран остался серым.
— Сдохли батарейки, — трагично произнес муж. — Эпоха ушла.
Он положил головоломку на пол, рядом с кучей мусора. Вид у него стал такой, будто он потерял друга.
— Подожди, — сказала я. Во мне проснулся азарт. — У нас же был пульт от кондиционера. Мы его упаковали в коробку №3. Там свежие пальчиковые.
Федор поднял голову.
— Ты предлагаешь... распаковать коробку №3? Ту самую, которую я заклеил скотчем по периметру?
— Ради науки, — кивнула я.
Через две минуты мы, как вандалы, вскрыли идеально упакованную коробку. Пульт нашелся. Батарейки перекочевали в пластмассовую коробку. Федор примотал их свежей изолентой (синей, разумеется).
И его палец нажал кнопку.
Пи-ли-ли-лим!
Знакомая, писклявая мелодия разнеслась по пустой квартире. На экране загорелись черные квадратики. Танчики! Змейка! Стройка!
— Работает! — заорал Федор. — Живой!
Он тут же начал играть. Его большие пальцы летали по крошечным кнопкам с невероятной ловкостью. Он забыл про всё.
— Смотри, Лен! Десятый уровень! Скорость бешеная! Палка! Нужна палка!
— Дай мне! — я потянулась к игрушке. — Я в детстве была чемпионом двора по гоночкам!
— Сейчас, подожди, рекорд побью! Криво поставил! На, держи!
Я схватила игрушку. Пластик приятно холодил руки. Мир сузился до размеров маленького экрана. Фигурки падали, я крутила их, укладывала в линии. Линии исчезали. Кайф.
— Левее! — командовал Федор через плечо. — Ну кто так строит? Ты дырку оставила!
— Не мешай водителю! — огрызнулась я. — У меня стратегия!
Мы сидели на полу среди кучи проводов, пакетов и пыли. Два взрослых человека с ипотекой и проблемами. Мы орали друг на друга, передавали игру как эстафетную палочку и смеялись.
Время исчезло. Валькирия тоже.
Остались только падающие фигурки и мы.
Прошел час. Или два.
Я поставила новый рекорд в «змейке». Федор отыгрался в танчиках.
Внезапно экран мигнул и погас. Батарейки из пульта все-таки сели. Музыка оборвалась на высокой ноте.
Мы замолчали. Тишина вернулась, но теперь она казалась не гнетущей, а радостной.
Я посмотрела на часы.
Двенадцать дня.
Мы потратили два часа на игру. Ящик с проводами всё еще лежал кучей посреди комнаты.
— Мы идиоты, — сказала я с улыбкой.
— Мы счастливые идиоты, — поправил Федор. Он бережно положил коробочку в карман джинсов. — Это едет с нами. В ручной клади. Я куплю аккумуляторы. Сын должен знать классику. Мне достаточно одной головоломки.
Я посмотрела на кучу проводов. Магия развеялась. Теперь это снова выглядело как мусор.
— Знаешь что, — решительно произнес Федор. — Давай так. Оставляем зарядки от наших телефонов. И от ноутбука. Остальное...
Он зажмурился.
— Остальное в пакет. И на помойку.
Я не поверила своим ушам.
— Ты серьезно? Даже SCART? Даже блок питания для несуществующего шокера?
— Даже их. — Он открыл глаза. — Мне достаточно головоломки. Это главное сокровище. Остальное — пыль.
Он схватил большой черный мешок и начал сгребать туда всё подряд. Без разбора. Без жалости. Провода летели в черную пасть. SCART, «тюльпаны», зарядки от телефонов.
— Прощайте, друзья! — кричал он и швырял моток кабеля. — Вы служили нам верой и правдой! Но мы идем дальше!
Я помогала ему. Мы расчистили пол за пять минут. Ящик опустел.
— Всё, — Федор завязал мешок тугим узлом. — Выносим, пока я не передумал. Пока я не вспомнил, что там лежал кабель от моего первого плеера.
Он схватил мешок и побежал к входной двери, словно боялся, что провода начнут просить пощады.
Дверь хлопнула.
Я осталась стоять в комнате. Пол стал чистым. Последний оплот хлама пал.
Но тут мой взгляд упал на маленькую деталь, что закатилась под плинтус.
Она блестела.
Я наклонилась и подняла её.
Это старая, потертая флешка.
Я вертела ее в руках. Синий пластиковый корпус, колпачка нет, на боку надпись маркером: «ЛЕТО». Почерк мой, но какой-то детский, округлый. Я не помнила эту вещь. Она выпала из недр проволочного клубка, как послание в бутылке.
Федор вернулся с помойки. Он дышал тяжело, но выглядел счастливым, как свободный человек, кто недавно сбросил оковы рабства.
— Всё! — объявил он с порога. — Я сделал это. Мешок в контейнере. Пути назад нет. Я чувствую легкость! В моем теле гармония! Ленка, я теперь минималист!
Он прошел в комнату, увидел меня с флешкой и обомлел.
— Откуда это?
— Из клубка. Закатилась под плинтус. Ты её пропустил.
Федор подошел ближе. Взял карту памяти.
— «Лето»... — прочитал он. — Хм. Какое лето? Мы с тобой познакомились семь лет назад.
— Может, 2018-й? Турция? Или тот поход в Карелию, где нас чуть не съели комары?
— Надо проверить, — его глаза загорелись азартом исследователя.
Ноутбук стоял на полу (стола-то нет). Единственная техника, которую мы не упаковали, чтобы смотреть сериалы перед сном.
Мы сели рядом. Федор вставил флешку в порт. Экран мигнул. Антивирус подозрительно хрюкнул, но папку открыл.
Там лежало одно-единственное видео. Дата создания: пять лет назад.
Мы переглянулись. Тогда мы только начали жить вместе. Эта квартира в то время казалась нам дворцом, а матрас на полу — верхом романтики (собственно, к этому мы и вернулись сейчас, круг замкнулся).
Федор нажал «Play».
На экране появилась дрожащая картинка. Кто-то (судя по ракурсу, Федор) снимал с руки. Камера дергалась и фокусировалась на... мне.
Я сидела на подоконнике той самой кухни, где мы сейчас стояли. На мне висела огромная мужская футболка (Федина), волосы торчали во все стороны. Я ела арбуз. Сок тек по подбородку, я смеялась и отмахивалась от камеры коркой.
— Ну Федь! — звенел мой голос из динамиков. — Хватит снимать! Я чумазая!
— Ты красивая! — отвечал голос Федора за кадром. — Скажи что-нибудь для истории!
— Что сказать?
— Ну... про мечты. Чего ты хочешь? Прямо сейчас?
Я на экране задумалась. Вытерла рот ладонью. Потом посмотрела прямо в объектив. Глаза сияли.
— Мне бы хотелось... — произнесла экранная я. — Чтобы мы никогда не стали скучными, надеюсь, мы всегда вот так покушаем арбуз и посмеемся. А еще пусть у нас живет рыжий кот. И назовем его Барсик. И... — я понизила голос. — Я верю, мы никогда не расстанемся. Даже когда превратимся в стареньких и вредных.
Видео оборвалось. Экран погас.
Мы сидели в тишине.
Настоящий, живой Барсик (рыжий, как по заказу) подошел и потерся о ногу Федора. Мечта сбылась.
Я шмыгнула носом. Усталость и ностальгия — гремучая смесь.
— Мы не стали скучными, — тихо сказал Федор. — Мы стали сумасшедшими.
Он обнял меня за плечи. Его рука пахла мылом и пылью.
— Я люблю тебя, — прошептала я. — И того парня за кадром тоже.
— А я люблю ту девчонку с арбузом. И эту, которая сейчас ревет, тоже.
И в этот теплый и идеальный момент внезапно меня пронзила мысль. Острая, как игла.
Кольцо Стаса.
Где оно?
Я отстранилась от мужа. Паника холодными пальцами сжала желудок.
— Федя.
— М?
— Кольцо Стаса. Куда я его положила?
Федор нахмурился.
— Ну... ты взяла его у Валькирии. Сказала «спасибо». Потом Стас вышел из ванной. Мы посмеялись. А затем...
После этого мы начали разбирать провода.
Я попыталась отмотать пленку памяти назад. Вот Валькирия уходит, я держу кольцо. Я кладу его... Куда?
В карман? Нет, на мне пижама без карманов.
На полку? Полок нет, мы их сняли.
На комод?
Я вскочила. Подбежала к комоду. Поверхность пуста.
— Федя... — мой голос сорвался на визг. — Я оставила его на комоде. Рядом с ящиком. С тем самым ящиком, из которого мы вывалили провода.
Федор побледнел.
— И?
— И мы начали сортировать шнуры. И мусор. И все скидывали в одну кучу. На полу. Рядом с комодом.
Мы оба посмотрели на чистый пол, где еще десять минут назад лежала куча хлама, и в ней бесследно исчезли кабели, зарядки и...
— Ты выкинул черный мешок, — произнесла я.
Федор открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Я... я выбросил всё. Сгреб всё с пола, не смотрел. Я находился в состоянии аффекта, превратился в минималиста!
— Ты вышвырнул кольцо за миллион рублей в мусорный бак.
Безмолвие окутало квартиру, словно плотное одеяло. Даже Барсик перестал мурлыкать и спрятался под батарею.
Федор медленно сел на корточки.
— Ленка... Стас меня не простит, он сравняет меня с землей.
Я схватила его за плечи и встряхнула.
— Отставить панику! Куда ты выкинул мешок? В мусоропровод?
— Нет! — в глазах мужа блеснула надежда. — Он не влез! Я понес его на улицу! В контейнер!
— Мусоровоз приезжал?
— Нет! Контейнер стоял пустой! Я первый вытряхнул!
— Бежим! — заорала я. — Пока бомжи не нашли наше бриллиантовое будущее!
Продолжение.