Как выясняется чуть позже, Коле не удается уговорить маму.
Не знаю уж с чем это связано – может, банально, не хочется нести ответственность за чужого ребенка или просто неудобно, но она категорически отказывает.
И выхода у нас с Максимом не остается.
Он огорчен, но старается не показывать этого – просто замыкается.
– Может, я все-таки один поживу? – предпринимает последнюю попытку.
Я вздыхаю и качаю головой.
Максим разворачивается и уходит к себе в комнату, плотно прикрыв дверь.
А на меня накатывает.
Я устала быть стальной.
Внутри пустота.
Я ведь даже толком не поплакала за эти дни.
Руки опускаются – делать ничего не хочется.
Перед глазами будто сверкает вопрос: зачем? Зачем?
Командировка эта еще… Собираться нужно.
У меня жизнь разваливается на части, а мне заниматься работой.
Тошнота подкатывает к горлу.
Хочется заплакать – броситься ничком на диван, вжаться в подушку и сбросить хоть немного напряжение.
Спазм сдавливает горло, но ничего не происходит.
В глазах – сухо.
Стою, уставившись на дверь комнаты Максима и во мне зреет желание пойти на кухню и швырнуть тарелку в стену.
А потом еще и еще.
Может хоть это принесет облегчение?
Вместо этого набираю сообщение Володе:
«Уезжаю в аэропорт в 2 ночи»
И отправляю.
Ключи у него есть – зайдет.
Надеюсь, хоть капля совести у него осталась, и он не станет приводить сюда свою…
Даже мысленно язык не поворачивается назвать ее по имени, хоть и нянчила ее на руках.
И как Володя мог?
Неужели жажда молодого красивого тела лишает мужчин рассудка напрочь?
Вместо того, чтобы терзать себя вопросами, на которые все равно не будет ответа, я собираю вещи в командировку.
Приходится взять спортивную сумку, чемодан я ведь отдала Володе.
Аккуратно складываю пару черных строгих брюк и блузок, белье… собираю косметичку.
Пытаюсь найти успокоение, какую-то точку опоры в этих бытовых действиях и… не нахожу.
От напряжения начинает болеть голова, и я ложусь в постель.
Стискиваю уголок подушки зубами и зажмуриваюсь – только бы не начать выть.
Ворочаюсь без сна, а в первом часу ночи щелкает замок входной двери.
Поднимаюсь с постели.
Разбитая. Уставшая. С ненавистью на весь свет.
Прислушиваюсь к поскрипыванию дверей в комнатах.
Владимир ставит что-то тяжело на пол. Наверное, принес свои вещи.
Тянусь к дверной ручке и… понимаю, что если выйду сейчас вот так – как есть, то не просто признаю свое поражение, а продемонстрирую его.
Стискиваю зубы.
Нет, этого я позволить себе не могу.
Потому что это неправда.
Да, сейчас мне тяжело. Да, на меня накатывает волнами отчаяние. Да, сердце и душа еще долго будет болеть и кровоточить, но.
Но я не сдамся.
За дверью раздаются приглушенные голоса – Володя по обыкновению включает телевизор, а меня начинает потряхивать от злости.
Он ведет себя так, будто все нормально. Будто он просто задержался на совещании и пришел поздно домой.
Привычные вещи окружают его, и просыпаются прежние спокойные привычки.
Хочется закричать на него, заорать, спросить: совесть-то у тебя есть хоть немного? Болит ли у тебя душа за меня? За семью?
Дрожу и стискиваю кулаки – я так делать не стану.
Я выбираю другой путь – моя жизнь не будет только лишь реакцией на его поступки.
Выскальзываю за дверь спальни и иду в душ.
Потом причесываюсь, неторопливо увлажняя кожу кремом и слегка крашусь – неброско, но стильно: любимая губная помада кораллового цвета с увлажнением, тон и хайлайтер.
Придирчиво оглядываю себя в зеркало: светлые локоны обрамляют лицо, в серых глазах – отблеск стали.
Иду одеваться.
Сначала я хотела одеть в аэропорт что-то простое: джинсы, какой-нибудь просторный худи…
Но теперь нет.
Я – красива и хочу выглядеть красивой.
После возвращения из командировки обязательно нужно устроить шоппинг.
И заняться спортом.
Выбираю черную юбку-карандаш и белоснежную блузку. Надеваю еще длинный пиджак в крупную клетку и достаю любимые лодочки.
Выгляжу супер.
Почти.
Не хватает какого-то небольшого штриха… Парфюм? Обязательно, но еще мне нужно украшение – небольшая деталь, которая сделает образ полноценным.
Открываю шкатулку и перебираю свои богатства – большую часть дарил мне Володя, и я не хочу это надевать…
Большую, но не все…
Достаю небольшие серьги из белого золота с маленькими рубинами – подарок бабушки на восемнадцатилетие.
Смотрю на них и жалею, что так давно не надевала.
Тут же вспоминаю тепло бабулиных рук, ее ласку и заботу.
Она мне заменила и маму, и папу, но тоже быстро ушла, из вещей оставив на память совсем немногое.
Задумываюсь вспоминая ее.
Как же мне ее не хватает!
– Ты точно собираешься в командировку?
Голос Владимира раздается неожиданно, и я едва не подпрыгиваю от страха.
Только усилием воли сдерживаю себя.
– Стучаться не учили?
Оборачиваюсь – он стоит, прислонившись к дверному косяку. В руках бокал.
Делает неторопливый глоток.
– Я в своем доме, – усмехается, – зачем мне стучаться?
В его глазах странный блеск…
Но я его не боюсь.
Мысленно повторяю себе: это ты, Вера, впустила его сюда. Ты позволила ему быть здесь. Стоит только захотеть – и он исчезнет.
Гордо вскидываю подбородок и делаю шаг навстречу.
– Затем, что это больше не твой дом. Не забывай об этом. И дай мне пройти – мне пора выходить.
Он вальяжно отстраняется от косяка и продолжая усмехаться преграждает путь:
– Я задал вопрос, – еще глоток, – а ты еще не ответила. Пойдешь, когда я разрешу…
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод в 43. Не прощу и буду счастлива", Мира Спарк ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12 | Часть 13
Часть 14 - продолжение