Наград у Андрея было много. Скажем так, за всё то время, что он воевал знаков отличия у него накопилось достаточное количество. Другое дело, что он их никогда не одевал, почти никогда, и бряцать ими, выпячивая свои заслуги, он жутко ненавидел. Как-то раз один случайный знакомый, частично прознав о его работе и его подвигах воскликнул – ну, ты даёшь, Андрей Фёдорович, я бы на твоём месте... И попытался воспользоваться его, Андрея, привилегиями в своих интересах. Всё! После этого случая Андрей все свои медали вместе с наградными листами запрятал на самое дно своей дорожной сумки и больше их оттуда никогда не доставал.
Но однажды ему пришлось рассказать Владимиру Павловичу историю о происхождении медали «За спасение на пожаре».
... Их сосед, Изяслав Ааронович, после того случая, когда Андрей пригрозил ему пистолетом, даже носу не показывал. Так, изредка, мелькнёт молча среди зарослей крапивы и малины и всё. Хотя нет – один раз Андрей слышал, как он разговаривал с Викой, но завидев его, выходящим на крыльцо, тут же исчез, оборвав себя на полуслове. Андрей только улыбался, глядя на потуги старого еврея сохранить своё достоинство. Да, ну, его нафиг – своих забот выше крыши. Тем более, что ребята из «наружки», наверняка, провели с ним политико-воспитательную беседу.
После собрания, которое прошло на участке председателя, Андрей стал едва ли не самой популярной личностью местного СНТ. И не потому, что он рассказал им кое-что о своей прошлой работе. Просто собравшаяся разношёрстная толпа дачников начала так сильно орать, пытаясь что-то друг другу доказать, кричать, переходя на личности и кидаясь друг в друга матерными словами и даже визжать, что ему стало грустно и скучно. Он уже собрался, было, уйти, но Теплов попросил его остаться. И, когда ему уже совсем невмоготу стало всё это слушать, он просто встал и рявкнул... А после тихим и спокойным голосом объяснил собравшейся толпе что...они неправы и даже забыли зачем сюда пришли. Общаться с людьми Андрей за годы своей службы научился неплохо и ставить на место обезумевшую толпу стало его ещё одним своеобразным хобби. Не нужно в этом случае размахивать чем-то тяжёлым или, не дай бог, заряженным, достаточно тихонько и вежливо напомнить людям зачем они сюда пришли и что они всё-таки люди, а не стадо баранов или овец.
Рассказывая своим женщинам о том, что происходило на собрании, Андрей иронично назвал сам себя великим успокоителем, а под конец и вовсе с грустным сарказмом признался, что мог бы стать великим лидером, если б это не было так скучно и столь бессмысленно, как и вся его предыдущая жизнь. Лиза от удивления сделала круглые глаза и даже открыла рот, пытаясь что-то сказать, видимо, резкое, а возможно, и матерное, но Вика опередила
- Ты, Дрюня, просто дурак!
- Чего-о-о...? - Андрей опешил настолько, что даже не обиделся
- А ничего! Мне Алексей уже рассказал, что ты там сотворил...
- Что сотворил...?
- Он живёт тут уже почти двадцать лет. Его бабушка здесь получила участок чуть ли не с самого начала... И за всё это время ни одно собрание не проходило так спокойно и так продуктивно. И если ты не воспользуешься...
- Чем...? Кстати, спасибо за комплимент. Дураком меня ещё никто не обзывал... – по-доброму съехидничал Андрей и подмигнул Лизе.
- Да, ну тебя в...баню... – Вика так и не договорила, что она имела ввиду. А Лиза, по своей привычке беззвучно смеясь, так же беззвучно произнесла всего одно слово. По движению губ Андрей это слово увидел, но прочитать не сумел.
Жизнь за забором, как ни странно, оказалась вполне себе комфортной и безопасной. В принципе, Андрей жутко не любил высокие и, уж тем более, сплошные заборы. Вообще, какие бы то ни было, заграждения – как правило, за такими препятствиями скрываться мог кто угодно. От мирных обывателей и нечаянных жертв, до очередной засады и бандитского логова. Но, в данном случае... Теперь они с Елизаветой занимались на свежем воздухе, не опасаясь любопытных взглядов. Высокая ограда, получившаяся в форме буквы «Г», надёжно скрывала их от писательского особняка и со стороны центрального, так сказать прохода, как раз там, где Андрей расчистил площадку для проезда и стоянки. Расстояние между столбами было классическим – три метра. Там, где раньше была старая, полусгнившая, рассохшаяся и перекошенная, якобы, калитка оказалась стойка. Рабочие, чтобы привязать к ней новый входной проём, сместили сам вход почти на метр. И теперь дорожку к крыльцу пришлось прокладывать заново, прямо по грядкам с цветами. В принципе, эти буйные заросли мелкого кустарника вперемежку с культурными растениями и травой, очень сложно было идентифицировать как цветы, но... Светка меня убьёт – мелькнула мысль у Андрея в тот момент, когда стало ясно, что по-другому забор поставить не получалось. Когда он рассказал об этом Елизавете и Вике, то они сначала посмеялись, а потом Вика на полном серьёзе выдала
- Не надо...
- Что не надо...? – удивлённо переспросил Андрей.
- Ты нам нужен живым... Придётся все цветы пересаживать...
- Я тебе помогу... – подала голос Лиза. – мне он точно нужен живым. Я ещё не научилась бегать...
- Ах, ты ж... Помощница ты моя... – Андрей в порыве эмоций обнял её и слегка прикоснулся губами к её щеке. Лиза на мгновение замерла, а потом мягко высвободилась
- Если у меня получится...
- У тебя всё получится... А насчёт бегать... У меня и не такие...вставали на ноги...
- Слушай, а может тебе физиотерапевтом стать...? А...? Откроешь свою частную клинику. Будешь бедолаг таких же к жизни возвращать. А деньги лопатой грести! – вполне серьёзно сказала Вика, внимательно за ними наблюдавшая.
- Вот, уж, нет – фыркнул Андрей, а потом и вовсе расхохотался – где ты видела врача в камуфляже и со стволом!
На следующий день, после этого разговора, Андрей с самого утра поехал в магазин за инструментом. Ну, как с утра сначала они позавтракали, потом Лиза, уже одетая в спортивный костюм, абсолютно серьёзно заявила, что она готова к выполнению поставленной задачи.
- Не понял? Какой ещё задачи? – совершенно искренне удивился он. Лиза лукаво переглянулась со своей подругой и чётко по-военному доложила
- Товарищ старший прапорщик, чтобы избежать конфликтной ситуации с владельцем этой недвижимости, вернее владелицей, мы решили... – прокашлявшись и переведя дух, она продолжила чуть тише, но в таком же тоне – так вот, мы решили весь участок привести в божеский вид. Потому что Вы, Андрей Фёдорович, очень нам нужны. Желательно целым и невредимым. Так то, вот, товарищ старший прапорщик...!
Андрей с умилением, и чуть ли не со слезами на глазах, смотрел на это чудо и слушал этот рапорт. Вика державшая её под локоть, помогла ей сесть и повернувшись к Андрею, добавила
- Что скажешь...?
Андрей поднялся из-за стола и по всем правилам, строго по уставу, приложив вытянутую ладонь к виску, ответил
- Слушаюсь, товарищ начальник! Мне ничего другого не остаётся...
В строительном магазине он купил тачку, несколько лопат, грабли, тяпки, вёдра и прочий дачный хозинвентарь. Вместе с кое-какими мелочами на сумму почти пятьдесят тысяч. Мысленно махнув на всё рукой – гулять, так гулять – Андрей прихватил ещё и бензопилу, попавшуюся ему под руку. Продавец, удивлённо глядя на такого роскошного покупателя, всё-таки осторожно заметил, что, мол, этот агрегат недешёвый. Весьма недешёвый, но, получив в ответ громкое восклицание – к чёрту, тебя ж не спрашивают сколько это стоит! – решил, что у него сегодня праздник души.
Привезя всё это на участок и выгрузив, Андрей вдруг сообразил, что нужен ещё песок. Пришлось возвращаться обратно. Там, на площадке возле рынка, всегда стояли грузовики, гружёные самыми разными материалами – песок, щебень, земля, кирпич, дрова...и даже торф. Кому, только, он был нужен – непонятно. Все окрестности вокруг были сплошные осушенные болота и этой субстанции здесь было, хоть отбавляй. Все местные дачники просто волком выли – ничего толком не растёт, костры разводить нельзя, поскольку торф горит, как хлопок, без доступа кислорода, так ещё и вода уходит сквозь него быстрее, чем в песок.
Тут же, на этом же пятачке, Андрею удалось найти рабочих, которые, за более чем умеренную плату, согласились помочь ему проложить на участке новую дорожку от калитки к дому.
Когда после всех этих хлопот он вернулся на участок, то застал такую умилительную картину, что чуть не расплакался...ну, в душе́ естественно. Вика лихо орудовала лопатой, вскапывая новую грядку вдоль будущей дорожки, а Лиза, сидя на низенькой садовой табуретке, отделяла сорняки от цветов и пересаживала их туда, от напряжения раскрасневшись и даже высунув кончик языка. Это было настолько уморительно-мило, что Андрей так и стоял, замерев на месте. Девушки так увлеклись, что даже не заметили, как он подъехал и вошёл в калитку. Наконец Лиза подняла голову и, увидев его, улыбнулась и покраснела ещё больше
- Мы-таки всё правильно делаем...? – в стиле Одесско-еврейского говора спросила она. Чем больше она приходила в себя, тем больше становилась, видимо, похожей на себя прежнюю. Вообще-то, Андрей ни евреев, ни их манеру поведения и общения недолюбливал. Очень сильно недолюбливал, но... Что, но – от этой рыжей блаженной он готов был стерпеть всё что угодно.
- Я-таки не знаю, мадам. Вам должно быть виднее...
Услышав этот диалог, Вика откровенно и громко засмеялась. Со стороны это, наверное, действительно было забавно слушать.
- Тогда помоги мне встать... – и Лиза, кокетливо откинув чёлку со лба, протянула ему руку. Вика тоже кинулась ей помогать, в итоге, они обе оказались в его объятиях...
Закончилась эпопея с забором и с новыми цветочными грядками. От крыльца до калитки, а может наоборот – от калитки до входа в дом – пролегла новая трасса. Такого здесь отродясь никто не видел. Теперь вместо, вернее не вместо, а совместно с комплексами упражнений, в обязательном порядке проходила каждый день и трудотерапия. Андрей просто обратил внимание, что физкультура хорошо сказывалась на общем тонусе его подопечной, а работа на участке благотворно влияла на её психологическую устойчивость – потихонечку ковыряясь по хозяйству, либо с его помощью, либо с Викой, она забывала про все прежние проблемы.
Прошло две недели. За это время ничего особенного не произошло. Единственное, что однажды Андрея сильно позабавило, это когда в гости к ним случайно, а может и намеренно, забрёл председатель. Заглянув в открытую калитку, которая теперь представляла собой металлическую раму, обшитую рифлёным листом железа, он деликатно постучался. Лиза и Вика в тот момент заканчивали прополку очередной грядки, ведущей уже в сторону сарая
- Тук-тук-тук... Хозяева дома?
- Дома-дома! Заходите, Алексей Ильич. – весело ответила Лиза и попыталась подняться со скамеечки. Со второй попытки у неё получилось, потому что к ней подскочила Вика и помогла ей.
- Ты чего сдурела? Опять хочешь грохнуться, как в прошлый раз? – и повернувшись к Алексею, тоже поздоровалась – привет. Заходи...
- Вы прекрасно выглядите, Елизавета. У Вас хорошо получается...
- Спасибо. – смущённо покраснела она.
Надо было видеть выражение лица председателя – смущение, искреннее восхищение и ещё непонятно что. Целая гамма чувств. Андрей, ещё только когда Теплов постучался, тихонечко вышел на крыльцо. Перед этим он пытался навести порядок в шкафах. Вся боковая стена гостиной, от двери до угла, представляла собою огромный, самодельный шкаф со множеством дверей, полок, полочек и различных ниш, под завязку набитых...чем только ни попадя – от полуистлевшей, ветхой одежды и обуви, до поломанных детских игрушек, вперемешку с посудой, бытовыми мелочами и неисправными электроприборами. Как он небезосновательно подозревал, что все дачи советского образца были примерно одинаковые, но как же его бесила подобная практика – вплоть до желания собрать всё в кучу и сделать большой пионерский... костёр. Достав сигарету, он исподтишка наблюдал и слушал этот диалог. И улыбался – умиротворённо и грустно.
- А, привет, Фёдорыч. Я тебя и не заметил сразу... – Ильич заметил, наконец, Андрея и подошёл к нему поздороваться.
...А в ночь с двадцать первого на двадцать второе мая случилась трагедия... Где-то около трёх часов ночи Андрей проснулся от какого-то тревожного предчувствия и непонятного звука – какого-то треска и гула. Проанализировав звуки, он приподнялся и выглянул в окно, выходящее на участок Василь Василича. Там всё было тихо и спокойно. Сквозь немытый отроду небольшой проём в темноте не было видно ничего, но по ощущениям всё было в порядке. Тогда, не одеваясь, он вышел в коридор на другую сторону дома и, откинув занавеску, приник носом к холодному стеклу... Дом старого еврея полыхал, словно большой костёр. Боже! Из-под крыши выбивались языки открытого пламени, уже потихоньку освещая окрестности. Андрей, мгновенно проснувшись и включив режим повышенной опасности, быстро оделся и почти спрыгнул вниз по крутой лестнице. Сначала он хотел сразу выскочить на улицу, но, оценив масштабы бедствия, решительно ворвался в маленькую комнату, к, мирно спящим, женщинам
- Лиза, Вика, просыпайтесь! – громко и безжалостно прокричал он и начал поочерёдно трясти то одну, то другую. Первой, как ни странно, проснулась Лиза
- Андрюшенька, что случилось...? – она впервые назвала его так. Спросонья её голос был немного хриплым, но таким нежным... Некогда было умиляться и анализировать
- Пожар! Сосед горит! Срочно давай одевайся...
Что удивительно, она врубилась сразу, и сев на кровати начала трясти Вику
- Пожар! Горим! Вика просыпайся...!
Мельком только обратив внимание на этот факт, он отдал чёткое распоряжение
- Одевайтесь как на улицу и выходите из дома. Близко не подходить. Поторапливайтесь...!
Выскочив на крыльцо, Андрей первым делом осмотрелся и попытался схватиться за пистолет, поскольку в дыму мелькнула чья-то тень. Но кобуры на месте не оказалось – впопыхах он не стал её одевать. Уже почти добежав до зарослей, сплошной стеной окружавших горящий дом, он решил вернуться и, схватив ключи, побежал к своей машине. Заведя двигатель, он включил микрофон ТГУ (транспортное громкоговорящее устройство, в просторечии «матюгальник»). Стояла у него в машине и такая система. На мгновение задумавшись, он попытался вспомнить номер участка – ну, да, если их дом номер тридцать восемь, у Василь Василича тридцать семь, то, по логике вещей, тот будет тридцать шесть.
- Внимание!!! На участке номер тридцать шесть произошёл пожар! Просьба оказать содействие в тушении. Повторяю, ...
Повторив сообщение несколько раз, Андрей включил сирену. Два сороковатных динамика, стоявших под капотом, гарантированно должны были разбудить всё окрестное народонаселение посёлка. Когда он, оббежав вокруг своего новенького забора, потому как напрямую продраться сквозь заросли было нереально, добрался до калитки, там уже столпились люди. Сама калитка была закрыта, и кто-то возле неё возился, пытаясь её открыть. Старый еврей всегда закрывал её на какой-то хитрый засов.
- Чёрт! Никак не получается...! – опознать в полутьме говорившего было сложно, но по голосу Андрей узнал владельца пятнадцатого дома. На собрании он кричал громче и яростнее всех.
- Отойди! – ударом ноги Андрей расчистил дорогу. Отлетевшую вместе со столбом, калитку он отбросил в сторону, и вся толпа вслед за ним ринулась на участок.
Ccылки на все части цикла:
- Продолжение следует ...
Для всех, кому интересно творчество автора канала, появилась возможность
помочь материально – как самому автору, так и развитию канала. Это можно
сделать по ссылке.