Глава 58. Аня
— Тебе не надоело голой трястись? — спрашивает Марк, прислонившись к косяку и насмешливо наблюдая за моими сборами в клуб.
Чертяга, и ведь знает, что выбора нет, а в глазах все равно осуждение. Ну так я и сама себя осуждаю, порой до слез, только смысл?
— Я не трясусь голой, — бурчу ему через плечо. — Мы танцуем в нижнем белье.
— Да, — противно фыркнул он. — Практически паранджа, ага.
Ну как же ты достал. Рывком натягиваю ветровку, которая точно не спасет от сильного вечернего ветра, и резко поворачиваюсь.
— Если бы в танцевальной школе платили столько, сколько в этом дерьмовом клубе, я бы даже и не рыпалась. Но маме нужна операция, вам с Кирой нужно ездить на сборы и готовиться к поступлению, а Лельке… — протяжный вздох. — А Лельке нужно вообще все! Так что, если у тебя в за.нице нет пары заначек белого какао, будь добр заткнись и подай мне сумку.
— Я уже предлагал уйти из школы, — говорит он, резко наклоняется за сумкой, что стоит в его ногах, и пихает мне. — Братья должны работать. Мужчины.
— Ты мне еще о дискриминации расскажи. Кем ты пойдешь? Дворником? И думать забудь, — перехожу на змеиный шепот. — Доучишься одиннадцатый класс, там посмотрим.
— Ты, я надеюсь, еще документы не забрала? Последний год остался, — спрашивает мягче, сразу сбавляя обороты, и подходит заправить мне прядь темных волос за ухо.
— Не забрала, — грустная улыбка не красит лица, но по-другому я последнее время не умею. — Но я не знаю, как буду совмещать.
— А Тамара Михайловна?
— Не надо все вешать на нее. Она и так бесплатно помогает, я не могу эксплуатировать старого человека, — смотрю, что уже почти девять, и устало вздыхаю. Никогда не думала, что не захочу бежать на выступление. — Все, я ушла. Смотри, чтобы Леля спать вовремя легла.
— Ладно, ладно, — уже и сам выталкивает он меня. Никто не любит наставлений. А последнее время я с братьями-близнецами общаюсь только так.
Он машет рукой, закрывает за мной двери, и я несусь по освещенному коридору вниз. Лифта нет. Меня уже ждет такси. Пора зарабатывать деньги.
Еду по вечерней Москве, смотрю, как мелькают за окном, как светлячки в лесной тиши, люди. Проносятся мимо, безразличные, одинокие. Такие одинаковые и такие разные.
Вдруг прижимаю руку к груди. Сердце частит. Волнение, но с чего бы? Танцы привычные, хотя и клуб новый. Может, тоже пора сердце менять. Мое уже давно покрыто сажей и скукоженное, как чернослив.
Последние три года не живу, а существую, все как по инерции делаю, даже мыслей толком не возникало. Просто заводная кукла с большими глазами, выполняющая свои обязанности.
И почему только в объятиях Ромы сердце разбухает, а тело, словно спящее тысячу лет, оживает от малейшего прикосновения, от одного серебристого взгляда?
Его взгляд никогда не будет похотливым, как у самцов, осматривающих меня, пока я кручусь на шесте. Нет, он жадный, собственнический. Он словно говорит: «Ты моя».
И я даже не смею ослушаться.
Захожу с черного входа в недавно открывшийся клуб, в который устроилась накануне. Брать не хотели, потому что «мяса маловато». Но, стоило мне взойти на сцену, стоило только взяться пальцами за шест, подтянуться и закинуть обе ноги выше головы, взяли на самую высокую ставку.
Иду по коридору и невольно оборачиваюсь. Опять это волнение. Опять в преддверии чего-то. Ощущение пера на шее, легкого волнующего касания.
На меня уже странно смотрит один из барменов, поднимает густую бровь и подмигивает.
Получается, смотрела на него?
Задираю подбородок, насмешливо вильнув конским хвостом, и бегу в гримерную.
Тут, как и везде. Толкучка, запахи лака для волос, пота, свежей лайкры. И целое море свеженьких тел на любой вкус и цвет для забавы парней, что уже трясутся в зале в ожидании номера клуба «Дом утех».
Что за название?
Девчонки смеются, разговаривают, пока глотки друг другу перегрызать не хотят. Но это временно, до первой ссоры, до первого мужчины и первого соперничества.
Именно зависть проявляет в людях самые их худшие качества.
— Аня, — слышу чуть высоковатый для мужчины голос. — Не надумала оголиться?
Тишина образовалась гробовая, кто-то пискнул, скрывая смех, кто-то пошутил вполголоса: «Было бы что оголять», и я поворачиваюсь к Максиму, местному менеджеру и арт-директору.
— Я думала, мы договорились, — цежу сквозь зубы, и все смотрят на Максима. Тот, видя мой далеко недобрый взгляд и сумку, с которой я уже готова выбежать, поднимает руки.
— Сдаюсь, я же просто спросил. Слушай, — он подходит ближе и похотливо наблюдает, как я вернулась к переодеванию. Сняла кофту, лифчик, надела другой, обшитый блестками. Стянула джинсы, трусики и быстро надела другие, с хвостом из ткани.
У танцоров есть стыд, а вот стеснительности нет. Нам порой приходится менять костюмы в таких местах и с такой скоростью, что не до приличий.
— А как насчет приватов?
Переодевшись и быстро вытащив на стол косметичку, смотрю на Катю. Рыжая, невероятно красивая. Давно в этой сфере и порой помогает мне не потеряться и не спуститься совсем до проституции. Это она привела меня сюда.
Та медленно, соблазнительно отворачивается от зеркала, где успела накрасить только один глаз, и закидывает ногу на ногу, в лучших традициях Шерон Стоун из «Основного инстинкта».
Взгляд Макса сразу меняется, а остальные девчонки замирают в предвкушении скандала. От этих двоих летят искры. Знакомы давно, он ее хочет, но у нее свои условия. И первое — верность, которую Макс обеспечить не может. Сейчас она ставит условия по поводу моих приватов.
— Никаких касаний. Никаких разговоров. Пришла, покрутилась, ушла.
— Было бы чем крутить, — шутит кто-то, и я невольно усмехаюсь.
— Ты смотри, Ленкова, чтобы от того, как ты крутишь ж...., шест не сломался, — мельком смотрит на шутницу Катя и снова возвращает хитрый взгляд на застывшего Макса. Застывшего, особенно после того, как Катька наклоняется и выставляет на обозрение низкое декольте.
— Ей семьдесят процентов.
Жадность приводит Макса в чувство.
— Это грабеж, — тыкает он пальцем ей в грудь, задевает и тут же получает оглушительный шлепок по руке.
— Хотите иметь такую куколку, как Анька, раскошеливайтесь. Это ко всем…
— Меня не надо иметь, — вмешиваюсь, упирая руки в обнаженные бока.
— Ну ты же поняла меня, котик.
Еще минуту вся гримерка наслаждается перепалкой этих недолюбовников.
И, конечно, победа была за Катей, все-таки Максику слишком хочется...
В итоге после трех танцевальных пятнадцатиминутных заходов с такими же перерывами я иду на свой первый в жизни приват.
Ниже опуститься уже некуда. Но семь тысяч на дороге не валяются и это не с.кс… Так что…
Можно закрыть глаза и представить, что я снова в квартире с панорамными окнами, снова перед Ромой...
Можно просто закрыть глаза и оказаться где угодно, а не в этом пропахшем сигаретами и спиртом клубе с мигающими красными огнями. В этом темном коридоре перед шторкой, за которой меня ждет мое истинное падение.
Глубоко вздыхаю.
Главное — помнить, что в любой момент парни секьюрити меня спасут. Камера не видит, что происходит, но отлично пишет звук. Один мой писк, одно мое «помогите», и сюда сразу набежит куча парней в белых футболках с несочетающейся с их мускулистыми телами розовой надписью.
Еще вдох, выдох.
И еще. Сейчас, сейчас я зайду.
Сердце снова бьется как бешеное. Снова рвется из груди и томится в странном ожидании. Тяну дрожащую руку, собираю бархатную тяжелую ткань в кулак.
Дыши, только дыши. Это просто работа. Это просто деньги.
Откидываю портьеру резко, как срываю пластырь, и на мгновение замираю, вглядываюсь в полумрак, разрезанный мигающим красноватым светом.
Только силуэт.
Лица не видно, но эту расслабленную, выжидающую позу, этот запах не узнать невозможно. Теперь становится ясным мое странное, трепетное волнение. Теперь становится ясным, кому вздумалось переплачивать за приват двойную цену.
Он меняет позу и наклоняется вперед, вглядываясь в темень и рассматривая мой костюм, вернее его практическое отсутствие, с ног до головы. Медленно, словно обрисовывая кистью-лезвием, разрезая чувства, выуживая наружу самые больные фантазии.
Рома. Мой и не мой. Рома.
Прикусываю губу, переступая с ноги на ногу.
Боже, он здесь!
Радость и облегчение соревнуются во мне с недоумением и гневом.
Как он меня нашел? Почему уехал от будущей жены? Что ему нужно?
С виду он кажется таким равнодушным, но, кажется, сейчас взорвется. Напряжен, озлоблен, во взгляде плещется сталь.
Но это ничего. С его недовольством я всегда могла быстро справиться.
Облегчение побеждает.
Теперь решиться на приват гораздо проще. Потому что для него я готова танцевать всегда. Для него я готова работать за бесплатно.
— Аня, — рык в его голове пугает, растекается во мне, как горячий шоколад. И стыд. Стыд, что он увидел меня такой, что заплатил за меня в таком месте, что познает мой срам.
Прикрываю глаза на мгновение, собираясь с силами, продолжаю чувствовать его обжигающий взгляд и уже покрываюсь испариной.
Пусть видит, пусть видит, как легко опуститься на самое дно.
— Без слов, без касаний, — мой шепот срывается с губ, и вмиг легкий лаундж сменяется битом с соблазнительным треком «обнаженный кайф».
«И пусть этой ночью мы сгорим в аду.
Просто, там, в раю — нас не поймут.
Ты сегодня крайне озабочена, я, я, а я —
А я, пойду на поводу.
Пойду, и возьму — и будет поздно говорить: «Я не хочу».
А если ты готовишь штурм, — сопротивление при захвате не окажу».
***
Кому я это сказала, кто это услышал? Рома уже не соображал, да и в моей голове пусто.
Уже наплевать на все. На прошлое, будущее, на гордость, на неправильность происходящего.
Ведь он здесь, он рядом.
Рома поднимается, дышит тяжело и в спешке меня целует, словно боится, что я сбегу, словно я могу куда-то от него деться.
Но разве я могу?
Разве могу я покинуть того, о ком все мои мысли? Того, в ком нашла сосредоточие всех своих чувств.
— Пожалуйста, — говорю, сама не зная о чем, полная сладостной дремы.
Но внезапно все пропадает. С меня как будто сдирают кожу, и я лежу, в недоумении взирая на то, как Рому волокут от меня два амбала.
— Только не бейте его! — кричу, вскакивая, даже не думая, что надо чем-то прикрыть свой срам. Но за меня уже подумали. Катя накидывает на плечи плед и ведет меня из ВИП-комнаты.
Я сразу смотрю, куда утаскивают взъерошенного, ничего не понимающего Рому, как вдруг слышу ворчание рядом с ухом:
— Никаких больше приват-танцев, Макс, ты посмотри. Этот белобрысый козел чуть ее не изнасиловал.
И ничего он не козел.
Я не вмешиваюсь в разговор, чтобы что-то доказать. Эти двое были слишком заняты очередной перепалкой-прелюдией.
— Только не бейте его, — передразнивает меня Катя чуть позже в гримерке.
— Ты весьма добродушна с насильниками, дорогая.
Я прикусываю губу, уже стоя на выходе из пропахшего духами помещения, и стыдливо отвожу взгляд.
— Или это не было изнасилованием? — смотрит она через зеркало и выгибает бровь.
— Не было, — говорю тихо. Ну что я, в самом деле, оправдываюсь. Наверное, потому что в отличие от других подруг, Катя меня никогда не жалела. Наверное, потому что она единственная всегда готова меня отругать. Сказать те слова, которые порой говорил отец: слезами горю не поможешь.
Мы с Катей познакомились в первом клубе, где я работала, и она пришла мне на помощь, когда меня хотели обсчитать после смены. Потом мы пошли вместе домой. Как-то и сдружились.
— Кто он? Твой бывший?
— Ага.
— Вот гад! — возмущенно фыркает она. — Ему что, мало его питерской толстухи?
Я немного рассказала Кате о приключениях с Ромой, но она интерпретировала все по-своему. Впрочем, это присуще многим людям.
— Ну и хорошо, что я сказала парням как следует его отмутузить. Нечего ему снова птичку сетями своими сладкими опутывать. Верно говорю?
Я только открываю и закрываю рот, чтобы попытаться объяснить, что это в общем-то не ее дело. Что я сама решу, как мне поступать с Ромой.
Но взгляд кошачьих раскосых глаз, выражающий надменное превосходство — все-таки четыре года разницы — остужает мой пыл.
Тут меня толкают в спину. В дверь заглядывает Макс.
— Хватит ее поучать. Иди, Ань, там за тобой такси приехало.
— Спасибо, — кратко киваю, чуть улыбаясь Максу, и с облегчением выхожу из душной гримерки.
Порой Катя ведет себя как мама. Ту я уже очень давно не боюсь. Ее даже Леля не боится.
Улыбаюсь при мысли о крошке и бегу в сторону машины, услышав напоследок оглушающий щелчок замка в двери.
Кажется, Максим решил, наконец, получить то, что так давно ему обещает Катя.
Конец 58 главы. Глава 59 (скоро здесь появится ссылка)
(Предыдущие Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8, Глава 9, Глава 10, Глава 11, Глава 12, Глава 13, Глава 14, Глава 15, Глава 16, Глава 17, Глава 18, Глава 19, Глава 20, Глава 21, Глава 22, Глава 23, Глава 24, Глава 25, Глава 26, Глава 27, Глава 28, Глава 29, Глава 30, Глава 31, Глава 32, Глава 33, Глава 34, Глава 35, Глава 36, Глава 37, Глава 38, Глава 39, Глава 40, Глава 41, Глава 42, Глава 43, Глава 44, Глава 45, Глава 46, Глава 47, Глава 48, Глава 49, Глава 50, Глава 51, Глава 52, Глава 53, Глава 54, Глава 55, Глава 56, Глава 57)