Почему школа для некоторых детей не каторга, а облегчение? Причем иногда с самого первого класса? Потому что там есть порядок, система, задание, их выполнение, награда за хорошие оценки. Ребенок из семьи алкоголиков, который постоянно живет в условиях внешнего и внутреннего хаоса, состоящего из непредсказуемых пьянок, скандалов и своего личного ужаса перед всем этим, может стать отличником в школе. Невероятно, но факт.
Сценарий 1. Эмоциональная запутанность взрослых может быть не только в случае алкоголизма. Сюда будут относиться любые психические расстройства родителей, а также случаи, когда они физически больны и с трудом выносят свою болезнь. Например, мать ребенка страдает от жестоких мигреней, закрывается и подолгу сидит одна в темной ванной, плачет, не может выносить свет и даже говорить.. Ребенок в этом случае чувствует себя бессильным, он не знает, что ему делать, как помочь маме (а ей, как она говорит, ничего не помогает) и.. уходит с головой в учебу.
Режим гиперконтролера, который появляется у него уже в этом возрасте, служит опорой для растерянного и одинокого внутреннего ребенка. Что такое этот режим? Это голос в голове, который говорит: «Так, сейчас делаем математику, потом русский, собираем портфель на завтра..». И это то, на что можно опереться.
Через 30 лет на сеансе у психолога такой человек будет рассказывать о том, что прекрасно справляется с материальной стороной жизни, многого достиг в карьере, но у него проблемы с пониманием и выражением своих эмоций. Кроме того, он испытывает сильную тревогу, когда что-то идет не по плану.
Сценарий 2. В родительской семье все охотно контролируют всё подряд. Это своего рода семейная черта. Папа всегда знает «как надо», призывает ребенка хорошо учиться, проверяет его дневники. Мама контролирует, доел ли ребенок суп или нет (если не доел – заставит!), оделся ли по погоде, взял ли с собой сменку и так далее. У ребенка в такой семье есть два варианта развития: стать послушным, вялым и пассивным, либо сопротивляться, но неосознанно копировать те же модели поведения, что и у родителей.
Последний также может прийти к психологу в зрелом возрасте и жаловаться на РПП, ОКРЛ, неудачную личную жизнь, в которой он ведет себя противоречиво :
а) много тревожится и стремится держать партнера «на коротком поводке»
б) при этом сам стремится быть автономным и избегать зависимости, доверия и эмоциональной связи
В терапии разрывом шаблонов могут быть поведенческие эксперименты. «Да ладно? А если проверить?» - говорит себе человек при этом и пробует:
- съесть лишнюю конфету, когда ему захотелось
- не вставать ежедневно на йогу в 6.00, а просто выспаться без будильника
- делает дела по принципу «и так сгодится» с эффектом 90%
- ложиться спать, не помыв посуду
- спонтанно встречается с друзьями
- сознательно немного опаздывает на встречу
- планирует время для спонтанности, когда он может делать все, что захочет в тот момент.
Как мы с Машей выпускали на свободу ее счастливого ребенка:
Мария, которая пришла в терапию, чтобы уменьшить свою тревогу, не позволяла себе многого. Она не умела бездельничать, плакала последний раз только в детстве, мало смеялась. А вот тревога заполняла ее целиком. По мере продвижения в терапии ее внутренний ребенок постепенно начал вылезать из склепа. Сначала «маленькая Маша» начала плакать, потом улыбаться, а потом.. 40-летня Мария однажды обнаружила себя в парке на качелях с мороженым в руке!
А еще Мария купила себе краски и кисти и собралась рисовать по вечерам в свое удовольствие. Она уже может «позволить себе» такое непродуктивное и бесполезное хобби.
Самый эффективный метод в терапии тревоги – ее безоценочное принятие. Но это высший пилотаж, как говорится, поскольку тревога может быть весьма неприятной, от нее хочется избавиться. О том, как научиться выносить неопределенность (а значит, и тревогу) расскажу в следующей статье.
Автор: Федоськина Ирина Леонидовна
Психолог, Клинический психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru