Перед кабинетом невролога осталось два пациента. — Проходите, — сказал я и поднял усталые глаза на пациентку. — У моей мамы Хорея Гентингтона, — тихо сказала женщина, словно признаваясь в какой-то тайне. Я поднял глаза и внимательно посмотрел на женщину: не каждый раз ко мне в кабинет заходят сразу с диагнозом. — Маме 75. Мы переехали к вам из другого города. Несколько лет назад нам поставили такой диагноз, — вздохнула она. — В общем, наблюдались у невролога. Перед этим были у паркинсолога и маме были назначены препараты для купирования навязчивых движений, — медленно проговорила женщина. Словно каждое слово лежало тяжёлым бременем на её плечах и теперь она потихоньку сбрасывала ненужный балласт. Мне показалось, что после сказанного, даже плечи у неё распрямились. Видно, что человек сильно переживает за близкого и родного. — Понимаю всю серьёзность вашей ситуации, — кивнул я головой, и женщина продолжила. — Хотя мама и принимает назначенное снотворное, но всё равно страдает от бессонн