Конечно, провинциальные музеи не могут сравниться с великими столичными галереями ни своими масштабами, ни громкой славой своих коллекций. Однако, подчас и они преподносят любителям живописи открытия поистине удивительные!
Так, в одном из залов Ярославского художественного музея вас встречает большое полотно с изображением стройной женщины в голубом платье.
Героиня, будто вышедшая на свет из тёмного закулисья, настолько выразительна, что невольно задаёшься изумлённым вопросом – Ба! Это что ещё за «Венера Медичи»?
Медичи, разумеется, здесь ни при чём. Но полотно также является произведением далеко не заурядным. Оно принадлежит кисти прославленного русского живописца Бориса Михайловича Кустодиева.
32-х летний мастер запечатлел на портрете свою кузину (двоюродную сестру) – 21-летнюю Марию Николаевну Плотникову (1889-1972), урождённую Смирнову. Она была дочерью дяди художника по материнской линии - астраханского купца Николая Прохоровича Смирнова и его супруги Марии Александровны. За год до создания портрета, в 1909 г., родители благословили свою дочь Марию на законный брак с инженером-химиком Н.И. Плотниковым.
Это были годы расцвета «Серебряного века». Мир иллюзорных мечтаний и грёз, созданный поэтом Александром Блоком, художником Константином Сомовым, композитором Игорем Стравинским, и ещё десятками других творцов, являлся воплощением высоких идеалов эпохи, увы, близящейся к роковому излому. Впереди уже маячила бездна «великих потрясений».
Б.М. Кустодиев. Эскиз к портрету Марии Николаевны Плотниковой. Начало XX в. Бумага, карандаш. Собрание Астраханской Государственной картинной галереи им. П.М. Догадина https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=10260222
Влияние утонченной эстетики Серебряного века испытал на себе и Борис Кустодиев. Углубленный поиск новых выразительных средств в 1906 году привел его в ряды творческого объединения «Мир искусства». Вместе с тем, искания «мирискусников» получили в передаче Кустодиева самобытную авторскую трактовку. Ярким тому примером может служить портрет Марии Плотниковой.
Художник изобразил свою героиню на чёрном фоне, как «Деву Света», чудесно озаряющую сумрак ночи. Густые волосы Марии опоясывает атласная лента с крупным бантом. Такая прическа скорее подошла бы для карнавальной мистерии, чем для сонных губернских будней. В руках она, подобно Мадонне, держит благоухающую розу – эмблему любви, символ Серебряного века.
Ей вовсе не чужда «игра в таинственное»
И, онемев от удивленья,
Ты узришь новые миры —
Невероятные виденья,
Создания моей игры
(А. Блок. Демон. 1910)
Но как видно, кроме призрачных грёз, её волновали и реальные земные заботы.
Улыбка её, будто у Джоконды, слегка ассиметрична. Левая сторона губ, приподнятая вверх, выражает радость, а правая – затаённую грусть. При этом, в пристальном взгляде Марии читается упрямый вызов всем трагедиям и роковым изломам эпохи. В нём видится свет окрылённой надежды: «Я хочу быть счастливой на этой земле! Я добьюсь своего счастья»!
По крайней мере, в реальной жизни сестра художника показала себя женщиной собранной и практичной, с твёрдым волевым характером. Через несколько лет она развелась с загулявшим химиком, и нашла семейное счастье во втором браке с обрусевшим греком Я. П. Димитриади. Прожила она до 1972 года.
В 2011 г. портрет М.Н. Плотниковой (Смирновой) возвращен в культурный оборот. Сегодня он занимает почётное место в экспозиции Ярославского художественного музея
P.S. Фото сделаны непосредственно с холста с разрешения сотрудников музея