К 94 году, в нашем городе уже процветали криминальные группировки. Но я, и наш спортивный коллектив, в котором я возрастал, были далеки от них. Я жил своей жизнью, и лишь изредка мне в районе попадались парни, отличавшиеся дорогими фирменными кроссовками, спортивными костюмами (один из модных в то время был «Адидас» с голубой олимпийкой и темно-синими штанами). Я мало что знал про их образ жизни, ясно было одно: они занимаются чем-то скрытным, и за ними стоит какая-то сила.
Наш коллектив состоял из «дедов» – тренеры и их ровесники, отслужившие в армии, возраст 25-28 лет. По современным меркам они кажутся молодыми, но это были люди другой закалки, с уже сложенными мужскими характерами. Затем шли «старшие» – это парни от 76 года рождения и старше, и «молодые» – от 77 года и младше, я был 78 г.р. Никто из нас не был связан с криминалом.
Жесткая поножовщина Дендика конечно вызвала негодование у «дедов» и особенно у «старших», но это была ситуация, с которой мы никогда не сталкивались. Она выходила из разряда драк, в которых были хоть какие-то уличные понятия. Наши знали, с кем дрались, - это были парни, костяк которых ходил на секцию бокса. Но не знали, кто был с ножом. Поэтому «дедами» было принято решение прощупывать обстановку, чтобы понять, кто за ними стоит, и каким образом мы можем максимально спросить с них за этот поступок. При встрече не давать прохода, говорить о компенсации за беспредел, но на рожон не лезть.
Диман Ходин на той дискотеке не был, но тогда судьба на нем сошлась клином, а я был его близкий друг, одноклассник по школе и спорту.
К своим шестнадцати годам он отличался ростом и крепким телосложением для своего возраста, поэтому он всегда крутился со старшими парнями. В классе мы с ним на двоих делили лидерство, иногда соперничали и ссорились, но потом всегда мирились. В борьбе я мог быть с ним на равных, так как я обладал взрывной скоростью. Но в драке он выносил парней крупнее и сильнее него, потому что обладал бесстрашием, бойцовским духом, честолюбием, и мощным ударом правой. Также он имел обострённое чувство справедливости, и если обижали его близких, он готов был рисковать собой, особо не задумываясь о последствиях для себя.
И получилось так, что почему-то, именно Диман случайно пересекался с этими боксерами, хотя они жили в другом районе. Их лидера звали Миша "Шива", и он постоянно ходил с своим корешем. Они оба были старше Ходина, крупнее, а "Шива" выше на голову. Но Диман, имея бесстрашный характер, не давал им прохода, дерзил им, вызывая их на бой. Но они говорили: «Мы драться с тобой не будем. Вы там чемпионы все. Будешь наседать на нас, - мы возьмёмся за ножи».
Прошло недели три после поножовщины, время шло к началу нового учебного года. На часах было восемь вечера, темнело. Звонок в дверь, я удивился, так как никого не ждал, и планировал вечер быть дома. На пороге стоял Диман, лицо серьезное и напряженное: «Макс одевайся, Шива стрелку забил на 9. Все наши собираются».