Дисклеймер.
В настоящем очерке:
1. нет информации о том:
1.1. где в Абхазии купить недорого/дорого чурчхелу/чачу/домашний (дикий) коньяк;
1.2. как/чем в Абхазии отравиться/не отравиться;
1.3. чем абхазы лучше/хуже армян/грузин/русских;
2. есть информации о/об:
2.1. сохранившихся артефактах минувших эпох;
2.2. культурных традициях абхазов;
2.3. исторических событиях, происходивших на территории нынешней Абхазии.
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 1
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 2
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 3
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 4
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 5
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 6
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 7
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 8
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 9
Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 10
СУХУМСКАЯ КРЕПОСТЬ
Вот развалины крепости старой,
Рвется к стенам кипенье волны,
В ярком солнце, черны от загара,
Отдыхающих группы видны.
Я дышу этой влажною солью.
Даль синеет в проломах руин.
Здесь красивых абхазок в неволю
Угоняли купцы из Афин.
Здесь орудья турецкой эскадры
Разбивали бойницы в упор.
Здесь визжали чугунные ядра,
И следы их видны до сих пор.
Но Келеша разящая шашка
Рассекла непроглядную ночь.
Было нашей Абхазии тяжко,
И Россия пришла ей помочь.
Я стою на обломках и знаю,
Как непрочен чугун и гранит.
Нас хранит не стена крепостная –
Нас великая дружба хранит.
Георгий Гублиа (1928 г.), перевод А. Ревича
СУХУМСКАЯ КРЕПОСТЬ
Сухумская крепость образует в плане квадрат, три стены которого и два бастиона по углам полностью сохранились, а четвертая (южная) стена отдельными обломками устилает полосу морского прибоя за парапетом набережной. Под асфальтом скрыты основания стен еще трех укреплений, фундаменты жилых и хозяйственных построек, печь для обжига керамических изделий и другие памятники позднеримского и ранневизантийского времени.
Здесь же могила Келешбея Шервашидзе, последнего феодального владетеля Абхазии.
Древние строители возводили все эти укрепления в наиболее тихом месте обширной бухты, лучшей во всем Восточном Причерноморье. С запада ее прикрывает глубоко выдающийся в море Сухумский мыс, сложенный наносами реки Гумисты. В бухту впадает несколько небольших рек, из которых наиболее крупные - Беслетка (абх. Басла, Баслата) и Келасури. Южнее расположен Кодорский мыс, образованный наносами Кодора - крупнейшей реки Абхазии.
Берега Сухумской бухты за пределами крепости представляют собой небольшую низменность, охватывающую к северу и востоку неширокую
полосу суши, а на западе простирающуюся на 10 км до Нижней Эшеры, включая Сухумский мыс, где находится один из районов города, сформировавшийся на основе поселка Красный маяк. На территории поселка - древнее поселение и могильник, а рядом - руины позднесредневековой Гумистинской крепости, известной также под названием Старый Сухум. Низменность окаймляют предгорья, образующие весьма прихотливый лабиринт холмов и ущелий.
Юго-восточнее Сухумской горы, за ущельем реки Беслетка, начинается довольно сложная система параллельных хребтов. Первая гряда примечательна тем, что на ее ближайшей к морю возвышенности стоит средневековая крепость, известная под названием замок Баграта (речь о котором пойдет ниже), а на наиболее удаленной от моря вершине находится поселение античной эпохи Ахул-абаа. За ущельем реки Дзегуты тянется небольшой хребет, в юго-западной части которого на месте корпуса филиала института чая когда-то также существовало поселение. Затем идет водораздел рек Келасури и Мачары, где на вершинах ряда холмов известны античные поселения, а параллельно Келасури от берега моря простирается Келасурская или Великая абхазская стена, поворачивающая через ущелье Мачары к Кодору.
Древности легендарной Диоскуриады, руины позднеантичных и средневековых укреплений и других построек на территории и в окрестностях Сухума давно привлекают к себе внимание исследователей. Еще в 1712 г. здесь побывал французский путешественник де ля Мотрей, которому местные жители показывали несколько колонн, изуродованную голову статуи и какую-то «медаль» или монету с надписью «Диоскуриада». В 1833 г. по Абхазии путешествовал известный французский ученый Ф. Дюбуа де Монпере, который высказал мнение, что Диоскуриада располагалась в свое время не на берегах Сухумской бухты, а за мысом Скурча (Кодорский мыс).
Особенно много для изучения древностей Сухума сделал известный сухумский краевед В. И. Чернявский, который в результате многолетних поисков и наблюдений пришел к заключению, что Диоскуриада - старейшая древнегреческая (милетская) колония на Черноморском побережье Кавказа с VI века до н. э. находилась на месте современного Сухума и её значительная часть погребена на дне Сухумской бухты. Свой вывод он основывал на том, что во время штормов на берег выбрасывалось большое количество древних предметов - монет, обломков посуды, украшений. Сбор этих вещей одно время превратился для некоторых предприимчивых жителей в настоящий промысел.
«Желающий брал билет от полиции с платою за него, кажется, 3-х рублей, без права, однако, тревожить цельный берег. После каждого сильного
волнения моря, когда приводило в движение весь прибрежный щебень и песок, а также отмывалась часть берега, целые толпы людей бродили по берегу и рылись руками в песке. Находились в изобилии ценные предметы. Здесь же... двое рабочих нашли золотую царскую корону».
В 1886 г. в Сухуме проводил исследования русский археолог В. И. Сизов. Небольшие, но очень результативные его раскопки на берегах Сухумской бухты подтвердили правильность выводов В. И. Чернявского о местоположении древнего города. В. И. Сизов сделал много и по изучению памятников средневекового Цхума.
Греко-римский Диоскурий (позднее Себастополис) находился на северном побережье Сухумской бухты, на расстоянии, приблизительно, от сохранившейся древней крепости (т. н. «турецкой») до Ольгинской улицы и, вероятно, еще далее к востоку. Судя по большому количеству найденных фрагментов от греческих сосудов на небольшом сравнительно пространстве, можно думать, что население этого места было значительное и давно поселившееся, притом чисто греческое.., Что же касается до местности, лежащей на юг от Сухума, по другую, левую сторону Баслаты и близко от её устья, где произведены были мои раскопки у казармы, то местность эта, включая сюда и замок Баграта и ближние ... террасы гор, принадлежит средневековому христианскому Сухуму...; он соответствует Цхуму грузинских летописей и Акуа - абхазцев.
В 20-х годах прошлого века большую работу по изучению древностей города проделало Абхазское научное общество. В 1925 г. на руинах Сухумской крепости были выявлены три строительных слоя, отнесенные к позднеримской, средневековой и эпохе османского владычества.
Древний город Диоскуриада тянулся неширокой полосой по берегу моря на протяжении 1,5-2 километров по обе стороны р. Беслаты, причем часть его находится на дне Сухумской бухты
Особенно богатый материал по по исследованию античных и средневековых памятников Сухума был обнаружен в 50-х годах прошлого столетия. В 1951 г. были изучены поселение и могильник VIII - II вв. до н. э. на Сухумской горе, в 1952—1954 гг. обширный могильник и поселение на холме Гуад-иху. В 1954-56 гг. открыты римская башня и поселение эпохи Диоскуриады на северо-западной окраине Сухума, античное и средневековое поселения в замке Баграта. В 1956-1959 гг. выявлены поселения и полторы сотни захоронений VIII - II вв. до н. э. в поселке Красный маяк. Впервые опубликованы сведения о мраморной стелле конца V в. до н. э., найденной в 1952 г. вблизи устья реки Беслетки.
В 1958-1959 гг. большой коллектив исследователей произвел раскопки римской крепости Себастополис, стены которой покоятся под асфальтом набережной Сухума. В результате был добыт огромный материал как о быте
римского гарнизона в I - IV вв. н. э., так и об обитавших здесь ранее диоскурийцах. Были выделили на территории крепости шесть культурных слоев: нижний слой с единичными находками, относящимися к начальному периоду истории Диоскуриады V в. до н. э.; слой III-II вв. до н. э., характеризующий период экономического расцвета города эллинистического времени; слой I в. до н. э. - I в. н. э. - периода упадка и кризиса городской жизни»; слой I в. н. э.- «периода оживления городской жизни»; слой II-III вв. н. э.- периода «расцвета городской жизни» и верхний слой, датированный IV-V вв. н. э., материал которого, по мнению исследователей, свидетельствует:
об интенсивной экономической жизни в городах Северо-Восточного Причерноморья в период возникновения и расцвета Лазского (Эгрисского) царства.
В литературе утвердилось мнение, что:
остатки основной части древнего города Диоскуриады находятся на дне Сухумской бухты, а на территории современного Сухума располагались лишь его окраины.
Представление о Диоскуриаде как о «городе, взятом волнами», сложилось в последнее столетие на основании визуальных наблюдений над режимом Сухумской бухты. Древнейшее сообщение о наступлении моря в Сухумской бухте скорее всего может быть датировано XVII столетием, когда итальянский миссионер Арканджело Ламберти сделал в своих записях пометку:
пятое аббатство было Себастопольское, которое теперь поглощено водой.
Любопытные данные о наступлении моря в районе Сухумской крепости в середине и во второй половине XIX в. содержатся в работах русских историков-археологов. Так, в 1877 г. В. И. Чернявский писал:
Все развалины, находящиеся теперь на дне бухты, еще недавно были под наносами: старожилы абхазцы еще помнят посевы кукурузы на месте якорной стоянки пароходов... Движение моря на берега происходит теперь очень быстро; ежегодно отнималось, от одного до двух саженей берега перед городом. От широкого бульвара в 1867 г. на моих глазах ушла половина. Одна морская буря отнимала иногда до двух аршин. Любой житель Сухума помнит постройки на местах, отнятых морем в последние 10-15 лет. Указывают стрельбища впереди крепости, подмытые теперь морем, отстоявшие от них при русском уже владычестве на ружейный выстрел...
А в 1907 г. уже писали:
Постепенное опускание берега в Сухуме действительно наблюдается, и факт этот можно считать установленным. Местные жители хорошо знают, насколько быстро поглощался берег водой. Еще 100 лет назад в Сухуме стреляли из пистолетов в цель от моря к крепости, теперь же море подмыло крепостную стену настолько, что она целиком обрушилась в воду.
Общее представление о пространстве, занятом морем в районе Сухумской крепости за последние 2 тыс. лет, дает расположение остатков севастопольских укреплений, которые имели скорее всего квадратную форму. Тот факт , что северные стены обеих крепостей сохранились полностью, а сами крепости в момент своего строительства не могли отстоять от берега дальше, чем на 20- 30 м, позволяет с достаточной точностью определить ширину полосы, занятой морем примерно за 1,5 тыс. лет, в 70-90 м, причем полоса периодически в какой-то своей части, вероятно, восстанавливалась, как это имело, возможно, место во второй четверти XIX в. В то же время следует отметить, что, судя по исследованным напластованиям Себастополиса, море ни разу не затопляло уцелевшую территорию крепости, иначе здесь обязательно были бы отмечены прослойки ила, песка и гравия.
Современные наблюдения полностью согласуются с данными В. И. Чернявского, который писал:
Летом 1876-го года...я исследовал... на дне прибрежья Сухумской бухты, до глубины 4-х - 6-ти метров... не только целые ряды остатков древних стен, выдающихся местами почти до поверхности моря на расстоянии сажень до 30-50 от берега, но также иззубренные волнами стены древнего замка, поднимающиеся еще с глубины около 6-ти метров настолько, что я мог, поддерживаемый плавательным снарядом, обходить вокруг по пояс и местами по шею в воде. Замок имеет два сомкнутых отделения, одно совершенно круглой формы, другое - четырехугольной; последнее более разрушено. Лежат они перед Сухумской крепостью против конца юго-западной трети длины ее фасада...
На огромном расстоянии от берега рыбаки давно производят собирание устриц и мидий руками со стен огромной башни, выдающейся с глубины около 10 м, башня эта не доходит метра на 3 до поверхности...
Затопление древних памятников в Сухумской бухте и ее окрестностях связывается с новейшими тектоническими процессами - опусканием прибрежной зоны, а также ставшим особенно в последние десятилетия заметным поднятием уровня Черного моря. Выразителен тот факт, что подошвы всех фундаментов укреплений Себастополиса и теперь находятся выше уровня моря. Остатки стен на дне моря не образуют стройной системы, связанной с
подстилающим грунтом, а разбросаны отдельными блоками на большом пространстве, лишь в самых общих чертах следуя былой линии стен. Следовательно, в основе разрушения Себастополиса нужно видеть в первую очередь не опускание берега или поднятие уровня моря, а действие прибоя (абразию).
Об абразионном характере разрушения прибрежных кварталов Диоскуриады свидетельствуют и материалы, выбрасывавшиеся прибоем во время наиболее интенсивной наступательной фазы - в третьей четверти XIX в., когда сбор остававшихся после штормов вдоль пляжа древностей превратился в настоящий промысел. В этом отношении наиболее важным является то, что с постройкой в 1898 г. Сухумской набережной, приостановившей разрушение берега, прекратились и находки монет и других древних изделий, поступавших, следовательно, на пляж непосредственно из содержавших эти предметы разрушаемых волнами участков берега, а не с морского дна.
Со времени основания Диоскуриады (VI в. до н.э.) сколько-нибудь значительных изменений в конфигурации Сухумской бухты не произошло. Ширина полосы, отнятой за последние 2 тыс. лет морским прибоем
у суши, не превышает 100 м. Эта полоса и занимавшая ее часть древней Диоскуриады погибли полностью и безвозвратно. Любая вещь, будь то камень, керамика или металл, попадая в полосу морского прибоя, в течение нескольких лет неизбежно стирается в порошок и иловыми наносами укладывается на дно. Следовательно, от тех участков древнего города, которые поглощены морем,
ждать в исследовательском отношении уже, к сожалению, нечего.
ЗАМОК БАГРАТА
Поселений в непосредственной близости от города археологами не было обнаружено. Люди жили в основном в глубине Гумистинского ущелья. Их материальная культура изучена еще очень плохо, однако, судя по имеющимся данным, они активно занимались отгонным скотоводством. На всех высокогорных пастбищах прилегающих хребтов (Чедым, Дзыхва и др.) до сих пор сохранились развалины раннесредневековых каменных пастушеских хижин. Некоторые исследователи полагают, что в IX-X вв. был сооружен и так называемый замок Баграта - на вершине холма на левом берегу реки
Беслетки. Это предположение основывается на легенде, записанной во второй половине XIX в. Согласно легенде, замок Баграта возник в эпоху грузинских царей Баграта III (980—1014 гг.) или Баграта IV (1027—1072 гг.). Архитектурные же особенности укрёпления, о чем речь пойдет ниже, заставляют относить его к более позднему времени.
Результаты археологических раскопок, произведенные в 1886 г. В. И. Сизовым,
а также исследования последних десятилетий показывают, что на обширной плоскости мыса по левому берегу реки Беслетки в конце XI-XIII в. стояло
множество деревянных зданий, разделенных улицами и переулками, Здесь же находились пристань, затем торговая площадь, а дальше, на окраине поселка, - кладбище. На господствующей над городом вершине на случай вражеских вторжений возвышалась цитадель - замок Баграта. От города, вглубь страны, вели дороги и тропы, соединявшие его с довольно многочисленными монастырями, феодальными поместьями и сельскими усадьбами в окрестностях.
Раскопки 1954-1956 гг., проведенные в замке Баграта привели к находкам обломков пифосов, кувшинов и поливной керамики XI века ниже уровня строительного горизонта крепости. Тогда, видимо, укрепление имело лишь деревянные стены. В последующий период (не ранее конца XI-XII веков) были
проведены основные работы по сооружению каменных стен. Об этом говорят их конструктивные особенности, находящие аналогии не среди местных памятников VII-XI вв. (Анакопия и др., см. Об Абхазии, древней и первозданной. Часть 8), а среди восточнопричерноморских укреплений развитого и позднего средневековья.
Замок Баграта имеет в плане форму овала. С востока в крепость ведут ворота, облицованные тесаным известняковым камнем и защищавшиеся когда-то небольшой четырехугольной башней. В южной стене видна еще одна башня с каменным сводом и широким "вылазным" окном. Стены замка, за исключением северной, хорошо сохранились местами. Они сложены из бута с использованием в облицовке крупного булыжника. Перед их возведением крепостной двор выровняли, а по контуру будущих стен врезали ступень, на которую наклонно положили каменный пояс, охвативший как бы "панцирем" склоны холма. Его наклонная плоскость позволяла с большим успехом отбиваться от слишком близко подходивших врагов - брошенные сверху тяжелые камни, отскакивая от наклонного "панциря", вносили в их ряды беспорядок. Со временем, однако, стены, утратив по мере размыва склона опору, начали сползать вниз. Такая судьба постигла всю северную линию обороны укрепления.
Замок Баграта представлял собой крепость-убежище, где укрывалась привилегированная часть местного населения, в первую очередь, вероятно, цхумские эриставы (губернаторы) Шервашидзе и их приближенные. На крепостном дворе обнаружены три погреба, в которых оказалось более
30 пифосов (амфор) емкостью до 100-150 литров каждый. О том, что в крепости жило постоянное население, говорят многочисленные находки столовой и кухонной посуды, обломков жерновов, каменных сковородок, керамических и железных шлаков.
Женщины вели домашнее хозяйство: пряли, готовили пищу, мололи зерно. Мужчины ковали оружие, изготовляли различные предметы обихода. Население замка занималось и скотоводством - здесь найдены кости коров,
овец, лошадей и свиней. Внутри крепостных стен большинство строений были деревянными, однако имелись, и каменные постройки, до нашего времени не сохранившиеся. Замок неоднократно подвергался нападениям, о чем говорит большое число разновременных железных наконечников стрел, найденных снаружи у основания стен. Не исключено, что в замке в начале XIII в. бывала царица Тамара.
В XIV в. Цхум почти одновременно становится одним из важнейших пунктов генуэзской колонизации на побережье, крупным торговым центром. В это время городу возвращается его римское название "Себастополис" в слегка измененном виде - Севастополис, под которым он затем фигурирует в источниках на протяжении 200 лет. Впрочем, это название на различных итальянских картах приводится в нескольких вариантах: Севастополис, Севастополи, Сканосколполи, Сант-Себастьян, Севаст.
1330 г. датируется письмо католического епископа Петра, отправленное из Севастополиса в Геную, из которого явствует, что в Севастополисе существует довольно значительная католическая община, конфликтующая с проживавшими в городе «восточными христианами». Древнейшее сообщение о присутствии в Севастополисе генуэзского консула относится к 1354 г.
Количество самих итальянцев в городе вряд ли превышало 100-150 человек при общей численности населения в 2000-2500. Генуэзцы вместе с представителями
местной знати, купцами и ростовщиками составляли верхушечную прослойку - «жирный народ», которому противостоял «тощий народ» - основная масса населения: мелкие ремесленники, наемные рабочие, беднейшая прослойка. Среди торговцев Севастополиса, как и в других генуэзских колониях Причерноморья, было, вероятно, много армян, а также греков.
Генуэзские купцы скупали у жителей (в основном, через местных феодалов) лес (особенно такие ценные породы, как самшит), мед, воск, звериные шкуры, продукты земледелия, скотоводства, домашнего ремесла. Взамен они продавали предметы роскоши, оружие, лошадей, продукцию ремесленного производства западноевропейских мастерских, например бронзовые шкатулки с гравировкой, и главным образом соль. Основными потребителями этих товаров являлись в первую очередь феодалы.
Наиболее важным источником доходов как той, так и другой стороны были рабы, которых генуэзские торговцы везли затем в Золотую Орду и почти на все невольничьи рынки Средиземноморья. Сведения о широко развитой работорговле на Севастопольском рынке восходят к концу 20-х годов XIV в. Рабы добывались местными феодалами во время набегов на территории соседей, а также отчасти и за счет "закрепощения" собственных зависимых крестьян.
Развитие внутренней торговли и ремесла сопровождалось ростом денежного обращения (на северо-восточной окраине Сухума в 1927 г. был найден золотой венецианский дукат). Широкое распространение получили серебряные подражания трапезундским аспрам - в окрестностях города обнаружено несколько кладов таких монет, а также много отдельных их экземпляров. На их лицевой стороне помещены стилизованное изображение царя и греческая надпись, сообщающая имена трапезундских императоров Мануила и Иоанна из династии Комнинов, а также «печать Соломона» - шестиконечная звезда; на обороте монеты изображен покровитель Трапезундской империи святой Евгений.
Трапезундская империя существовала с 1204 по 1461 год. Названа она в честь столицы - города Трапезунд (ныне - Трабзон). Своим появлением государство обязано процессам постепенного распада Византийской Империи.
В XV в. Севастополис становится важнейшим торговым портом всего Восточного Причерноморья. Известный тверской купец Афанасий Никитин, в 1466-1472 гг. предпринявший путешествие в Индию, оставил любопытную
запись следующего содержания:
А в Севастей губе (в Севастопольской бухте) да в Гурзыньской земле добро обильно всем.
Главным административным лицом в Севастополисе до середины XV в. являлся генуэзский консул. В статусе черноморских колоний, принятом в Генуе в 1449 г., о правах севастопольского консула сказано следующее:
Постановляем и предписываем, что консул в Севастополисе имеет право взимать со всех вещей и товаров генуэзских, привозимых в то место, один процент со всего товара за ввоз и столько же за вывоз и что он обязан
иметь и держать за свой счет способного письмоводителя, переводчика и рассыльного.
Вскоре Севастополис стал резиденцией протектора всех генуэзских факторий на побережье Кавказа. В 1472 г. консулу в Каффе из Генуи писалось:
Всего более достойно похвалы то, что вы стараетесь со всеми властями и народами того края жить в дружбе и избегать случаев столкновения. И подобным же образом довольны мы тем, что вы писали нам о надеждах на
прочный мир с Бендиано князем Севастополиса.
Однако прочный мир так и не наступил. Еще в 1453 г. под ударами турок пал Константинополь - столица остатков великой Византийской империи. Положение генуэзцев в Причерноморье все более осложнялось. Проливы оказались перекрытыми, торговля сворачивалась. Когда в 1455 г. решением генуэзского руководства на место протектора в Севастополисе был назначен патриций Филиппо Клаверенция, он категорически отказался принять должность, которая в прежние времена сулила бы ему большие выгоды. Вслед за ним отправиться в Севастополис отказались и семь других кандидатов. Удалось уговорить лишь некоего Герардо Пинеяи, который уже вскоре по прибытии в Севастополис сообщал в метрополию, что 28 июля 1455 г. абхазы напали на город и основательно его разграбили. Судя по всему, это князья Шервашидзе воспользовались каким-то конфликтом генуэзцев с владетелями Мегрелии. С 1473 г. всякие сведения о генуэзском консуле в Севастополисе в источниках исчезают.
Материальная культура XIV-XV вв. как на территории самого Севастополиса, так и в его окрестностях представлена пока несколько слабее, чем культура предыдущего этапа. Несомненно, к этому времени относится часть находок из дотурецкого слоя в Сухумской крепости - многочисленные обломки пифосов и поливной посуды поздних форм, стеклянные браслеты и т. д.
Трудно еще сказать, где непосредственно располагалась резиденция консулов и протекторов в Севастополисе. Скорее всего они использовали подновленные укрепления римского Себастополиса. Возможно, тогда же восстанавливалась приморская стена в тех ее частях, где отмечено использование деревянных «лежней» вместо кирпичных прослоек, а также средняя башня, в которой
найдены обломки керамики и других изделий, относящиеся к XIII-XIV вв. Интересно, что и стены позднейшей крепости (обычно они связываются со строительной деятельностью турок) сложены в манере, близкой к той, в какой восстановлены фрагменты западной стены.
Упомянутая средняя башня до разрушения представляла собой многоэтажное четырехугольное в плане сооружение со стенами, прорезанными широкими арочными окнами и сложенными из тщательно оббитого булыжника. Облик башни скорее генуэзский, чем турецкий, - башнеобразные бастионы турецкого времени в северной части крепости имеют иную форму. Поэтому не исключено, что в стены турецкого времени составной частью вошли постройки генуэзцев.
По крайней мере до середины XV в. существовал многолюдный поселок на левом берегу реки Беслетки, функционировали и укрепления замка Баграта. Здесь найдены обломки пифосов, поливной посуды, стеклянных браслетов
и других изделий.
XIV и первая половина XV в. характеризуются определенным подъемом экономики и культуры сельского окружения города. Во многих храмах и монастырях разворачивается строительство, идет ремонт, обновляются росписи. Появляются отдельные благоустроенные поместья с каменными зданиями и оборонительными комплексами увеличивается число местных абхазских крестьянских усадеб, о существовании которых напоминают глиняные черепки, угольки, кости животных на пашнях.
Стены домов плелись из прутьев орешника, рододендрона и других растений, крыши покрывались соломой. Во дворах находились винные погреба - несколько зарытых по горло в землю глиняных пифосов, над которыми
был деревянный навес. Землю обрабатывали с помощью деревянного плуга с железным наральником либо мотыгами. Вблизи усадеб располагались семейные кладбища.
В 1454 г. впервые на рейде Севастополиса появился турецкий флот. 50 кораблей доставили сюда армию под руководством Мурад-бея, подвергшего бомбардировке и основательному разграблению город. Хотя турки задержались здесь всего несколько дней, их действия в других районах Причерноморья губительно сказались на жизни Севастополиса. С трудом продержавшись на берегах Сухумской бухты еще 20 лет, генуэзцы навсегда покинули город, с этого момента надолго утративший свое значение крупного торгово-ремесленного центра.
Первый турецкий гарнизон на короткое время был размещен в Севастополисе в 1578 г., когда турки восстановили генуэзскую крепость. Вероятно, в нем служил и некий Мехмед-ибн-Насух, умерший в 1598 г., - его могила с соответствующей турецкой надписью на надгробном камне до недавнего времени сохранялась на территории города.
Где-то на рубеже XVI—XVII вв. регулярные турецкие войска надолго оставляют берега Сухумской бухты. На протяжении всего XVII в. здесь существует небольшой населенный пункт, являющийся одним из основных центров торговли турецких купцов с местным населением. Итальянский миссионер Жан де Люк в 1629 г. сообщал:
Абхазы обладают очень хорошей гаванью. Сюда ежегодно приходят суда из страны лазов, Трапезунда, Константинополя и Каффы и иногда зимуют здесь. Эта гавань называется Эскисумуни.
Тот же автор приводит и два других наименования (Схисуммуни и Схисорнум) населенного пункта, в котором, по его словам, находилась резиденция Путо - правителя южной части Абхазского княжества. Де Люк добавляет:
В Абхазии вообще городов нет, но много селений в горах.
Итальянский миссионер Арканджело Ламберти писал:
Сюда приезжает множество турецких купцов. Они привозят в большом количестве деньги и одежду, в которой нуждаются местные народы, и за это турки исключительно требуют невольников. Поэтому грузины, колхи и абхазы продают туркам похищенных людей.
О масштабах работорговли дает представление сообщение французского путешественника конца XVII в. Шардена. Он подсчитал, что ежегодно со всех восточнопричерноморских рынков вывозилось в среднем до 12 тыс. рабов.
В 1724 г. турки, восстановив и перестроив стены Сухумской крепости, разместили здесь свой гарнизон. Над главными восточными воротами крепости, теперь разрушенными, они установили следующую высокопарную надпись:
В благополучное правление его величества царя царей, великого султана, которого высочайший двор и держава нимало не уступают державе Александра Македонского и Дария - счастливого царя, блистающего на земле красотою, народами, славою и правосудием, и при любезном зяте сего царя, верховном визире государства, против всех врагов и злодеев, по высочайшей воле и выстроена сия великая и неприступная крепость, твердостью подобная большой птице Суннеу летающей высоко на Кавказской горе.
Автор второй половины XVIII в. Яков Рейнеггс сообщал:
Абхазский наместник Леван Шервашидзе передал янычарам крепость Сагуми, которая могла бы рассматриваться как ключ к Западному Кавказу, особенно если бы её защищала Акуа, или Аку, находящаяся на уступообразной обрывистой скале.
Это одно из самых ранних сообщений об употреблении топонима «Акуа», которым и теперь абхазы называют город Сухум. В конце 1770 г. русский капитан Языков, которому было поручено составить записку о состоянии Мегрелии для императрицы Екатерины Великой, вместо Сухумской крепости назвал крепость Аку
..в которой турецкий гарнизон и все обитатели турки.
Таким образом, в XVIII в., помимо окончательно укрепившегося здесь наименования Сухум-кале, осмысленного турками как трехсоставное: «су» вода, «хум» - песок, «кале» - крепость, город носил более древнее, но,
несомненно, лежавшее в основе турецкого, название Цхом - Цхум - Сагум, к которому добавилось еще одно - Акуа.
Мнение автора может не совпадать с его точкой зрения©
Продолжение воспоследует...
Список используемой литературы:
1. Воронов Ю.Н. Диоскуриада-Себастополис-Цхум // М: Наука, 1980 г.
2. Воронов Ю.Н. Археологические древности и памятники Абхазии (V-XIV вв.) // Проблемы истории, филологии и культуры. Вып. 12. Магнитогорск., 2002.
3. Воронов Ю.Н. Археологическая карта Абхазии // Абхазский совет грузинского общества памятников культуры. Сухум, 1969 г.