Поддержка оказалась несказанно кстати - Лансер, наконец, заметил мое состояние и, обхватив за талию, повернул к себе лицом. Я пыталась сосредоточить взгляд хотя бы на бриллиантовой булавке или ордене, но в глазах были только всполохи разноцветных полос. Куда там его целовать-то? Одно сплошное пятно подражателя Пикассо.
Когда моих губ коснулись его губы, я сначала ощутила лёгкую прохладу, растекающуюся по онемевшему лицу, и пальцы на моем подбородке. И через какое-то время, секунды две - не более, в голове прояснилось до того, что даже мысли появились. Первая и основная: мне становилось легче - боль уходила постепенно, не сразу, но уже отступала от суставов, мышц, прояснялся взгляд. А потом резко все навалилось обратно, сжимая до судорог.
Зараза! Он разорвал поцелуй, оставив меня умирать снова.
Единым рывком, сжимая всю оставшуюся энергию в одну точку, я положила руку на затылок Лансера, и сама впилась в его губы. Плевать на приличия! Забудем стеснительность! Мне плохо на столько, что ради освобождения от боли я в отчаянии углубила поцелуй и почувствовала дрожь Лансера, а также резкое сжатие талии, добавившей к моему судорожному состоянию ещё и полное отсутствие воздуха, и жар внутри (в груди, животе), говорящий уже не о боли, а о странном возбуждении. Чёрт, куда-то не туда повел этот поцелуй.
А потом резкая вспышка вокруг нас и водоворот воздуха, уносящий куда-то с поляны. Я переполошилась не на шутку, предположив в поднимающемся паническом состоянии, что это очередной виток привязки к миру, и уже сама попыталась оттолкнуть Лансера и отстраниться. И теперь уже его рука на моем затылке не отпускала меня, не давала разорвать поцелуй. Лансер уже не прикасался, как в начале, - сжигал, забирал, уводил дальше, доводил до жажды, требуя продолжения. И я не отпускала, отдавая и забирая, сжигала и сгорала, забывая обо всем вокруг.
Только деликатное покашливание где-то в стороне от нас сообщило, что мы не одни, где-то в другом месте, но не одни. Я отпрянула резко, едва не упав на пол, и только поддержка Лансера уберегла.
Мы оба дышали тяжело, рвано, а мои щеки в придачу пылали от запоздалого неуместного смущения. Что же это было с нами?
- Поздравляю вас с этим значительным событием, лорд Лансер, леди...- вежливое поздравление дворецкого, чьё тихое покашливание мы услышали, немного отрезвило.
- Вера,- представилась, осознавая, что оказались мы в "жилище" моего, теперь, мужа. И перенес нас сюда сам Лансер, уж не знаю зачем.
- Леди Вера,- дворецкий произнес мое имя с таким возвышенным воодушевлением, что я даже плечи расправила и спину выпрямила - леди я.
- Варракс, принесите закуски и воду в кабинет,- обратился Лансер к дворецкому. - Есть ещё какие-то пожелания? - Этот вопрос уже ко мне, и я чуть не попросила суп.
- Побольше воды,- жидкость мне нужнее.
А потом запястье, на которое Лансер умудрился надеть браслет, пронзила резкая боль. Да что ж такое. Сегодняшний день проходит у меня под девизом: "Много боли не бывает". Браслет распался на несколько частей и осыпался на пол с громким лязгом. На месте браслета красовалась тонкая красная нить.
- Идёмте, нужно закончить ту часть договора, ради которой все и завертелось.
И пошел, не оборачиваясь, зная, что я иду следом.
Эликсир я проверяла на подлинность трясущимися руками, несколько раз промахнувшись с ингредиентами и безнадежно испортив раствор. Мой "муж" проявлял поистине уникальное терпение, ни разу не потребовав ускориться, ни разу не посмеявшись над моей несуразной неуклюжестью.
Нужно было выпить чайную ложку эликсира, и вот тут меня ждал поистине неприятный сюрприз, когда "ты его туда, а он обратно". Эту фразу Ким говорил про овсяную кашу, а Буч про перловку. Никогда их не понимала...до этого момента.
Я была красная, взмыленная, со слезящимися глазами, но за пол часа так и не смогла выпить эту гадость. Ни разведение в воде, ни закуски - ничто не поспособствовало улучшению ситуации.
- Вы слишком напряжены,- Лансер откупорил бутылку с вином и разлил его по бокалам.
Бордовая тягучая жидкость имела привкус винограда и черной смородины, было терпким и слегка вяжущим, приятным на вкус, но какой-то отдаленный привкус рубинового эликсира преследовал неотрывно. Допив вино, я сообщила про навязчивый вкус зелья, на что получила ответ, доведший до бешеной горячки:
- Не удивительно - там как раз чайная ложка этого средства. Надеюсь, к концу вы не сопьетесь.
Как я его ненавижу - прямо раздавить готова. Если меня спросят про кандидата на убийство, так к императору теперь присоединился этот "муж".