В течение 2022 года международные и российские эксперты выпустили много апокалиптических предсказаний для российской экономики. К примеру, в мае Институт международных финансов (IIF) ожидал падения ВВП России на 15% из-за санкций. Всемирный банк в апреле прогнозировал снижение на 11,2%, в июне — на 8,9%. Мартовский прогноз JPMorgan предрекал семипроцентное сжатие. Полный "разбор полётов" почему не получилось с предсказаниями - в статье на портале РБК, далее краткие тезисы.
В течение года Международный валютный фонд (МВФ) трижды пересматривал прогнозы по российской экономике. В январе 2022 года эксперты МВФ предсказывали рост ВВП России на 2,8%, а к апрелю оценка изменилась до падения на 8,5%. В июле МВФ скорректировал прогноз до −6%, а к октябрю — до −3,4%. Общий разброс в диапазоне оценок Международного валютного фонда превысил 11 процентных пунктов.
Росстат опубликует официальные данные о динамике российского ВВП за 2022 год в феврале 2023-го — но уже сейчас ясно, что сжатия экономики не будет ни на 15, ни на 7%. Россия смогла избежать наиболее негативных сценариев, а профильные эксперты были вынуждены объяснять, почему они так часто меняют свою оценку российской экономики.
Главная причина некорректных оценок международных экспертов - их непонимание рыночного характера российской экономики и адаптивности российского бизнеса. Об этом «РБК Трендам» заявила директор Института «Центр развития» и член ученого совета НИУ ВШЭ Наталья Акиндинова.
В условиях гибкости цен и при наличии ранее накопленных запасов импортной продукции предприятия смогли довольно оперативно наработать новые хозяйственные связи внутри страны и на внешнем рынке взамен утраченных в результате санкций, ограничивших поставки импорта и финансовые операции, а также ухода иностранного бизнеса. Со стороны государства этому способствовало некоторое смягчение регулирования — в частности, разрешение параллельного импорта
Летом 2022 года в газете The Economist вышло исследование, которое выявило еще одну причину устойчивости российской экономики: ее малую зависимость от иностранных игроков. Еще до введения санкций 2022 года в компании американского происхождения работали всего 0,3% россиян по сравнению с 2% в развитых странах. А объем иностранных инвестиций в Россию в последнем доковидном году — в 2019-м — составил 30% ВВП. Среднемировой показатель в тот момент был равен 49%, указывает The Economist. Таким образом, относительная изолированность российской экономики накапливалась и до 2022 года. Санкции усилили эту оторванность, продолжив тенденцию и не оказав решающего воздействия на экономику.
Первый пакет помощи российской экономике правительство запустило в середине марта 2022 года: в тот момент речь шла о 100 инициативах на общую сумму 1 трлн руб. К примеру, кабинет министров начал помогать российскому бизнесу налаживать экспорт в страны Евразийского экономического союза (ЕАЭС), куда вместе с Россией входят Армения, Белоруссия, Казахстан и Киргизия. В результате товарооборот заметно увеличился со всеми перечисленными странами — прирост измерялся десятками процентов.
Адресную поддержку получили наиболее пострадавшие от санкций отрасли. Так, 150 млрд руб. выделили авиакомпаниям, которые лишились прибыльных рейсов в Европу и США в результате закрытия неба для самолетов российских перевозчиков. К осени 2022 года совокупный объем господдержки существенно превысил изначальную планку в 1 трлн руб.