"Наждались" нашего куратора в машине мы уже достаточно. Уже вижу, что Сашка бы и готова пятками назад, наверное, но её упрямство не дает ей развернуться в обратном направлении.
На её лице крупными буквами написаны уже все вот эти колебания. С одной стороны, меня надо победить, чтоб знала, что непозволительно над бедной сиротой издеваться. А с другой стороны - а вдруг и правда придется возвращаться к бабушке?
Возвращаться в прежнюю жизнь Сашка боится. Боится и не хочет категорически. И каждый разумный человек на её месте поступил бы точно так же.
Ну, и еще чуть о бабушке.
К Сашкиной бабушке у меня самой противоречивое отношение. Жалость присутствует. Несмотря ни на что.
Был у неё полный дом людей. Две дочери, их сожители, собственный муж, внук с внучкой. Ну да, веселились всей семьёй. Это мы со старшей по дому общались, которую Сашкина бабушка ненавидит. Такой дым коромыслом стоял, участковый заходить опасался. А потом за одно лето - всё кончилось. Рухнуло. Одна за другой умерли обе дочери. Ну согласитесь, они же все равно - дочери. Первый сожитель слинял чуть раньше, второй - чуть позже (И тоже, кстати, в этом же месяце, что и дочери, умер). Деда не стало за пару лет до этого. Сашку увезли в приют. А старшему внуку пришла повестка в армию, и через месяц его заберут. И останется наша бабушка в двухкомнатной квартире одна... А бабушка у нас почти неходячая, передвигается по квартире на ходунках. Похоронить двоих дочерей за месяц - это расходы. Даже если по-минимуму, все равно расходы. В квартире по решению суда за долги по коммуналке отключили свет и газ, а там - автономное отопление. То есть - зимой отопления без газа не будет. У бабушки в счет погашения этих самых долгов забирают половину пенсии. И на всю жизнь у неё остается четыре тысячи рублей.
Да, заявление об отказе оформления опекунства над Сашкой она написала собственноручно, так же, как и Сашкин брат. Но сейчас брат в армию на год уйдет, а бабушке тогда - как жить на эти оставшиеся четыре тысячи? Конечно, я враг номер один. Протянула свои загребущие лапы к опекунским пособиям. Озолотилась. А бабушке сейчас жить не на что и помочь некому. Даже в магазин сходить некому. Да и, похоже, друзья-родственники объяснили бабушке, как она дала маху, отдав Сашу. Проворонила восемь тысяч рублей. Вообще-то у бабушки в деревне есть родная сестра, нормальная тетка, обычная деревенская женщина. Но она забрать к себе Сашкину бабушку почему-то не спешит. И Сашу забрать к себе она тоже желания не изъявляла. Хотя в разговорах с Сашкой бабушка говорит, что они не отказывались от неё, они просто НЕ УСПЕЛИ.
И бабушка регулярно названивает во все опеки и инстанции. С требованием вернуть внучку в семью. Районная опека, где бабушка проживает, опирается на собственноручный бабушкин отказ, бабушкины долги и отсутствие элементарных условий для проживания ребенка. Таких, как свет, отопление и горячая вода. Про остальное промолчим. Бабушка названивает в нашу опеку. Мой куратор много чего выслушал, вплоть до обвинений в коррупции и какие проверки нам будут обеспечены. Незаконно ребенка из семьи увезли чужим людям.
Сашка все это знает. С бабушкой общается. По телефону и не очень охотно. И возвращаться ну совсем не рвется. Разумно оценивает ситуацию. "Мне нельзя к бабушке. Бабушка и мои пособия пропьет и прокурит, я знаю. Бабушка в нашей семье курит больше всех."
А если в день пачка сигарет по 100 рублей, то от бабушкиной пенсии денег у неё остается только на сигареты. Конечно, для бабушкиного бюджета Сашкины опекунские пособия - это выход. Выход и спасение.
Только - а для Сашки?