Нина пришла домой от Ольги расстроенная. Степан сидел за столом и что-то писал.
- Все пишешь? И дела тебе нет ни до чего! – с порога напустилась на него Нина.
Степан поднял голову.
- Что еще случилось? – спросил он.
- Что случилось? – Нина металась по комнате, не находя места.- Ты спрашиваешь, что случилось? Сына моего убили, внучку увозят – вот что случилось!
Степан поднялся со стула, достал валерьянку, накапал в стаканчик.
- Вот, Нина, выпей! Успокойся, ничего изменить нельзя. Илью не вернешь, а внучку... нет у нас внучки, мы сами от нее отказались в свое время.
- Ничего ты не понимаешь! – глаза Нины лихорадочно блестели. – Я знаю, что можно сделать! Мы заявим в милицию и куда там еще надо, что Ольга пьет и гуляет, и ребенка у нее отнимут, а мы заберем!
Степан силой усадил ее на диван.
- Прекрати говорить глупости! А если будешь продолжать, я вызову «скорую» и тебя отвезут в психиатрию!
Нина обмякла и горько заплакала. Своими руками, все сделала своими руками! Если б знать! Если б знать!
... Гости пришли шумной толпой, в руках мужчин были букеты мимозы, нарциссов. В квартире запахло весной, праздником.
- А где Николай? – Иван огляделся. – Я отпустил его сегодня пораньше.
- Он скоро придет, ушел куда-то по делу, - ответила Ольга.
- Какие могут быть дела в такой день? – воскликнула Марина. – Это все-таки юбилей!
Раздевшись, все прошли в гостиную. Евдокия была в шерстяном платье горчичного цвета, в красивых бусах – постаралась Марина. Она слегка располнела, в волосах появилась седина, но выглядела он хорошо, глаза светились спокойствием. Да много ли нужно матери, чтобы быть счастливой? Совсем чуть-чуть: чтобы были счастливы дети!
- Отец, - обратился Иван к тестю, - а ваш юбилей вы с тетей Дусей так и затерли, мы с Маринкой ждали, но вы обошли это дело молчанием.
Евдокия ответила за мужа:
- Какой юбилей, Ваня! Что мы, молодые? Живем, и слава Богу, здоровье пока еще есть, и ладно! Мы на вас будем смотреть и радоваться. Вот ждем еще одного внука от вас, а то молодежь вас обогнала!
- Ничего, мы наверстаем, а может, и обгоним, правда, жена? – он обнял Марину за располневшую талию.
- Обгоняльщик! – нарочито сурово ответила Марина. – Побольше в свои командировки летай, пора ведь и на землю уже спускаться! Папа, скажи ему!
- Что я скажу, дочка? Мужчина должен заниматься своим делом.
В квартиру вошёл Николай. В руках у него был большой букет красных роз.
- Я чуть не опоздал? Все уже в сборе?
- Да вот, хотели уже без жениха свадьбу начинать! – Иван вышел к нему в прихожую, взял букет, пока Николай раздевался. – Где раздобыл такую красоту?
- Заказал, мне привезли из Грузии сегодня. Вот, ездил за ним!
Он прошел в комнату, подошел к жене, подал ей букет.
- Тебе, любимая! За каждый год, прожитый нами – три розы, плюс еще одна как надежда еще на многие годы нашей совместной жизни.
Ольга зарылась лицом в букет. Ни разу за все десять лет она не пожалела, что согласилась стать его женой.
- Спасибо, Коля! Ну, давайте садиться за стол!
Евдокия сидела за столом в прекрасной квартире своей дочки, и все это иногда казалось ей сказкой. Как случилось, что все обернулось именно так? Видно, судьба!
Она не рассказывала Ольге, что Нина Дорошина жалуется: у нее украли внучку, которую она так хотела видеть, и даже отчество поменяли, чтоб ничего не напоминало о ее сыне. Люди слушают, вздыхают. Однажды Катерина осадила ее:
- А что ей это отчество? Кто вырастит, тот и отец! И если Ольгин муж удочеряет ее, то это для девочки хорошо. А ты, Нина, как всегда, думаешь только о себе. Что ж ты не ходила к внучке, пока она тут была?
Нина Григорьевна Дорошина ушла на пенсию. Раз в месяц она обязательно ходит на кладбище, сидит рядом с могилой сына, рассказывает ему о своей жизни. В последнее время каждое лето старшие дочки привозят ей внуков. Особенно она любит Машиного сына, которого Маша с Сергеем назвали Ильей.
На майские праздники Ольга с Николаем и детьми приехали в село. Ольга с удовольствием и радостью смотрела на поля уже созревающей озимой пшеницы, похожие на серебристое море, показывала детям стада гусей и уток на глади реки, видела ту самую иву на берегу, где она была такой счастливой...
Во дворе было как всегда: цвели тюльпаны и нарциссы – еще редкие тогда в селе, распускались гроздья сирени, а на молодом каштане, посаженном в честь рождения Гриши, уже благоухали бело-розовые свечки. Было тихо, солнце припекало, но на горизонте показалась туча.
Не успели пообедать, как по крыше застучали первые капли дождя. Ольга вышла на улицу. Начинался дождь, сверкающие на солнце капли падали на землю, ждущую весенней благодати. Ольга подняла лицо к дождю, закрыла глаза. Николай подошел и обнял ее сзади. Вдруг дождь полил струями, зашумел, заглушая все звуки! Он стучал по листьям, цветам, траве, а они благодарно принимали его.
Ольга повернулась к мужу лицом, и они закружились под весенними струями... А из окна смотрели на них и смеялись их дети...