Тамара Мещерякова https://knd.gov.ru/license? id=676fd51296de59064d56aaaf&registryType=bloggersPermission

Свадьба прошла хорошо, хотя Пелагея заметила, что сватья не очень довольна выбором дочки. - Где они будут жить? – спросила она у Пелагеи. – В деревне? И что Аня будет там делать? Пелагея улыбнулась: - Ваня ведь закончил техникум, он поедет по направлению, а направили его в Таганрог, оттуда его и в армию взяли. Он отработал там два месяца, так что после армии он поедет туда. А у Анечки такая специальность, что она может работать где угодно. - Нам стоило столько усилий, чтобы ее направили сюда, в наш город… - Инна Валерьевна, не переживайте, ведь главное – чтобы они любили друг друга...

В субботу, перед женским праздником приехал домой Ванюшка – после восьмого класса он учился в Ростове в Электротехническом техникуме на пожарного. Он очень гордился тем, что только их группа имела форму – почти военную, и домой приезжал только в ней. В начале февраля ему исполнилось шестнадцать лет, он получил паспорт и чувствовал себя уже вполне взрослым человеком. Он получал стипендию, поэтому старался не брать у матери денег, хотя Пелагея пыталась иногда всунуть ему трешку или пятерку. К празднику...

Пелагея уже направилась отойти от землячки, но та еще спросила: - А как твои дети – у тебя их, кажется, трое было? - Было трое, а теперь пятеро. Но через мгновение поправилась: - Да, пожалуй, шестеро, - она вспомнила Машу, дочку Андрея. - И внуков уже пятеро. Скоро еще один будет. - Богатая ты! А у золовок твоих не густо: у старшей, Ольги один, сын, да и тот больной, даже в армию не взяли. А у Маруськи нету. Она, оказывается, в девках еще аборт сделала, так что детей у нее нету. У твоих детей, значит, только один двоюродный брат...

Все чаще Пелагея прислушивалась по ночам к дыханию мужа. Слова доктора о том, что с таким заболеванием сердца долго не живут, она помнила всегда. Вместе с директором совхоза она сумела убедить его уйти с должности инженера, а потом совсем уйти с работы. Но он не мог сидеть без дела, постоянно что-то делал во дворе, по дому, не обращая внимания на уговоры Пелагеи. Утром того злосчастного дня она встала, как обычно, быстро приготовила завтрак, покормила Ванюшку, убегавшего рано, собралась на работу...

Надежды Пелагеи на то, что с рождением ребенка изменится отношение Михаила к Лиде, не оправдались. Не прошло и месяца, как его стал раздражать плач ребенка, особенно по ночам. - Ты можешь успокоить его? – кричал он, когда малыш плакал. – Чего он орет каждую ночь? - Я не знаю, - плакала Лида, - а он не говорит еще. - Что ты за мать, если не знаешь, почему твое дите орет? Иногда в комнату входила мать, которая тоже ворчала на Лиду: - Мужику утром на работу, ему нужно выспаться хорошо, а ты не можешь...