Мария Лесса

Девочка ждала меня в приёмной почти час. В конце мая типография живёт так, будто весь город разом решил закончить школу: альбомы, виньетки, грамоты, пригласительные с золотым тиснением, ленты «Выпускник» рулонами по сто штук. Я третью неделю приезжала к семи и уезжала, когда охранник уже гремел ключами у цеха. Поэтому, когда администратор заглянула ко мне и сказала, что там сидит девушка «по личному», я чуть не попросила передать ей, что личные вопросы у меня начинаются в июле. — Говорит, вам лучше самой услышать, — добавила администратор и пожала плечами...

Вопрос Марфы Андреевны, старшей сестры свекрови, появился в семейном чате в начале десятого вечера: «Алисочка, уточни, пожалуйста, домик нам на шестерых будет? Мы с сыном, невесткой и внуками, и собаку возьмём, она тихая. Билеты на пятницу уже купили». Я как раз домыла посуду и прочитала это стоя, с полотенцем на плече. И сразу, раньше всяких чувств, начала считать. Так у меня всегда: сначала цифры, остальное потом. Семь сезонов на базе отдыха приучили. Если в июле кто-то пишет «мы вчетвером», а...

Сумку с документами из Кулешовки я несла, прижимая к боку, как носят что-то хрупкое. Там лежали четыре письма поддержки с синими печатями, акт обследования читального зала и флешка с сорока фотографиями облезлых стеллажей — всё, ради чего я два дня тряслась в районном автобусе и ночевала у библиотекарши на раскладушке. До подачи заявки оставалось девять дней. Я хотела только одного: положить папку на свой стол, закрыть дверь и лечь. Стола в комнате не было. На его месте стояли два чемодана, один на другом, и пакет с обувью...

Двадцать восьмого сентября я проснулась на даче от холода в носу. Одеял было два, сверху я ещё набросила старую рабочую куртку, но нос всё равно замёрз, как у собаки, которая ночевала на крыльце. Градусник на подоконнике показывал в комнате девять. Трава за окном стояла белая и хрусткая, и мой «Ларгус» тоже был белый. Лобовое стекло затянуло так, что я минут десять скребла его ребром пластиковой линейки. Летом я живу на даче каждый год. Дом строил ещё отец: тесно, но сухо, есть свет, колонка во дворе и сад, который надо поливать...