Нерадивые родственники

Я стояла за дверью кухни и слышала, как муж шепчет моей сестре: «Ты такая интересная, Вик. С тобой легко говорить». Руки задрожали так, что я едва удержала чашку с остывшим чаем. Всё началось месяц назад. Вика позвонила поздно вечером и дрожащим голосом сообщила: — Лен, можно к вам на недельку? Олег меня выгнал. Олег — её гражданский муж. Жили вместе пять лет, без росписи. Вика всегда говорила, что любовь важнее бумажки. — Конечно, приезжай, — ответила я не раздумывая. — Комната есть. Повесила трубку, обернулась к Максиму...

Дома, разобрав старый бабушкин комод на даче, я наткнулась на папку с документами. Пыльная, потёртая, явно давно не открывалась. Вытащила, сдула пыль, раскрыла. И замерла. Договор дарения. Дача. От моих родителей — моему брату Ярославу. Дата — два месяца назад. Я перечитала три раза, не веря глазам. Родители собирались подарить дачу Ярославу? Без моего ведома? Втихую? Руки задрожали. Села на пол прямо посреди комнаты, продолжая смотреть в документы. Эта дача была нашей семейной реликвией. Дедушка построил её своими руками пятьдесят лет назад...

Я стояла на кухне своей съёмной однушки и резала овощи на салат, когда мама позвонила. Голос у неё был напряжённый. — Оля, тебе нужно помочь Кристине. — Привет, мам. Чем помочь? — я зажала телефон плечом, продолжая резать огурцы. — Деньгами. Ей нужно тридцать тысяч на учёбу. Курсы визажистов. Я остановилась, положила нож. — Мам, у меня нет тридцати тысяч. — Как это нет? Ты же работаешь! — Работаю. Получаю тридцать шесть тысяч. Из них двадцать уходит на аренду, остальное на еду и проезд. — Ну возьми...

Я стояла на кухне в родительской квартире и разбирала вещи мамы. Прошло два месяца после похорон, но руки всё никак не доходили — больно было прикасаться к её платьям, к её книгам, к её фотографиям. Папа умер три года назад. Теперь мамы тоже нет. И я осталась одна в этой трёшке, где прошло моё детство. — Вер, открой, это я! — раздался голос из-за двери. Я открыла. На пороге стояла Лиза — моя младшая сестра. С двумя огромными чемоданами и какой-то коробкой. — Привет! Я приехала! — она широко улыбнулась...

Я стояла у окна с чашкой кофе, наслаждаясь тишиной субботнего утра, когда увидела знакомую серую "Ладу", которая парковалась у нашего дома. Сердце ёкнуло. Из машины вылезли свёкр со свекровью, потом сестра мужа Вика с мужем Олегом и их двое детей. Семь человек. Без звонка. Без предупреждения. — Костя! — позвала я мужа, стараясь сохранять спокойствие. — К нам гости. Он вышел из спальни, зевая и почёсывая затылок. — Какие гости? Мы же никого не звали... — Твои родители. И Вика с семьёй. Лицо Кости вытянулось...

Я сидела на кухне с чашкой остывшего чая и смотрела, как Денис в очередной раз орёт на Лёшу за разлитый сок. Сыну шесть лет, он просто хотел сам налить — ну пролил немного, с кем не бывает? — Идиот! Вечно ты всё портишь! — муж швырнул тряпку мне под ноги. — Вытирай за своим недоумком! Лёша сжался в комочек на стуле, губы задрожали. Я встала, подняла тряпку. Вытерла лужицу. Обняла сына и увела в комнату. — Мам, я больше не буду, — всхлипывал он. — Я правда больше не буду... — Тихо, солнышко. Ты ни в чём не виноват, — я гладила его по голове, а внутри всё кипело...