Поэзия и проза жизни (Фархад)

Признаюсь, первое мое чтение «Звездного роя, или Мельтешения на фоне чёрного небосвода» –книги первой романа Игоря Горева «Навье и Новь» – было поверхностным, «по диагонали». Иначе говоря, я прошел-пролетел его мимо. Даже в короткое предисловие Дмитрия Дроздова не потрудился вникнуть. А стоило бы. Коллега черным по белому вывел: «Тут случай, когда нужно внимательно следить за ходом мысли автора. Во всяком случае, под чипсы или обильный ужин эта вещь не читается… Я бы назвал “Навье и Новь“ Игоря Горева романом-размышлением»...

В хостеле «Пара тапок» в паре шагов от театра Сатиры сажусь завтракать и забываю, что время двенадцатый час, а я зверски голодный. Напротив меня сидит мужик. Обстоятельный такой, объемом два таких, как я, даже мизинцы по два моих пальца большого. Не спеша ловко отрезает несколько пластов от кусмана «Докторской» килограмма на полтора, столько же кружков от пышного батона хлеба, складывает в бутербродища. Не спеша прожевывает, запивая горячим чаем. Остатки колбасы и хлеба не спеша заворачивает в пакет...

В литкафе «12 стульев» в паре шагов от ЦДЛ сажусь завтракать и забываю, что время двенадцатый час, а я зверски голодный. Напротив меня сидит коллега по цеху, можно смело сказать, друг. Поджарый такой, с квадратиком седой бородки под голой губой нижней. Впалые щеки, восточный разрез глаз (про водолаза не знаю, но определенно монголоидная смесь присутствует). Не только облик внешний, но и ножичек в правой руке, вилочка в левой, их ритмичное движение выдает в моем визави ПОЭТА – удостоверения можно и не спрашивать...

Сейчас повторно смотрю "Игру в бисер" с Игорем Волгиным о творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина. С чего бы это? Виновата рукопись романа в трех книгах, который сел редактировать. Только когда дошел до второй книги, я понял, что мне надо вернуться к русскому классику. Не потому, что современный автор подражает ему, нет. Он даже не знает, что, сам того не подозревая, создал образ города Глупова, государства Глупов. Хотя разумность и в ту, и другую сторону так и прет. В сказках Щедрина едкая сатира, в них нет положительных героев: город и герои - порождение друг друга...

Девять лет назад я написал: «Чтобы узнать и понять страну, людей, не обязательно, вернее, недостаточно, побывать там, прочитать гору книг, прокрутить километры фото-видеоряда, выучить язык – музыка о ней расскажет больше. Музыка, которая идёт из глубины веков, музыка, которая живительным потоком несётся по горным рекам, многотрудным оросительным каналам сквозь пустыни, кровеносным сосудам, живет в каждой клеточке узбека или иранца, русского или китайца. Говорят, музыка интернациональна. Это так...

На многоугольную площадку редакционного этажа, куда выходят двери всех кабинетов, я попал без всяких препятствий, как к себе домой. Даже без ключей и кодов. Пока выбирал дверь, в какую постучаться, справа, из кабинета главреда, шумно высыпала толпа знакомых. – Я прямо из Сочи прилетел, у меня срочная новость! – Иди вон туда, к Юлии, в отдел новостей. Заглянул в указанный кабинет – пусто. Пошел искать Юлию. – Посмотри еще, она там! Возвращаюсь. На рабочем столе слева, у окна, какие-то пуховики, пледы, даже складная детская… коляска...

Почти два десятилетия назад я в «Кавказском застолье» принародно залпом выпил… целый рог крепкого вина. Вот как это было и чем кончилось. Впервые на 33 водопада, что за Большим Кичмаем в Сочи, я попал примерно в дни, когда МОК в Гватемале принимал решение об избрании Сочи как места проведения Олимпиады-2014. Мы прогулялись по живописным водопадам, тогда еще не утонувшим под бесчисленными деревянными трапами. После решили путешествие завершить посещением «Кавказского застолья». Тем более еще днем, по дороге в Кичмай, подвозили молодых танцоров из ансамбля...

В сети случайно обнаружил и выкупил книгу Александра Барышникова «Клад Соловья-разбойника» ("Вече", М. - 2023, 496 с.). И вспомнил, что ради этой книги, вернее, чтобы продвигать ее рукопись, в 1999 году я освоил технологию верстки сайтов на HTML Конечно, были рукописи и других авторов, у которых не было надежды где-то опубликовать свои труды. И в сети появился мой первый сайт «Библиотека неопубликованного» – он все еще живет...

Тупею. Прямо на глазах. Годы? Они как раз не причем. Или причем? Щас вспомнил, как я пятиклассником буквально бредил «Историей Древнего мира» – так, кажется, назывался предмет. Там главная тема была история европейской цивилизации, основы которой заложили древние греки. Красиво-увлекательно через древнегреческие же мифы. Именно там я впервые прочитал слова «демократия», «республика», «равноправие», узнал о городах-государствах, где насущные дела решались народным собранием. Правда, только вскользь упоминалось о том, что право на равноправие, свободу слова имели только высшие...

Именно явился, точнее, проявился Михаил Афанасьевич. Не где-нибудь, а в “нехорошей квартире”. Даже оставил явный след. Какой? Чуточку терпения. В «Булгаковском доме» на Садовой 302-БИС, как мы убедились, и сегодня случаются явления мистические. Говорю как свидетель и в некотором роде пострадавший. Про невинные проделки живого Бегемота породы мейн-кун я скромно промолчу. И про некоторых товарищей, которые нам только условно товарищи, которые в той квартире вели себя не как интеллигентно воспитанные товарищи - тоже промолчу...

Наше трио – Елена Герун, Светлана Петровская и автор этих строк сегодня отчитывалось о своей творческой поездке в столицу в литературно-мемориальном музее Н.А. Островского. Рассказ о нашей поездке, который окрестили «литературным десантом», начну с хвоста – с творческой встречи в гостиной редакции «Литературная газета», с руководством и членами ассоциации «Русское литературное общество» 11 декабря 2025 года. Завершающую встречу за горячим чаем и южным деликатесом домашнего приготовления – чурчхелой...

В хостеле «Пара тапок» в паре шагов от театра Сатиры сажусь завтракать и забываю, что время двенадцатый час, а я зверски голодный. Напротив меня сидит мужик. Обстоятельный такой, объемом два таких как я, даже мизинцы по два моих пальца большого. Не спеша ловко отрезает несколько пластов от кусмана «Докторской» килограмма на полтора, столько же кружков от пышного батона хлеба, складывает в бутербродище. Не спеша прожевывает, запивая горячим чаем. Остатки колбасы и хлеба не спеша заворачивает в пакет...