Поэзия и проза жизни (Фархад)

Признаюсь, первое мое чтение «Звездного роя, или Мельтешения на фоне чёрного небосвода» –книги первой романа Игоря Горева «Навье и Новь» – было поверхностным, «по диагонали». Иначе говоря, я прошел-пролетел его мимо. Даже в короткое предисловие Дмитрия Дроздова не потрудился вникнуть. А стоило бы. Коллега черным по белому вывел: «Тут случай, когда нужно внимательно следить за ходом мысли автора. Во всяком случае, под чипсы или обильный ужин эта вещь не читается… Я бы назвал “Навье и Новь“ Игоря Горева романом-размышлением»...

В хостеле «Пара тапок» в паре шагов от театра Сатиры сажусь завтракать и забываю, что время двенадцатый час, а я зверски голодный. Напротив меня сидит мужик. Обстоятельный такой, объемом два таких, как я, даже мизинцы по два моих пальца большого. Не спеша ловко отрезает несколько пластов от кусмана «Докторской» килограмма на полтора, столько же кружков от пышного батона хлеба, складывает в бутербродища. Не спеша прожевывает, запивая горячим чаем. Остатки колбасы и хлеба не спеша заворачивает в пакет...

В литкафе «12 стульев» в паре шагов от ЦДЛ сажусь завтракать и забываю, что время двенадцатый час, а я зверски голодный. Напротив меня сидит коллега по цеху, можно смело сказать, друг. Поджарый такой, с квадратиком седой бородки под голой губой нижней. Впалые щеки, восточный разрез глаз (про водолаза не знаю, но определенно монголоидная смесь присутствует). Не только облик внешний, но и ножичек в правой руке, вилочка в левой, их ритмичное движение выдает в моем визави ПОЭТА – удостоверения можно и не спрашивать...

Сейчас повторно смотрю "Игру в бисер" с Игорем Волгиным о творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина. С чего бы это? Виновата рукопись романа в трех книгах, который сел редактировать. Только когда дошел до второй книги, я понял, что мне надо вернуться к русскому классику. Не потому, что современный автор подражает ему, нет. Он даже не знает, что, сам того не подозревая, создал образ города Глупова, государства Глупов. Хотя разумность и в ту, и другую сторону так и прет. В сказках Щедрина едкая сатира, в них нет положительных героев: город и герои - порождение друг друга...

Девять лет назад я написал: «Чтобы узнать и понять страну, людей, не обязательно, вернее, недостаточно, побывать там, прочитать гору книг, прокрутить километры фото-видеоряда, выучить язык – музыка о ней расскажет больше. Музыка, которая идёт из глубины веков, музыка, которая живительным потоком несётся по горным рекам, многотрудным оросительным каналам сквозь пустыни, кровеносным сосудам, живет в каждой клеточке узбека или иранца, русского или китайца. Говорят, музыка интернациональна. Это так...