Любовь, говорите?

…Он увидел ее только мельком, издали, на миг какой-то. Потом долго приходил на это же место в это же время, чаще намного раньше, чтобы не пропустить огненно-рыжее буйство над невероятно синими глазами...

Мне друг переслал клип: «Молодой крепкий парень сидит в инвалидной коляске. Музыка. Танцуя в кадр входит юная тростиночка, нет, кипарис, в шортиках со сказочно красивыми ножками. Парень поворачивается к ней/к нам: он без обеих ног, Без протезов...

Стоп! О ком? О чем я собрался писать? Емансипація? Незалежність? Вона? Україна? В голове – полный бардак. Тут я... Наши предки не знали что такое первое, тем более второе. И продержались тысячелетия. Узнали – рассыпались за семь десятилетий. Сами выдали первое – получили развал ячейки, подарили второе – получили разброд и шатание мирового масштаба. И... ярлык агрессора. Может, у меня и каша в голове. Может, сравнение не толерантное (сразу признаюсь толерантно: обожаю этот термин!). Попробую упорядочить мысли и начну с первой...

Сегодня в чате, в ответ на поздравление со Сретением Господним, один дипломированный философ огорошил: «Как говорил величайший из греческих мыслителей Гераклит, война – мать всему. Наш мир – это мир войны, таков парадокс». К чему это было сказано – понять моего нефилософского образования не хватило. В другом контексте, безусловно, я бы Гераклиту, вернее, его образованному адепту, захлопал всеми конечностями. Но здесь это проявление эрудиции, мягко говоря, мне показалось некорректным. И вспомнил одну маленькую историю о другом парадоксе: смех как ключ от врат...

Я как-то алгоритм жизни человеческой разложил на поцелуи. Оказывается, поторопился объявить его завершенным. Презентация книги «анатомической поэзии» одного поэта помогло сложить пропущенное звено этого алгоритма. Правда, в прозе. Представил себе юную красавицу, стройную как кипарис. Любовь, которую хочется носить на руках, парить с нею в любви небесах, целовать не только песок, по которому она ходила, а каждый квадратный сантиметр дивного стана... Неустанно повторять эту обоюдную приятность вновь и вновь...

Получив распечатку макета обложки книги в «Жирафе», решил прогуляться пешком до остановки у «Александрии». Разрывать скотч и раскручивать рулон не стал: роскошно! Иначе и быть не может! Иду себе, ласково обнимая пальцами рулонную пока красоту, и думаю о ней же. Почти ничего и никого вокруг не вижу. – Вы к нам? – останавливает меня дуплетом серое наваждение в обрамлении золотых волос. – Н-нет, не к вам... – машинально отвечаю я, щелкнув взглядом чудную фигурку в облегающем черном платьице а-ля Коко...