Вячеслав вышел одним из последних. На нем снова красовался тот самый серый вельветовый пиджак поверх теплого свитера. Он держал в руках стопку книг и спокойно беседовал с пожилым преподавателем. Я сделала шаг вперед и неуверенно позвала его по имени.
Мой голос дрогнул. Вячеслав обернулся, попрощался со своим собеседником и неторопливо подошел ко мне. На его лице не отразилось ни радости, ни печали, ничего. Я ожидала увидеть гнев, обиду, непонимание или жгучую боль. Но в его светлых глазах с золотистыми крапинками застыла лишь абсолютная, ледяная пустота. Эта опустошенность напугала меня гораздо сильнее любых криков и скандалов.
— Здравствуй, Варвара, — произнес он своим ровным, бархатистым голосом без малейшей тени улыбки. — Что привело тебя на наш факультет?
Я нервно сцепила пальцы в замок и начала торопливо, сбивчиво изливать ему свою душу.
— Слава, я совершила самую страшную ошибку в своей жизни, — мои слова путались, а на глаза наворачивались горькие слезы. — Тот телефонный звонок стал результатом ужасного давления. Мои родители внезапно вернулись домой. Они парализовали мою волю, заставили меня отказаться от тебя и навязали мне чужого жениха. Я безумно испугалась их напора! Я проявила чудовищную слабость, но я совершенно не хочу жить по их правилам. Я придумала способ избавиться от этого навязанного брака. Пожалуйста, давай забудем этот кошмар и попробуем начать все сначала. Я не могу без тебя и вспоминаю наши беседы в парке!
Вячеслав внимательно выслушал мою сбивчивую речь до самого конца. Он не перебил меня ни единым словом. Когда я замолчала и с надеждой заглянула в его глаза, он разочарованно вздохнул и покачал головой.
— Варвара, искренние человеческие чувства не работают по щелчку выключателя, — ответил он невероятно тихим, но твердым тоном. — Ты пытаешься объяснить свое предательство страхом перед родителями. Я прекрасно понимаю твое смятение и твою боль. Однако фундамент любых настоящих отношений строится исключительно на абсолютном доверии и готовности защищать свой выбор. Ты отвернулась от меня при первом же серьезном испытании. Ты выбросила наши чувства ради сохранения обманчивого покоя в своей семье.
Его спокойные, рассудительные слова били по моему сердцу с силой кузнечного молота. Я попыталась поймать его за рукав пиджака, но он мягко отстранился от моего прикосновения.
— Разбитую фарфоровую чашку невозможно склеить обратно без уродливых швов, — продолжил Вячеслав и крепче прижал стопку книг к своей груди. — Я не держу на тебя зла и искренне желаю тебе найти в себе силы для реальной борьбы за свое достоинство. Но я не могу строить свое будущее с девушкой, которая способна отказаться от меня под натиском чужих голосов. Наша история завершилась в тот самый вечер возле телефонного аппарата. Прощай, Варвара береги себя.
Он развернулся и медленно пошел по длинному коридору в сторону лестницы. Я осталась стоять около дубовой двери в полном оцепенении. Толпы студентов пробегали мимо меня, громко смеялись и обсуждали свои повседневные заботы. А я чувствовала себя абсолютно безжизненной внутри. Мой хитрый план сработал ровно наполовину. Соня наверняка сумеет очаровать Аркадия и забрать его из моей жизни. Мои родители неизбежно придут в ярость от срыва выгодной сделки. Но все это теперь совершенно не делает погоды.
Уже вечером я возвращаюсь в свою темную комнату, опускаюсь на стул и роняю голову на руки. Синие чернила размазываются по странице зеленого дневника от обильных, неудержимых слез. Я самолично разрушила самое светлое и чистое чувство в своей жизни. Моя трусость обошлась мне слишком дорого. Я избавилась от Аркадия, но взамен получила абсолютно пустой океанский берег одиночества. Никакие планы, манипуляции и хитрости не способны вернуть утраченное доверие любимого человека. Юношеский пыл требует не только высоких мечтаний и красивых слов о поэзии. Реальная жизнь требует огромного, повседневного мужества, а его в моей душе не оказалось.
Конец ноября всегда приносит с собой ледяные ветра, колючий снег и ранние темные сумерки. Я сижу за своим дубовым столом, смотрю на зеленый переплет дневника и чувствую невыносимую, давящую тяжесть в груди. Моя синяя шариковая ручка оставляет на гладкой бумаге нервные, кривые строчки. Две недели назад я наивно поверила в спасительную силу своей хитрости. Я искренне надеялась откупиться от ненавистного жениха чужими амбициями и получить долгожданную свободу. Однако реальность оказалась гораздо страшнее моих самых мрачных предположений. Сегодняшний воскресный вечер окончательно сорвал все благообразные маски и обнажил истинное, пугающее уродство мира вокруг меня.
Несколько часов назад тишину нашей старой квартиры разорвал резкий, настойчивый звонок телефонного аппарата. Я неторопливо вышла в коридор, сняла массивную эбонитовую трубку с рычага и прижала ее к уху. На другом конце провода раздались громкие, прерывистые рыдания. Моя подруга Соня, всегда такая уверенная, дерзкая и жизнерадостная, плакала навзрыд. Ее звонкий голос срывался от настоящей истерики. Я испугалась, попросила ее в ту же минуту успокоиться и внятно объяснить причину такого глубокого отчаяния. Соня сделала судорожный вдох и начала свой страшный рассказ.
- Я действительно подстроила «случайную» встречу с Аркадием около главного корпуса городской больницы. Хирург мгновенно обратил на меня внимание. «Какие красивые, эффектные девушки ходят в нашем городе! И какой у вас яркий красный шарфик.» Он подошел ко мне, - продолжала Соня, - завязал непринужденную беседу и в тот же вечер пригласил в роскошный ресторан. Я порхала от счастья, - вспоминала Соня, - думала, вытащила удачный билет в лотерее. Аркадий начал регулярно возить меня по самым дорогим заведениям города, дарил огромные букеты роз, золотые украшения и флаконы французских духов. Я окончательно потеряла голову от такого внимания. Решила, что поймала жар-птицу за хвост, с радостью согласилась на "Ну, ты понимаешь?", и стала его тайной любовницей. Я с нетерпением ждала скорого предложения руки и сердца, но вместо этого получила жестокий, унизительный удар по своему самолюбию.
Сегодня днем я напрямую спросила Аркадия о расторжении помолвки с тобой. В ответ хирург лишь пренебрежительно откинулся на спинку кресла и снисходительно рассмеялся мне прямо в лицо. - Соня сквозь слезы процитировала мне его циничные, ледяные слова.
— Моя дорогая, ты слишком наивна, — ответил ей Аркадий. — Для безумной страсти, походов по ресторанам и веселых развлечений мужчине нужны именно такие раскованные, опытные девушки. С тобой невероятно приятно проводить свободное время. Но в качестве законной жены я хочу видеть совершенно иное. Мне нужна скромная, тихая, покорная Варвара из очень приличной семьи. Она идеально подходит для ведения домашнего хозяйства, организации правильных приемов и воспитания моих будущих наследников. Она станет красивым фасадом моей успешной карьеры. Я никогда не откажусь от этого выгодного брака. А наши с тобой тайные встречи останутся приятным дополнением к моей образцовой семейной жизни.
Я услышала это жуткое признание и почувствовала сильное разочарование. Мой хитроумный план рухнул словно карточный домик от дуновения ветра. Аркадий не проглотил приманку. Он умело использовал слабость Сони ради собственного удовольствия и при этом сохранил полный, абсолютный контроль над моей судьбой. Соня умоляла меня добровольно отказаться от свадьбы, она требовала моего немедленного вмешательства и грозилась устроить грандиозный скандал. Но я ясно понимала абсолютную бесполезность любых разговоров. Я плавно положила трубку на аппарат и прислонилась спиной к холодным обоям в прихожей. Мои ноги подкашивались от ужаса. Стальной капкан не открылся, он захлопнулся с двойной силой.
В эту самую секунду раздался звонок во входную дверь. Моя мать радостно выбежала из гостиной в своем нарядном шелковом платье, щелкнула металлическим замком и распахнула дверь. На пороге стоял Аркадий. Хирург приехал на традиционный воскресный семейный ужин. На нем красовалось великолепное темное пальто из дорогой шерсти. Воздух в тесном коридоре мгновенно наполнился запахом морозной улицы и терпкого мужского парфюма. Мужчина небрежно бросил свою кожаную перчатку на маленький столик около зеркала, скинул пальто на руки моей матери и уверенным, хозяйским шагом прошел на кухню.
Мои родители моментально принялись суетиться вокруг нежданного гостя. Отец радостно потирал руки. Мать доставала из духовки румяный мясной пирог и раскладывала на столе серебряные столовые приборы. На газовой плите громко и пронзительно свистел эмалированный чайник с кипятком.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7.