Средневековый город, наверняка, представлял собой жалкое зрелище. За исключением городской цитадели, выросшей из замка местного феодала, и немногих высоких зданий, вроде церкви, ратуши и да нескольких домов местной знати, весь остальной город, ну, по крайней мере, судя по тому, что мы видим в фильмах, книгах и современных компьютерных играх, должен был представлять собой небольшие одно ‑ или двухэтажные дома, стоящие вдоль узких кривых улочек.
Картина эта, если не приглядываться к ней внимательно, в общем, кажется нам совершенно естественной. Ну, посудите сами, разве можно было в реалиях Средневековья построить что‑то большее, чем обычный двухэтажный каменный, ну или деревянный дом? Понятно, что строились в те времена огромные замки и храмы, но всё это капитальное строительство, практически не пересекаясь, существовало параллельно с бытом и жизнью обычных горожан, которые были вынуждены селиться в маленьких тесных домиках, так непохожих на поместья и замки богатейших рыцарей и титулованного дворянства.
И не то чтобы всё вышеописанное было совершенно нереально. Вот только таким образом средневековые города выглядели в эпоху «варварских королей», викингов и времена основания Англо‑Нормандского королевства. Но уже начиная с конца XI века за стенами средневековых городов всё было в порядке и с большими домами, и с многоэтажным строительством, и с хорошо известной всем нам проблемой застройки перенаселённых мегаполисов. Да что там говорить, время от времени, путешествуя по средневековой Европе, можно было встретить натуральные небоскрёбы, построенные, что характерно, частными лицами. Впрочем, не будем забегать вперёд и начнём с самого начала.
А в самом начале Средневековья, сразу после падения Вечного Города, никакой проблемы с городской застройкой не было. Крупные поселения, частично возникшие на местах, где стояли римские города, а частично построенные германскими племенами в чистом поле, отвоёванном у тёмного леса, были, как и вся тогдашняя Европа, малолюдны. И поэтому городская архитектура времён раннего Средневековья отличалась от сельской не то чтобы очень сильно.
Всё это были, как правило, не очень большие одноэтажные дома с высокой крышей, служившей одновременно дымосборником и местом хранения продуктов и инструмента. Единственным существенным различием городского здания было отсутствие вокруг такого дома полей, огородов и прочих фруктовых садов, без которых жизнь большей части свободных франков, бургундов или везиготов была невозможна. Города той эпохи были небольшими, крайне малозаселёнными и, в общем, больше напоминали крупные хорошо укреплённые посёлки, окружённые пашнями, фермами и загонами.
Почему? Всё дело было в отвратительной логистике тех времён. Торговые караваны и грузовые обозы едва справлялись даже с небольшим местным трафиком, а это значило, что было решительно невозможно взять и поселить в каком‑то одном месте большое количество людей. Они бы просто умерли от голода. И поэтому население раннесредневековой Европы приходилось более или менее равномерно размазывать по всей территории «варварских королевств». И, с одной стороны, это было, конечно, печально, но с другой… Небольшой городок, знакомые соседи, свежий воздух и окрестности, не загаженные сотнями тысяч людей. Не жизнь, а мечта экоактивиста. Но потом к власти пришли Каролинги, и идиллия закончилась.
Карл Великий и его деятельные предки буквально в приказном порядке стали создавать множество рудничных производств и мелких пока кузнечных мануфактур, что привело к появлению большого количества ремесленников, которых, что характерно, нужно было селить компактно. И сразу после этого население городов начало расти с такой скоростью, что восьминогий конь отца богов Слейпнир смотрел на эту историю с нескрываемой завистью.
Примерно к X веку города империи Каролингов увеличиваются по площади вдвое, а по населению — в три‑четыре раза. И значило это только одно: места внутри городских стен больше не хватало для всех, кто хотел там поселиться. Примерно в это время начинается заметное изменение архитектуры городской застройки. Большинство домов в крупных городах, а особенно в центральной их части, приобретают второй этаж, а иногда и мансардные комнаты под крышей. Также становится понятно, что обычный открытый очаг, который до этого момента всех, в общем, устраивал, при многоэтажной застройке больше не выполняет нормально своих функций, и горожане, отвернувшись от него, обратили свой взор к закрытым очагам — предтечам средневековых каминов.
Единственное, что всё ещё как‑то сдерживало рост городов, а значит, и высоту домов в них, — так и не вставшая толком на ноги, страдающая недостатком монетарного серебра торговля. Всё, конечно, было сильно лучше, чем во времена «ленивых королей», но для нормальных финансовых операций, а значит, и развития транспортной торговой сети, банально не было денег. Но однажды, в XI уже веке, благородные воины Христа, победив неисчислимые полчища еретиков, пробили‑таки торговый коридор на восток, по которому в Европу немедленно хлынула полноводная серебряная река. И всё завертелось.
Вставшая на ноги торговля, которая снова могла доставлять любые товары в любые точки Европы, позволила городским жителям больше не отвлекаться на всякие глупости вроде выращивания хлеба и забоя скота. А вместо этого заняться важными производствами, попутно превращая растущие города в крупные торговые центры. И вот на этом самом месте, на рубеже XII и XIII века, стало окончательно ясно, что место в средневековых городах закончилось и нужно что‑то делать. Собственно, рабочих вариантов было ровно два: достраивать стены, увеличивая защищённую площадь городской застройки, ну или начинать расти вверх. И горожане при здравом размышлении выбрали оба варианта.
Начало XII века — это именно тот самый момент, когда средневековые города приобретают привычный для нас вид. Главная улица, проходящая город насквозь, пересекающая на своём пути сначала рыночную, а потом и центральную площадь города, ограниченную со всех сторон цитаделью, церковью и другими важнейшими строениями. А вокруг этой основной городской артерии — сплошное море многоэтажной застройки с редкими незанятыми пространствами пустырей, что образовались после очередного пожара, которые случались внутри стен города с похвальной периодичностью.
Кстати, примерно в это же время в городах начинается комбинированное строительство, когда первый этаж делали из прочного камня или надёжных деревянных брёвен, а всё, что выше, собирали при помощи вошедшего в моду фахверка. Стены, слепленные из всего и палок, были заметно легче, чем сосновые и дубовые брёвна, не говоря уже о каменной кладке. При этом они стояли на надёжной основе первого этажа, а это значило, что поверх него можно было добавить ещё два. А если постараться, то и под высокой крышей найти место для пары мансардных комнат.
В общем, к XII примерно веку некоторое количество жилых построек в крупных городах средневековой Европы были довольно высокими. Даже с современной точки зрения. Три довольно высоких этажа плюс такая же высокая крыша, где зачастую тоже кто‑то жил, превращали типичный городской дом в Париже, Генуе или Праге в десятиметровое здание, у которого, к тому же, зачастую площадь верхних этажей была побольше, чем у первого, на котором вся эта конструкция держалась. Поэтому всё это опиралось на дополнительные внешние балки и вертикальные столбы, превращавшие и без того немаленький дом в совершеннейшую мешанину камня, дерева, глины, кирпича и черепицы.
Но даже и это был не предел. В центральных районах Парижа, Венеции и Милана, если судить по находкам и записям в тогдашних хрониках, уже в XIII веке появляются четырёхэтажные здания, чьи крыши достигают тринадцатиметровой отметки. А это, на секундочку, практически высота современной пятиэтажки. Как это строилось? Не очень понятно. Как обслуживалось и ремонтировалось? Об этом не хочется даже думать.
Помните историю о том, как в Риме возводились, горели и рушились построенные, казалось, со всеми возможными нарушениями инсулы? Так вот, в этом вопросе от Вечного Города европейское Средневековье не отставало от древней Античности ни на миллиметр. История тут была та же самая: пожары, обрушение, капитальный ремонт, который проводился чуть чаще, чем никогда. И единственная разница была в том, что с наступлением прогрессивного феодализма на такие техногенные катастрофы всем стало глубоко плевать. В отличие от римских продажных бюрократов, никто больше не назначал должностных лиц, обязанных следить за тем, чтобы застройщики соблюдали хоть какие‑то нормы безопасности. Не до того было.
К слову сказать, все эти средневековые высотки строились далеко не во всех городах, и даже столицы не всех королевств могли похвастаться такой прогрессивной архитектурой. Большую часть по‑настоящему многоэтажного строительства в те времена мы видим исключительно в городах, что стояли на главных торговых перекрёстках средневековой Европы. То есть на юге Франции, в Священной Римской Империи и на севере Италии — землях, через которые с XII века шёл великий торговый путь из Европы в страны Востока. Исключением из этого правила был Париж, тогдашняя столица Европы: там с большими деньгами и высокими домами всё тоже было отлично. Хорошо развитая торговая сеть позволяла аккумулировать серьёзные финансы, которые местная аристократия немедленно конвертировала в поместья, шато и замки. А те, кто были не так благородны, — в модную и чрезвычайно выгодную недвижимость внутри городских стен.
Впрочем, иногда случалось, что благородные люди принимали решение строить свой будущий дом в черте города, и тогда чаще всего на месте кварталов с городской застройкой строились обычные, хотя и чертовски красивые поместья. Но иногда на свет Божий появлялись совсем другие архитектурные решения — как это случилось в Болонье, Флоренции, Сан‑Джиминьяно и ещё нескольких городах, считавшихся торговыми воротами Италии. Там средневековые архитекторы, подгоняемые заказчиками, стали строить натуральные небоскрёбы.
Вся история началась с того, что одна неизвестная уже, но чрезвычайно благородная дворянская семья, имевшая много денег и врагов, решила не перестраивать своё поместье внутри города, а вместо этого построить на принадлежащем ей участке земли, неподалёку от центра города (не очень обширном, нужно сказать), укреплённую башню, вроде донжона. Только больше и выше. Так как семья была большая и, судя по всему, на безопасности экономить не привыкшая, башня получилась что надо: восьмиметровая у основания, квадратная, заложенная на прочном фундаменте. Она вознеслась над городом на тридцать с небольшим метров, сравнявшись с самыми высокими башнями городской цитадели. После чего все соперники, строившие козни этой мудрой и благородной семье, увидев конечный результат, немного охренели.
В те времена в итальянских городах было неспокойно. Папа боролся с императором Священной Римской Империи, гвельфы немного воевали с гибеллинами, и такое серьёзное укрепление, позволяющее безнаказанно расстрелять любое количество противников, пришедших к твоему порогу, оказалось настолько к месту, что словами не передать. Оценив возможности, которые даёт подобная постройка, местные благородные дома немедленно рванули наперегонки к ещё не занятым архитекторам и начали натуральную гонку вооружений. Благо с деньгами у всех приличных людей в Болонье всё было нормально.
Примерно за двадцать лет на улицах этого итальянского города появилось под сотню подобных башен. Некоторые из них были очень высокими, а одна, носящая гордое имя Азинелли, так и вовсе перешагнула отметку в девяносто семь метров. И вначале это были именно что укрепления, арсеналы, места дислокации феодальных дружин. Но очень скоро стало ясно, что такие вот средневековые небоскрёбы отлично подходят и для проживания. После чего часть благородных семей немедленно переселилась в своё новое жильё с отличным видом из пентхауса на окружающие земли.
И если постройка четырёхэтажного фахверкового дома в Милане или Париже была чрезвычайно дорога, то во что обходилась одна такая сорокаметровая башня, я даже представить не берусь. Хронисты пишут, что строили их по нескольку лет, привлекая сотни наёмных рабочих и лучших архитекторов Европы. Впрочем, количество денег в стремительно богатевшей северной Италии, ставшей перевалочной базой всей европейской торговли, было таково, что до самого конца XII века подобные укреплённые жилища не только продолжали строить, но и поддерживали в порядке.
Технически это была обычная замковая башня, только очень здоровая. Каждые несколько метров в ней располагались помещения, к которым вела внутренняя лестница, которую можно было легко разрушить и сбросить вниз, если коварный враг смог сломить оборону защитников и ворваться на первый этаж. Если же ему удавалось сохранить её и продвинуться выше, то же самое можно было сделать с лестницей, соединяющей второй и третий этаж. И так дальше — до самой крыши, которая маячила где‑то в недосягаемой высоте.
Впрочем, к XIII веку политическая ситуация в центральной и северной Италии немного устаканилась, и необходимость в подобных укреплениях отпала. Поэтому уже с середины века башни потеряли большую часть оборонных функций и стали застраиваться внутри жилыми помещениями, превращаясь в натуральные небоскрёбы, ничуть не отличающиеся от современных гигантов Москвы, Пекина или Нью‑Йорка. Только водопровода в них не завезли, да и конструкция канализации была весьма своеобразной.
В то же примерно время следить за техническим состоянием башен Болоньи, Сан‑Джиминьяно и всех остальных средневековых городов, по причине того, что это больше не влияло на обороноспособность и безопасность дворянских родов, стали намного менее внимательно. И такого пренебрежения каменные гиганты не пережили. Даже четырёхэтажный фахверк, собранный из всего и палок, без постоянного ремонта довольно быстро разрушается, превращаясь однажды в груду обломков. Что же говорить про каменные башни небывалой для того времени высоты.
Уже к концу XIII века от ветхости и отсутствия постоянной профилактики разрушилось и упало более двух десятков ещё недавно грозных башен, ставших домом для новых поколений мелкого итальянского дворянства. XV век пережила едва ли половина. А до нашего времени дожили всего две — та самая Азинелли и её младшая сестра Гаризенда. Впрочем, заметная их часть всё‑таки пережила Средневековье, став домом сначала для благородных семей, а позже и для простых жителей городов Северной Италии.
Вот как‑то так. Похоже, в этом вашем Средневековье даже с многоэтажным строительством всё было более или менее прилично, как бы это ни казалось странным на первый взгляд. Люди, попавшие в одинаковые условия, вообще склонны принимать схожие решения. И неважно, идёт ли речь о налогах, развлечениях, вопросах веры или капитальном многоэтажном строительстве. А на сегодня всё: следующая статья на канале будет уже совсем скоро, и в ней мы поговорим про приёмы строевого боя времён «варварских королевств».