Вот и закончился этот рассказ. Надеюсь, он подарил вам много хороших и добрых эмоций. Оставайтесь со мной и дальше. Говорят, здесь иногда появляются неплохие истории.
Поддержать канал денежкой 🫰
Мы возвращаемся домой, но счастье не кончается. И лето не кончается. Из жаркого, соленого побережья мы приезжаем в такое же жаркое, залитое густым медом солнца городское лето. Воздух в городе, конечно, другой — пахнет не магнолиями, а раскаленным асфальтом и тополиным пухом, но от этого он не становится хуже. Он просто другой. Он — домашний.
Я выхожу на работу, и моя страховая компания больше не кажется мне постылой, душной клеткой. Наоборот, я с удивлением обнаруживаю, что она мне нравится. Мне нравятся мои коллеги, которые встречают меня сочувствующими вздохами и расспросами о здоровье. Мне нравятся мои обязанности, эта рутинная, но такая понятная работа с бумагами и цифрами, которая приводит мысли в порядок. Мне нравится даже мерный гул офисной техники и запах кофе из общей кофемашины.
Но, теперь я не засиживаюсь допоздна, чтобы оттянуть момент возвращения в чужую квартиру. Я стараюсь слинять с работы пораньше, бросая на часы нетерпеливые взгляды, потому что знаю — меня ждут.
Мою машину наконец-то отремонтировали. Счет оказался внушительным. Миша оплатил его, не сказав мне ни слова, просто привез машину к подъезду и протянул ключи. Но я настояла, что беру у него эти деньги в долг, и даже написала ему расписку.
— Зайцева, ты с ума сошла? — возмущается он — Какие еще расписки?
— Никаких "каких"! Это важно! — твердо отвечаю я.
Мне действительно важно чувствовать, что я стою на своих ногах. Что я не приживалка, не обуза. Что я могу сама.
И наконец, наступает день, которого я ждала и боялась одновременно. Рома и Яна возвращаются. Встречаю их в аэропорту, и сердце колотится где-то в горле. Вот они выходят из зоны прилета. Яна катит чемодан, а рядом с ней… рядом с ней идет мой сын. Сам. Без костылей, без палки, не держась за сестру.
Он похудел, осунулся, на скулах проступают резкие тени, но в глазах его — жизнь. Не тот стеклянный, отрешенный взгляд, который я видела перед больницей, а живой, теплый, осмысленный.
Я бегу к ним. Мы обнимаемся все вместе, и долго так стоим, не в силах разомкнуть рук. Я плачу, смеюсь, целую их лица, глажу Ромкины волосы, которые успели немного отрасти.
И мне плевать на снующих мимо людей, на объявления по громкой связи. Весь мир сузился до этого маленького, теплого круга. Моя семья. Мои дети. Они здесь, они со мной.
У Ромы все хорошо, он практически здоров. Реабилитация прошла успешно, впереди — только регулярные обследования. О Нике мы не говорим. Словно ее никогда и не было в нашей жизни. Рома съезжает со съемной квартиры, где все напоминает о предательстве, и с помощью Яны быстро находит другую, подальше от старых воспоминаний. Об Игоре мы тоже не говорим. Он исчез из нашей жизни также легко, как и с наших совместных фотографий.
Вечером знакомлю детей с Мишей. Волнуюсь, как школьница, представляющая своего первого мальчика строгим родителям.
Мы сидим в его маленькой кухне, пьем чай. Мишка, как всегда, травит какие-то байки из своей врачебной практики, смешные и немного циничные. И я с облегчением вижу, как теплеют глаза моих детей.
Он им нравится, и они почти сразу находят общий язык. Мишка же он такой… душа компании. Простой, открытый, без всякого пафоса. Таким и был всегда.
Рома серьезно смотрит на Мишу, и тихо говорит мне:
— Мам, кажется, он хороший мужик.
Потом подходит к Киселеву, и протягивает ему руку.
— Спасибо, что помогли маме, Михаил Сергеевич.
— Просто Миша! — улыбается Киселев, пожимая его ладонь — Да и как не помочь? Не чужие! За одной партой столько лет сидели!
Миша тоже знакомит меня со своим миром. Приводит в компанию своих друзей, таких же врачей, как и он. Собираемся на чьей-то даче, жарим шашлыки... И он с такой гордостью представляет меня: "Это Катя. Моя Катя". Не "моя девушка", а именно "моя Катя". И от этих простых слов чувствую, как у меня за спиной расправляются крылья.
А потом он знакомит меня со своим сыном. Андрей, пятнадцатилетний подросток, оказывается до невозможности похожим на своего отца в юности. Такой же высокий рост и широкие плечи, те же упрямые вихры, тот же насмешливый взгляд серых глаз. Но в отличие от моих детей, которые приняли Мишу сразу, Андрей относится ко мне настороженно. Смотрит исподлобья, на вопросы отвечает односложно, всем своим видом показывая, что я здесь чужая.
— Ничего, подружитесь! — уверенно говорит Миша, когда я делюсь с ним своими переживаниями.
Я тоже очень хочу подружиться с этим колючим мальчиком. Мне кажется, я его уже люблю. Просто потому, что он — сын Миши.
Оказывается, раньше Миша забирал Андрея на каждые выходные. Они ходили в походы, на рыбалку, в парк аттракционов, или просто валялись на диване и смотрели телек.
А теперь ему некуда забирать сына — в его однушке обитаю я. Мне становится неловко, я чувствую себя захватчицей. И снова подумываю о том, чтобы снять квартиру, чтобы не мешать им.
— Надо новую квартиру покупать, трешку! — заявляет Миша вечером, будто читая мои мысли. Он сидит за столом и что-то чертит на листке бумаги — Семья-то у нас теперь большая. Спальня нам, комната Андрюхе, комната — гостевая, для твоих. Или дом? Как думаешь?
— Никогда не жила в доме! — улыбаюсь я — Но… думаю, там хорошо. Можно и дом.
Я подыгрываю ему, зная, что таких денег у него нет. У меня — тем более. Это просто мечты, разговоры на кухне.
Но через несколько дней веселый, возбужденный Мишка заезжает за мной после работы.
— Погнали, Катька! Дома будем смотреть! Выбирать, какой купим!
— Ты серьезно? — у меня от удивления округляются глаза.
— Абсолютно! Мне ипотеку одобрили. Да и кое-какие сбережения есть. Сейчас выберем несколько вариантов сами, потом покажем твоим детям и моему Андрюхе, и купим тот, который всем понравится.
…Дом мы покупаем. Не сразу, после долгих поисков и споров. Но мы его находим. Уютный, двухэтажный, с небольшой застекленной верандой и садом, в котором растут старые, раскидистые яблони.
По настоянию Миши, оформляем на двоих — часть дома официально моя, часть его.
Мы переезжаем туда. Сначала в доме гулко и пусто, но постепенно мы наполняем его жизнью. Вместе обставляем его, вместе выбираем мебель в каталогах, до хрипоты спорим, какого цвета должны быть шторы на кухне — солнечные желтые, как хочет он, или практичные бежевые, как настаиваю я.
Мои дети часто приходят к нам в гости. Его сын все чаще остается у нас на выходные, а потом и на все каникулы. Мы, все-таки, нашли с ним общий язык. Я просто пеку его любимые тонкие блинчики с творогом, и не лезу с дурацкими расспросами про школу и оценки. Однажды он съел целую гору блинов, а потом сам показал мне какую-то смешную игру на своем телефоне.
Лед тронулся.
Однажды вечером, сидя на веранде, мы с Мишей заключаем шутливый договор.
— В доме ты — безоговорочная хозяйка! — серьезно говорит он — А вот в семейных и денежных делах главным буду я. Чтобы ты не думала, что я подкаблучник.
Я смеюсь и соглашаюсь. Но наш договор оказывается простой формальностью — Миша советуется со мной во всем, кроме диагнозов своих пациентов.
Я учусь жить заново. Учусь радоваться простым вещам: утреннему кофе на веранде, запаху скошенной травы, тому, как смеются наши дети. Учусь быть не "женой Игоря Тропинина", не "невесткой Анны Аристарховны", а просто Катей. Счастливой Катей.
Развод грязный и тяжелый. Игорь, из вредности не соглашается развестись добровольно, и позорные подробности его измены разбираются в суде. Сначала он пытается все отрицать, потом обвиняет меня, кричит, что я сама виновата, что я "старая и толстая", и что у меня тоже есть любовник, которого я даже приводили в его, Игоря квартиру. Мол, весь двор видел, как этот самый ему, Игорю, угрожал разными переломами.
Мне присудили часть квартиры, и часть тропининского бизнеса. Я хотела отказаться, но Мишка убедил.
«Не хочешь сама ничего брать у Тропининых, отдай Роме и Яне. Им деньги пригодится!»
Он прав. Надо подумать о детях, а бывший муж и бывшая свекровь это заслужили.
Анна Аристарховна звонила мне и проклинала. А мне уже не больно. Мне уже все равно.
Ника исчезла. Позже я узнаю, что Игорь порвал с ней в тот же день, когда я их застала. Видимо, понял, что его "важная встреча" обойдется ему слишком дорого. И еще узнаю, что она хотела бросить Рому, и увести Игоря, потому что думала, что Троинин-старший богат... Он же умеет врать и пускать пыль в глаза. А оказалось...Такой облом.
Этот скандал, который в нашем небольшом городе не обсуждают только глухонемые, сильно пошатнул репутацию Игоря как бизнесмена, и его бизнес пошел ко дну. Впрочем, как и все его предыдущие начинания…
Бизнес он продал, и мы с детьми получили свою часть денег.
Мишка все это время рядом. Из-за его профессии у него много полезных знакомых. Он нашел мне хорошего, зубастого адвоката, который отбил все нападки Игоря.
Прошло полгода. Мы с Мишей расписались - тихо, без гостей и белого платья. Просто пришли в ЗАГС в джинсах и свитерах, и оставили подписи. Наша серебряная свадьба, которую я так и не отпраздновала с Игорем, превращается в скромную, но такую счастливую свадьбу с Мишей.
И я наконец то сменили ненавистную мне фамилию Тропинина на такую милую и уютную – Киселева.
...Сегодня воскресенье. Мы гуляем в парке. Мишка держит меня за руку и рассказывает анекдоты.
Я смеюсь. Я так давно не хохотала — громко, от души, не боясь, что кто-то сделает мне замечание.
И вдруг вижу, как навстречу нам идет дворничиха Люба. Давно ее не видела...А что встретились тут — неудивительно. Этот парк в моем бывшем районе.
Люба толкает перед собой скрипучую тележку с продуктами.
— Катюха! Здравствуй! — радуется она — А я смотрю — и не узнаю! Помолодела, посвежела! Как красит женщину счастье!
— Здравствуй, Люба! — улыбаюсь я и представляю — Это Миша, мой муж.
Они здороваются.
— А я вот к Тропининым твоим иду! — объясняет Люба — Анна Аристарховна совсем плоха стала. Просила меня в магазин сходить. Теперь ведь сама везде ходит, с палочкой ковыляет. Игорь-то ей совсем не помогает. Сидит дома, не работает, бизнесом уже не занимается, пьет беспробудно. Говорят, они ругаются целыми днями, аж стены трясутся. Она его попрекает, что не работает, а он на нее кричит. На днях она приболела, вот и попросила меня в магазин сходить... В этот, тут все дешевле. Теперь магазинное ест, не до рынков, да и покупает, что подешевле. Жалко старуху, хоть и змея она характером…
Я слушаю, и мне не жалко. Мне никак. Это их жизнь, их выбор. Их война, в которой я больше не участвую.
Мишка сжимает мою руку.
— Пойдем домой, Кать? Обедать пора. Что у нас сегодня на обед?
— Рассольник и утка по-пекински! Пойдем! — киваю я.
Мы идем по аллее, залитой солнцем. Смотрю на своего мужа, на его родное лицо, на смеющиеся морщинки у глаз, и понимаю, что иду домой. По-настоящему. В свой собственный дом, где меня любят и всегда ждут. И я абсолютно, безоговорочно счастлива.
Конец. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Нож в спину", Аля Мяун ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать в ожидании:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10