В позапрошлой публикации была анонсирована очень сложная и весьма противоречивая тема «социальная справедливость». Что ж, вот и пришло время в ней поразбираться.
Почему она сложная и противоречивая?
Да потому что понятие это очень субъективное и относительное. Какую сферу жизни не возьми, а везде в плане справедливости очень тонкие «грани» между мнениями и точками зрения разных людей, стремящихся защитить прежде всего личные интересы. И потому на деле абсолютно всегда образное «одеяло» этой самой справедливости каждый пытается тянуть на себя. Отчего и получается тщательно перемешанная смысловая «каша» вокруг понимания данного термина. И вот эта мешанина смыслов уже не раз в мировой Истории и особенно в Истории России приводила к очень трагичным событиям.
Так что же такое справедливость и в частности социальная справедливость, распространенная на весь социум ?
Если воспользоваться технологиями «больших данных», характерными для нашего современного информационного общества, и ввести в интернет-поисковике запрос «что такое справедливость?», то в поисковой выдаче мы увидим очень содержательный ответ. В нём понятию «справедливость» дается как общее определение, так и формируются описания частных смыслов данного термина в зависимости от контекста его применения.
Общее определение может быть представлено в следующем виде.
Очевидно, что определение это весьма расплывчатое и, можно сказать, откровенно запутанное. О чём и было сказано чуть выше: субъективность и относительность понимания справедливости порождает массу вопросов, если переходить к конкретике. Например, в этом общем определении говорится о соответствии деяния и воздаяния за это деяние. Ну и как определить значимость и характер деяния, и как назначить размеры воздаяния за него? То же самое касается и прав с обязанностями, заслуг и их признания, степени тяжести преступлений и соразмерности наказаний за них. Кто и как (по каким принципам) будет всё это оценивать и определять? Можно признавать заслуги активно и почитать сделавших их, а можно признать и забыть. Можно наказать сильно или слабо. Возможны более широкие права и обязанности, а могут быть они и значимо ограничены. А, ведь, объективность или необъективность в подходах к данным оценкам — это отдельное большое измерение справедливости.
То есть, получается вообще очень интересная смысловая картина: в отношении оценки справедливости того или иного общественного явления тоже применимо понятие справедливости. Другими словами, мы постоянно сталкиваемся с ситуацией, когда сам собой возникает вопрос: «А справедливы ли критерии справедливости?». Получается, что понятие по своей сути вложено само в себя. На практике же всё это можно описать с помощью очень известной, но немного перефразированной (в части замены слова «закон» на слово «справедливость») русской пословицы: «справедливость, что дышло — куда повернул, туда и вышло». К тому же еще в приведенном общем определении прямо говорится о том, что в философии, этике, праве и экономике содержание данного понятия тоже заметно отличается. Таким образом, действительно она похоже на дышло, которое в разных контекстах по разному поворачивается.
Вот, к слову, несколько примеров понимания справедливости у известных философов: от античности до нашего времени.
Прочтя все эти очень краткие тезисы о понимании справедливости отдельными представителями философской мысли, мы, опять же, наблюдаем достаточно пространные и не очень конкретные формулировки. И хотя, вроде бы, рассуждения идут об одном и том же явлении, но в разных философских высказываниях прослеживаются в большинстве случаев очень непохожие друг на друга подходы и принципы. Тут и принцип призвания человека, отраженный в знаменитой фразе «каждому своё». И рассуждения об уравнивающей, либо распределительной справедливостях, которые по сути имеют противоположный смысл. И обращение к не совсем понятной божественной сущности, вкупе с такими же неконкретными схемами возникновения справедливости из человеческого разума. Здесь же и размышления о суверенности человеческой личности одновременно с указанием о необходимости существования общественного договора, совмещающего противоречащие интересы людей в обществе и закрепленного в законах государства. Ну, а ближе к нынешнему дню в условиях развития многообразия материальных благ практически все векторы философской мысли сошлись фактически в одной точке: в области распределения между людьми этих самых благ.
Многовековые труды философов как раз подчеркивают субъективный взгляд (в данном случае философский) на данное понятие. При этом ситуация зачастую еще усугубляется и сложностью философского языка, который для большинства людей мало понятен и потому дополнительно всё запутывает.
Чуть проще обстоит дело с пониманием справедливости в такой более узкой философской дисциплине, как этика.
В данном варианте определения уже появляется какая-никакая конкретность. Речь идет о правдивости, честности, законности, и о распределении благ в зависимости от роли людей в создании общественного блага. Но снова конкретизирование недостаточно, поскольку, как говорится, дьявол кроется в мелочах и в рамках субъективного подхода законность и принцип распределения благ — могут быть «подкручены» в ту сторону, в которую это потребуется заинтересованным и имеющим власть в обществе лицам. Да и что вообще считать благом для людей? На данную тему тоже можно долго и объемно рассуждать, приходя к очень разнонаправленным выводам.
Определение справедливости в области юриспруденции тоже ситуацию в полной мере не проясняет.
Хорошо, допустим, что справедливость с юридической с точки зрения — есть реализация функции нормотворчества. Но, ведь, законы тоже могут быть несправедливыми, необъективными, либо нарушающими интересы одних социальных слоев общества в угоду интересов других категорий граждан. Опять в явном виде мы сталкиваемся с тем, что требуется оценивать справедливость такой справедливости, отраженной в законах. Всё это опять инициирует множество вопросов.
Ну и ежели обратиться к экономической плоскости понимания справедливости, то в ней, конечно же всё замыкается на финансовые ресурсы, т. к. они — «кровь» экономики любого государства.
Здесь ещё больше конкретности, но вопросы-то остаются теми же… Мы видим в данном определении отражение принципа распределения благ и ресурсов на основе представлений о равенстве, достоинстве и нравственной обоснованности. Конкретно в рамках экономического подхода к социальной справедливости ресурсы должны распределяться пропорционально заслугам каждого человека перед обществом, а также должен быть обеспечен равный доступ людей к обучению, культурному развитию и обеспечению базовых потребностей. Однако, каковы четкие критерии определения веса и значимости данных заслуг? Заслуга перед обществом у кого больше: у певца, музыканта, инженера, учителя, рабочего на производстве, парикмахера, чиновника, писателя или представителя любой другой профессии? Как распределить ресурсы между представителями перечисленных профессиональных направлений? В реальной жизни в разных условиях (территориальных и профессиональных) у них доходы настолько по-разному отличаются, что образуется полная дезориентация в рамках экономического взгляда на справедливость. При этом каждый будет считать справедливым, если его значимость будет признана выше остальных, и будет убежден в несправедливости, если все будут считать его значимость меньшей, чем у других. Опять получается, что в очередной раз имеем дело с тотальным субъективизмом и полным отсутствием оценочных ориентиров.
Ну а когда звучит утверждение о нравственной обоснованности, то тут же вспоминается трактат Л.А. Тихомирова «Монархическая государственность», в которой он изложил этическую (считай нравственную) теорию монархии. Об этой работе русского общественного деятеля мы говорили в публикации, посвященной анализу прошлого и оценке перспектив в будущем такой политической идеологии, как монархизм.
И да, в той работе Льва Александровича как раз всё «крутилось» вокруг нравственности. Фактически эта теория и есть сплошное нравственное обоснование того, почему страной должен править именно монарх и никто иной. Что, дескать, монархия — это самый нравственный из всех нравственных государственных общественных строев только потому, что Правитель страны является помазанником божьим. А Бог — это несомненный абсолют высокой нравственности.
Однако же, всё ради той же справедливости в виде правды, надо заметить, что монарха «мажет» не Бог, а представители церкви, которые самолично берут на себя функцию говорить и действовать от лица Бога. Настоящее же мнение Бога по поводу того или иного царя никто не знает и потому выдать за его мнение можно всё, что угодно.
А ещё одной из фундаментальных основ монархического устройства общества является сословная система, когда люди делятся на категории разного уровня привилегированности (приближенности к императору и его команде), либо наоборот на категории с разным уровнем бесправия. Так, предполагается наличие высших и низших сословий. Первые представляют собой элиту и имеют особое положение в обществе, а вторые сильно ограничены в правах. К высшим сословиям относились дворяне и помещики всех мастей, которые обладали имениями и крестьянами, работавшими на них. В результате получалось, что высшие сословия эксплуатируют представителей низших категорий и живут по сути за счёт них. Это не укладывается в принцип соответствия воздаяния за заслуги и соответственно абсолютно безнравственно по отношению к простым людям. Причём, в монархическом социуме того времени люди входили в состав конкретного сословия чаще всего отнюдь не в результате каких-либо заслуг перед обществом, как это должно было бы быть в случае настоящей нравственности и справедливости. Они в своих сословиях в большинстве случаев оказывались по факту рождения у родителей, являющихся представителями той или иной социальной группы. То есть были потомственными представителями высших сословий.
Так вот, деление людей на разные категории с разным уровнем прав и обязанностей по факту их принадлежности к родителям с определенным социальным статусом и с последующим угнетением одних другими — это разве справедливо? Социальная справедливость в монархии с её сословной системой и эксплуатацией низших сословий высшими - отсутствует по определению.
С монархическим общественным строем в свое время очень хорошо уживался социальный класс, получивший название "буржуазия". Данное слово имело французское происхождение и им во франции так первоначально называли обычных горожан. Но через какое-то время слово «буржуа» стало применяться в большей степени к тем городским жителям, которые разбогатели в результате предпринимательской, либо промышленной деятельности. В конце концов термин «буржуазия» стал использоваться в отношении промышленников и иных общественных классов людей, которые накопили определенные капиталы. То есть, буржуями были капиталисты. Ну а их деятельность, само собой, отражалась в такой политической идеологии, как капитализм.
Коли уж в процессе изучения смысла понятия «справедливость» мы снова пошли оценивать политические идеологии (которые как раз и придуманы для построения идеального, т. е. справедливого общества), то и в отношении капитализма логичным образом возникает всё тот же вопрос о наличии справедливости в капиталистическом обществе.
Если вспомнить о сущности и особенностях капитализма, то она заключается в том, что в капиталистическом обществе всё подчинено принципу накопления капиталов, к которым относятся самые разные формы так называемых материальных активов. Это и основные средства в виде производственных предприятий, и недвижимость, и транспортные средства и, конечно же, ликвидность в «лице» денег, которые являются «повелителем» (если не сказать "богом") капиталистического общества. При этом на каждом шагу реализуется принцип «деньги делают деньги», который плавно перетекает в другой принцип: «богатые становятся богаче, а бедные беднее». Реализуются указанные принципы в том, что капитал приносит пассивный доход обладателю данного капитала. Пассивным он называется потому, что капиталист не прилагает никакого физического труда для его получения. То есть, фактически капиталист забирает труд у тех людей, которые работают на его предприятиях, или у тех, кому он одалживает на время средства, если речь идет о такой разновидности капиталиста, как ростовщик (банкир). Ведь, деньги, как мы помним, это средство обмена труда одного человека на труд другого человека, т. е. деньги — это труд людей. И, если труд других получается владельцем в виде дивидендов, либо процентов по кредиту без совершения сопоставимого труда, то это и есть отъем труда у других. А всякое явление отъема заработанного представляет собой проявление эксплуатации и угнетения одними людьми других людей.
Получается, что в капитализме механизм-то общественных взаимоотношений ровно тот же, что и в монархической сословной системе: есть подобие «высших сословий» в лице богатых капиталистов и подобие «низших сословий» в лице простых людей, не обладающих богатствами. Богатые имеют привилегированное положение и обладают в связи с этим очень широкими возможностями, на основании которых по сути и угнетают бедных людей. А это значит, что точно также нет справедливости и при капитализме, при котором блага распределяются между людьми далеко не всегда в соответствии с их заслугами (пользой обществу и трудом).
С монархизмом и капитализмом более-менее всё понятно. А что со справедливостью в рамках глобализма, который тоже по сути является политической идеологией, но только реализуемой в масштабах всей планеты?
Да ровно то же самое! Потому как глобализм ни что иное, как глобализированный капитализм. То есть, глобализм - промасштабированная на межгосударственном уровне версия капиталистического устройства. Только в данном случае в качестве «высших сословий» (обогащающихся эксплуатантов) выступают богатые развитые страны и их компании, а роль угнетаемых «низших сословий» исполняют бедные развивающиеся государства, которые становятся заложниками своего технологического отставания.
При этом, очень важно отметить весьма интересную особенность глобализма. Хотя он и стоит на сугубо капиталистических принципах, в глобальную экономику интегрированы страны с абсолютно любыми государственными политическими идеологиями. То есть, для глобализма общественный строй той или иной страны решительно не играет никакой роли. На мировой рынок свободно работают как сугубо либеральные и капиталистические страны (Европа, США, Южная Корея, Япония и т. д.), так и те же коммунистические (социалистические) страны в лице, например, Китая (вообще самая большая производственная мировая площадка), Вьетнама, Индии, Венесуэлы и т. д. И глобалисты в лице транснациональных компаний ни разу не смущаются строить фабрики в коммунистических и социалистических странах. А правительства этих стран не испытывают никаких приступов классовой борьбы, пуская таких инвесторов для работы в стране.
И что в итоге? Много ли справедливости в том, что вьетнамская фабрика по пошиву обуви изготавливает пару кроссовок за 10 долларов США, а потом в той же Америке она продается уже за 100 этих же самых долларов? Даже с учетом затрат на строительство заводов в развивающихся странах и на логистические накладные расходы транснациональные компании получают поистине сверхприбыли при больших объемах производства. При том, что рабочие на фабриках, выполняющие реальный производственный труд едва сводят концы с концами и живут в условиях откровенной нищеты. Справедливости в идеологии глобализма нет и в помине.
Может, либерализм, как политическая идеология и как общественный механизм, реализующий широкие гражданские свободы, приближает нас к социальной справедливости?
Увы, но нисколько. Наоборот, он просто закрепляет «сословное» положение дел, проистекающего из других идеологических течений. Номинально в либеральном обществе все люди наделены как бы равными демократическими свободами. Но по факту «высшие сословия» просто свободны быть таковыми и свободно эксплуатируют «сословия низшие», которые также свободно остаются внизу. В этом по факту и состоит либеральная свобода. И вроде бы «низшие» свободны в своем выборе быть «низшими» или «высшими», и совершенно свободно могут перебраться в разряд «высших», да только свобода действий «высших» направлена на то, чтобы оставаться «царями общественной горы» и просто так туда лишних изначально «несословных» не пускают.
Так что либерализм — это еще одна форма сословной системы, которой дается полная свобода. И потому справедливость также «пролетает» мимо данной политической идеологии.
Что уж рассуждать о справедливости в фашизме. Наверняка ни у кого нет сомнений, что справедливость в фашизме отсутствует напрочь. Эта идеология основана на философии войны и завоевании других стран (занятии территорий и истреблении других народов). И такая философия совершенно несправедлива по отношению к атакуемым фашистами странам. Да и для народа страны под управлением самого фашизма данная ситуация не особо справедлива, т. к. люди превращаются в расходный материал режима для ведения войны под обманными лозунгами о величии своей Отчизны.
Равно как можно промолчать и про справедливость при нацизме, который является тем же фашизмом, но только «завернутым» в обвертку национализма. По тем же причинам национал-социализм еще менее справедлив к людям, которые становятся жертвами её действий (истребления по национальному признаку) или жертвами управления (которых бросают в огонь войны под нацистскими лозунгами).
И вот на этом месте адепты коммунистической (социалистической) идеологии по всем законам «жанра» должны дружно поднять свои столетние лозунги типа «землю крестьянам, фабрики рабочим» и воскликнуть: «Настоящая социальная справедливость возможна только при коммунизме или социализме, а в Советском Союзе было построено самое справедливое общество в мире!». И после могут добавить: «Всё благодаря тому, что В.И. Ленин нам озарил великий путь социальной справедливости и тем самым изменил весь Мир». Фразы о том, что Владимир Ильич изменил мир, сейчас в медиасфере вообще стали звучать очень часто от самых разных известных людей.
Действительно, главным тезисом и фактически смысловым «тараном сознания» во всей нынешней компании по воскрешению в обществе ленинских идей является именно идея о социальной справедливости. Именно на неё пытаются постоянно давить и делать основной упор современные коммунистические агитаторы. И тем самым они противопоставляют данную идеологию капитализму, либерализму, монархизму и прочим фашизмам с национал-социализмами. А классовая борьба согласно марксистско-ленинской теории — это как раз главный «инструмент» в достижении этой самой справедливости. Инструмент, с помощью которого, как говорится, «калёным железом» выжигаются любые поползновения к возникновению «высших» сословий в лице «буржуазии», «дворян» и «помещиков» нашего времени, пытающихся эксплуатировать «низшие» классы граждан в лице обычных людей-работяг. Тем самым как бы и должна устанавливаться справедливость в виде равномерного распределения благ и ресурсов.
Это всё в теории и опять же в номинале. Но что на самом деле?…
А на практике получается очень неожиданный расклад. Поэтому анализ данной идеологии с точки зрения справедливости особенно интересен. Он любопытен своим выводом, а также не менее потрясающим будет и общий вывод по результатам систематизирования всех объективных умозаключений касаемо наличия справедливости в обществах с разным идеологическим устройством.
Традиционно начать следует с самого начала - с зарождения социалистического строя и возникновения СССР. Как всем известно, пришел он в Россию через Великую Октябрьскую Революцию 1917 года и вскоре последовавшую за этим гражданскую войну. А уж затем после трудной, но безоговорочной победы данной идеологии в нашей стране, был установлен тоталитарный политический строй с сильным ограничением прав и свобод граждан, что и соответствовало парадигме классовой борьбы.
Как и любому тоталитарному сильно идеологизированному политическому строю, советскому государственному устройству были свойственны постоянная борьба за идеологическую чистоту, вылившуюся вскоре в чистки и репрессии. Такие методы построения общества неизбежно содержали в себе субъективизм и широкие возможности для всевозможных форм несправедливости. Это проявлялось в том, что ярлыки «враг народа» или «контрреволюционер» (в простонародье «контра») могли быть повешены на кого угодно и за что угодно, причём совершенно без учета заслуг человека перед обществом. На практике решения о признании враждебности того или иного представителя народа по отношению к этому самому народу, принимались нередко исходя из конъюнктурных соображений или в рамках борьбы за власть, за полномочия, привилегии, либо же просто в результате антипатии или неприязни к отдельным людям. А неприязнь эта часто могла возникать из зависти или ощущения того, что кто-то умней, талантливей или способней. И вот какой-нибудь бездарь стремился использовать все инструментарии классовой борьбы для того, чтобы кого-то принизить, либо устранить его, а себя напротив возвысить. Стоит ли говорить, что в применении таких инструментов справедливостью и объективностью зачастую не пахло вовсе?
Знаменитые репрессии и чистки 30-х годов (о проведении которых и в наше время мечтают в своих сокровенных грёзах многие сегодняшние сторонники коммунистических взглядов) в итоге привели к тому, что под общую «сурдинку» часто совершенно несправедливо и на основе банальной лжи приговаривались к высшей мере или сажались в тюрьму совсем не те люди, которые на деле заслуживали наказания по действующим тогда законам.
Ярчайшими примерами таковой беспредельной несправедливости были гонения по политическим соображениям на инженеров и конструкторов в ведущих отраслях промышленности. Так 21 октября 1937 года по ложному обвинению в контрреволюционной деятельности и шпионаже в пользу Франции был арестован Андрей Николаевич Туполев, который был приговорён к 15 годам лишения свободы с конфискацией имущества и к 5 годам поражения в правах. Досрочно он был освобожден 19 июля 1941 года, когда с началом Великой Отечественной Войны потребность в авиаконструкторах перевесила одержимость государственной системы в «охоте на идеологических ведьм».
Очень похожая ситуация сложилась и с будущим основоположником советской космонавтики Сергеем Павловичем Королевым, только там история складывалась ещё хлеще. По сути по такому же ложному доносу и тому же обвинению в контрреволюционной деятельности он был арестован НКВД в 1938 году. Изначально предполагался его расстрел по выдвинутым обвинениям, но чудом Королеву его удалось избежать. Дело вернули на доследование и смертный приговор был заменен на наказание в виде 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Освобожден он был досрочно в 1944 году. А вот его соратникам в лице директора Реактивного научно-исследовательского института №3 Ивана Клейменова и его заместителя Георгия Лангемака повезло куда меньше. Высшую меру наказания в отношении них привели в исполнение в начале 1938 года.
Вот так страна могла запросто лишиться будущих выдающихся основоположников советской авиационной отрасли и ракетостроения, что непременно сказалось бы на дальнейшем их развитии.
Самое удивительное заключается в том, что все упомянутые ученые и конструкторы впоследствии были реабилитированы ввиду доказанного отсутствия состава преступления. Туполева реабилитировали в 1955 году, Королева в 1957-м, а с расстреляных Клейменова и Лангемака сняты обвинения также в 1955-м. Да только вот несправедливо загубленные жизни вернуть было уже невозможно. Это приведены только самые резонансные случаи. А их были сотни тысяч - большинство из них были реабилитированы до 1980-х годов, что доказывает абсолютную несправедливость вынесенных в отношении них приговоров.
Не менее удивительным было еще и то, что практически все организаторы несправедливых репрессий сами были расстреляны по тем же статьям, по которым они массово расправлялись с арестованными ими людьми.
В общем наши «лихие 90-е» меркнут и теряются на фоне «лихих 30-х». Тогда справедливость была таким же эфемерным явлением, как атмосфера на Луне.
Как это ни странно, но именно близость войны с Германией и сама эта война, разразившаяся в 1941-м году и продлившаяся до 1945-го года заставила остановить основные механизмы всей этой мясорубки классовой идеологической борьбы. К руководству страны пришло понимание, что с такими темпами в стране скоро просто не останется людей. И потому накануне войны массовые репрессии, порождающие огромное количество несправедливостей, были свёрнуты. Ну а после того, как отгремела война, страна занялась своим восстановлением и развитием. И к такому идеологическому конвейеру по истреблению своих граждан государство уже не возвращалось.
Что было потом?
А потом у людей рождались дети. У этих детей тоже появлялись дети. Шла постепенная смена поколений. Поколения менялись, а тоталитарный строй с жесткой государственной системой распределения ресурсов и возможностей по их получению - оставался.
Практически сразу после Войны происходит резкое охлаждение взаимоотношений с западным капиталистическим миром и Советский Союз постепенно включается в идеологическое противостояние с международным явлением, которое было названо капиталистическим империализмом. Началась холодная война. И в рамках этого идеологического противоборства страна тратила огромные свои ресурсы в том числе для того, чтобы завоевать политическое расположение других государств и единомышленников по блоку так называемого социалистического лагеря. Естественно, что эти ресурсы фактически изымались у народа и потому советские люди во всём были сильно ограничены. То тут, то там возникали дефициты и очереди. Хотя, правды ради, надо сказать, что ситуация с недостатком тех или иных товаров регулярно возникала и во время войны и до неё.
И у людей не было иного выбора, кроме как приспосабливаться к данной ситуации. Как? Очень просто. Несмотря на возведенную в ранг государственной политики систему уравнивания граждан, неизбежно у многих людей возникали целеустремления быть, как бы это сказать… Короче, появлялось желание «быть ровнее», чем другие. И потому постепенно в огромной стране зарождается разветвленная система связей, которая позволяла задействованным в этой системе людям получать больше возможностей и больше потребительских привилегий по сравнению с остальной основной массой людей. На «арену» общественной жизни выходит «Его Величество» БЛАТ.
Наверняка это слово знакомо каждому и особенно тем людям, которые успели продолжительное время пожить в Советском Союзе. Оно как раз и отражает наличие тех или иных связей, которые позволяют получить то, что при отсутствии этих связей было получить крайне затруднительно, долго, или вовсе невозможно. Блат позволял для многих преодолеть потребительские ограничения и жить более свободно, комфортно и богато.
Само собой, основой блатной системы были прежде всего родственные связи. Своих родственников и прежде всего детей стремились поставить на «хлебные» должности, связанные с управлением и распределением разных благ, либо на должности, сопряженные с властными полномочиями, либо на те, в которых ответственность и спрос с должностного лица был минимален. В формировании государственных элит стала появляться потомственность. На эту тему есть классный старый советский анекдот, который очень точно отражает смысл формирования той системы блата и тех принципов выращивания будущих элит.
Сын генерала подходит к своему отцу и между ними происходит разговор:
- Папа, а я могу стать лейтенантом, когда вырасту?
- Ну конечно, сынок. Закончишь военное училище и звание присвоят.
- Пап, а полковником быть смогу?
- Разумеется! Какие твои годы ещё. Успеешь и полковником стать.
- Пап, пап, а генералом?
- Да и генералом конечно сможешь. Нет проблем.
- Пап, ну а маршалом?…
- Не, сын… Маршалом не получится. У маршала свой сын есть.
Впоследствии постепенно в СССР на основе системы блата зарождается большая теневая экономика и связанная с ней коррупция, в которую составными частями входят как представители властной элиты (партийной номенклатуры), так и представители правоохранительных органов, которые с этой самой коррупцией должны были бороться. Жить хорошо хотелось многим, но при этом не было желания стоять в бесконечных очередях за продуктами или за возможностью приобрести автомобиль, либо на получение скромного жилья. Одновременно присутствовало устремление обладать более качественными или дефицитными товарами. И потому в рамках данной системы постепенно возник слой населения с более широкими возможностями и привилегиями, которые предоставляют эти возможности, конечно же, за счет остальной части населения Советского Союза. А партбилет часто становится пропуском в эту касту избранных людей, так как в конечном счёте вся эта система, конечно же, не могла функционировать без ведома властных структур.
Постойте-ка, постойте-ка… Но формирование сообществ людей, внутри которых все переплетены связями, которые позволяют иметь широкие возможности и привилегии по сравнению с другими сообществами и за счёт них — это разве не сословная система??? Она самая!
То есть фактически за десятилетия существования Союза Советских Социалистических Республик в нем сформировалась ровно та же сословная система общественного устройства, которые существуют и при монархизме, при капитализме с глобализмом и во всех остальных политических идеологиях. Только, разумеется, эти сословия действовали под коммунистической "вывеской". И официально принятая на государственном уровне ленинская идеология никак этому не мешала. В плане сословий в советском государстве получилось «то же яйцо — вид сбоку», как говорит известная поговорка.
Ну а сословная система - это, как уже многократно выше было подчеркнуто, воплощение социальной несправедливости.
Вот такая грустная и зловещая ирония Истории. Вся та борьба, которую вели большевики более ста лет назад, которая была направлена против сословной системы общества и против связанной с нею несправедливостью, которая вызвала в связи этим гражданскую войну и репрессии, которая привела к гибели суммарно до 20 миллионов человек в нашей стране — всё это только лишь ради того, чтобы общество пришло спустя 40-50 лет ровно к той же сословной системе и к такой же несправедливости. Причем, советская сословная система во многом напрямую спровоцирована самой социалистической идеологией с её ограничением людей во всём. Сословная система НЕИЗБЕЖНО и всегда возникает в обществе, в котором население живет в условиях тоталитарного контроля с централизованным распределением ресурсов и благ. А именно такие условия чистое социалистическое или коммунистическое общественное устройство (без примеси конструкций от других политических идеологий) и создает. При этом постепенно развившиеся в 70-е годы застой и стагнация при таком строе дополнительно усиливают предпосылки к формированию сословной общественной системы.
Соотнесение данных аналитических выкладок с ранее сделанным анализом политических идеологий приводит нас к очень любопытному общему выводу. Тогда в тех публикациях было показано, что абсолютно все известные и распространенные ныне идеологии являются разрушительными для общества. Какие-то разрушают его быстрей, какие-то медленней, но решительно все несут разрушительные последствия. А по ходу написания настоящей статьи мы выяснили, что все они еще сопряжены с существованием в своей основе сословной системы общественного устройства. Когда есть «высшие» слои общества с широкими возможностями обеспеченной жизни, и «низшие», обложенные всевозможными ограничениями и обязанностями, через которые, собственно, и выполняется обеспечение более достойной жизни представителей «высшей» части общества. Эта сословная система представляет собой проявление социальной несправедливости. Сопоставляем всё это и получаем, что в итоге к разрушению общества приводит именно социальная несправедливость.
А отсюда следует еще и то, что общей и главной причиной распада СССР стала эта самая социальная несправедливость. Она имела ярко выраженное проявление в годы гражданской войны и репрессий, в результате чего оставила неизгладимый след в памяти народа. И она год от года нарастала уже в материальном и социальном измерениях в послевоенное время, пока не достигла в какой-то момент таких масштабов, что попросту разорвала страну на части. Народ «наелся» этой несправедливостью за долгий советский период и потому когда начали растаскивать огромное государство — практически никто не пошел его защищать.
Надо признать, что фактически вот этим образовавшимся в советском обществе «высшим» сословиям, являющимися по совместительству еще и носителями коммунистической идеологии, просто стало тесно в рамках действующего государственного строя. Как гласит знаменитая фраза М.С. Горбачева, этим элитарным сословиям захотелось «расшИрить и углУбить» те возможности и те привилегии, которыми они сами себя наделили. И потому после распада СССР вся эта элита внезапно и весьма неожиданно в большинстве своем превратилась во владельцев тех богатств (предприятий и материальных активов), которыми обладало Советское государство.
А как называется ситуация, когда народу при переходе к другому общественному строю обещается ликвидация сословной системы (устранение социального неравенства), а по факту выстраивается такая же по сути, но иная по внешней обвертке сословная система с делением людей на «высших» и «низсших»? Это называется ОБМАНОМ.
Кстати, если обратиться к истокам происхождения в русском языке слова «справедливость», то на этот счет существуют две основные версии. Первая состоит в том, что данное слово произошло от праславянского слова «правъ». Оно имело значения: «прямой, правильный», «право, договор, присяга», «мир богов и вселенский нравственный закон». После добавления к этому «правъ» слова «ведать» как раз и получилось словообразование в виде «справедливости», которое по смыслу имело значение «знать правду, знать как правильно и нравственно». По второй версии это слово происходит просто от слова «правда», что в старинном значении означало установленный закон. В любом случае справедливость исходит от правды и честности, которая является результатом следования правде. И если имеет место обман, основанный на лжи, т. е. неправде, то однозначно речь идет о несправедливости.
Впрочем, давайте всё-таки использовать более мягкую формулировку и называть «социальную справедливость» при коммунизме её ИЛЛЮЗИЕЙ. Потому как в каких-то аспектах по сравнению с монархией или ранним капитализмом социальной справедливости в социализме действительно чуть больше. Например, был обеспечен равный доступ к образованию и медицине через их бесплатность, а также раздавалось жилье и можно было получить путевку на отдых или санаторий.
Правда, бесплатное образование и медицина присутствует сейчас почти во всех современных странах независимо от государственного строя, так как здоровье и образованность населения - это одна из экономических основ любого государства. Параллельно могут существовать и платные версии этих сфер, но базовая бесплатная тоже есть практически везде. Поэтому преподнести бесплатное образование или медицину как уникальную особенность социализма, свойственную только ему, - теперь достаточно сложно. Но по сравнению с царскими временами — это безусловно был шаг вперед, навстречу простым людям.
Еще люди из советской эпохи любят говорить, что «всё было бесплатным». Однако, когда начинаешь расспрашивать что же конкретно было бесплатным, то выясняется, что речь об образовании и медицине, а также о жилье и каких-то льготных историй типа отдыха в санаториях или домах отдыха. Ну и еще бывали всякие частные истории, типа выписывания леса на строительство дачи или дома. Всё остальное же в виде одежды, продуктов питания и иных потребительских товаров - покупалось с заработной платы гражданина.
Про образование с медициной уже сказано — они много где доступны в бесплатном виде и сейчас. А вот бесплатные квартиры и путевки — это еще одна из разновидностей социалистических ИЛЛЮЗИЙ. Слово «бесплатность» означает отсутствие оплаты деньгами. А деньги, как уже говорилось не раз, - это труд людей. Так вот, чтобы жилье было полностью бесплатным, строители и предприятия по производству стройматериалов для этих строек должны были работать без оплаты своего труда. Но разве это было так? Нет. Там все люди получали зарплаты. А откуда брались деньги на эти зарплаты и эти затраты? Очевидно, что они брались из общей экономики, неотъемлемой частью которых был и труд вот этих всех получателей «бесплатных» квартир и путевок. То есть всё, что получено было «бесплатно», на самом деле не было бесплатным, а человек просто в иной форме за это заплатил.
И вот если посмотреть на заработные платы основной массы советских людей, то их размер косвенно доказывал данный тезис. При оценке покупательной способности тех зарплат очень быстро становится понятным, что они фактически были нищенскими и позволяли с помощью них закрывать только самые базовые человеческие потребности по питанию и одежде. Максимум, что мог себе позволить еще рядовой советский человек, так это купить что-то вроде велосипеда, ну или поднакопить за продолжительное время на мотоцикл или автомобиль, которые не так просто было приобрести даже при наличии денег. В общем, ситуацию с низкой платежеспособностью населения спасало то, что покупать было особо нечего. Не было всего того многообразия потребительских товаров (смартфоны, компьютеры, бытовая техника и т. д.), которые есть сейчас.
Да и процесс обеспечения людей жильем тоже не совсем однозначен. Было запущено массовое строительство типовых и практически одинаковых многоквартирных панельных домов (получивших название «хрущевка»), благодаря чему за 60-70-е годы действительно удалось обеспечить жильем почти всю страну. Однако, качество этого жилья было ниже ожидаемого: с низкими потолками, малогабаритными комнатами и кухнями, с не очень хорошей теплоизоляцией. Площади кухонь даже в больших 4-х комнатных квартирах, рассчитанных на казалось бы большую семью, составляли около 6 кв. м., что не позволяло одновременно находиться в данном помещении более, чем 2-3 людям. По-своему это тоже было не совсем справедливо к населению, из доходов которых в фоновом режиме удерживались средства на строительство этого жилья. Получалось, что люди жили не в том жилье, которое им необходимо, а в том, которое дали. При этом, то, каким будет эта жилплощадь, решили за них.
На круг, всё это совершенно не способствовало проживанию в таком жилье многодетных семей. В результате количество детей в советских семьях стало стремительно уменьшаться именно с началом реализации данной программы, что очень наглядно видно из ниже приведенного графика, демонстрирующего изменение во времени коэффициента СКР (среднее количество рождений на одну женщину). С начала массового строительства хрущевок и к завершению плана по вводу новых «хрущёвок» количество рождаемых одной женщиной детей упало с 2.7 ребенка до 2.1. Продолжил этот коэффициент падать и далее, но чуть меньшими темпами. Тут уже сказывалось накопление общего количества несправедливостей, связанных с блатом и сословной системой. В конечном итоге СКР опустился почти до уровня 1.8 к 1980-м годам, что было уже ниже порога воспроизводства народа, соответствующего значению этого параметра 2.2.
Указанный фактор дополняет и усиливает ранее названные причины падения рождаемости в СССР, изложенные вот в этой статье:
Там говорилось, что причиной падения рождаемости являлась урбанизация страны (массовое переселение людей из сельской местности в города), а также демографические ямы, которые следовали с определенной цикличностью после гражданской и Великой Отечественной войн. Так вот, урбанизация эта происходила именно через программу Хрущева по строительству массового жилья, которое как будто намеренно было заточено под то, чтобы в результате не очень удобных условий проживания рождаемость падала через снижение показателя СКР. Возможно, конечно, это совпадение, но все эти явные закономерности очень настойчиво намекают на то, что присутствовал подобный умысел. А если так, то сопровождающие урбанизацию указанные формы несправедливости как раз и стали основной причиной всей совокупности негативных процессов в стране, которые в конечном итоге и стали причиной её распада.
И вот сейчас всё чаще раздаются возгласы о возврате к социализму, как к оплоту социальной справедливости. В свете приведенной аналитической раскладки они звучат особенно нелепо и даже можно сказать, что смешно. Т.к. социализм не меняет общую сословную общественную систему, а только меняет идеологическую вывеску и максимум, что происходит, так это смена одних представителей «высших сословий» на других представителей элиты с той же парадигмой мышления. Но чаще всего и представителями этими оказываются плюс-минус одни и те же персонажи, которых вполне можно назвать обыкновенными приспособленцами. Что же касается социальной справедливости, то социализм не позволяет достичь её в полной и мере по причине той самой блатной сословной системы и субъективного подхода к решению текущих задач. А то, что делается, - формирует только лишь иллюзию данной справедливости.
Здесь в пору вспомнить одну из знаменитых цитат известного физика Альберта Эйнштейна, которую привел один из подписчиков канала в комментариях к статьям, и которая очень точно описывает характер всех этих «танцев» с воскрешением ленинского социализма. Попытки вернуться к модели социализма, реализованного в СССР ничем иным, как безумием назвать нельзя.
И что же это, братцы, получается? Если История по факту доказала недостижимость социальной справедливости даже с помощью ориентированной на неё социалистической идеологии, не говоря уже про все остальные общественные конструкции с еще более развитой сословной системой взаимоотношений и еще бОльшими несправедливостями, то её в природе существовать не может? Выходит, что социальную справедливость днем с огнем не найти и достичь невозможно?
Правда состоит в том, что социальная справедливость всё-таки возможна.
И не просто возможна, а однозначно достижима в обществе.
Просто искать её следует немного в другом месте и в другой смысловой плоскости, нежели это делалось до этого мыслителями прошлого...