Если рассматривать политические идеологические модели в хронологическом порядке их возникновения, то вслед за религиями уместно остановиться на идеологии абсолютизма, которая впоследствии преобразовалась в монархизм. В отличие от религий, которые были только лишь идеологоподобными учениями, абсолютизм и монархизм являлись уже полноценными идеологическими моделями, т. к. определяли государственный строй и значит общественное устройство.
Исторической справедливости ради надо также отметить, что на пути от сугубо религиозного общественного устройства к абсолютизму была еще переходная конструкция общества, которая называлась феодализмом. Она характеризовалась так называемой феодальной раздробленностью. Суть ее состояла в том, что единый народ, обладающий едиными языком и этническим признаком делился на отдельные сообщества, управляемые отдельными людьми — феодалами, наделенными властью над этими сообществами. На Руси феодализм проявлялся в дроблении на княжества, управляемые своими князьями. Всё это приводило к разобщенности народов и зачастую междоусобицам, в процессе которых феодалы конкурировали друг с другом за территории и ресурсы. А, стало быть, сложно было говорить о ярко выраженной государственности стран при феодализме. Равно как и не было пока сформировавшейся и устоявшейся идеологической модели общества.
Полноценная государственность стала появляться только после того, как все отдельные территории объединялись под властью единого правителя. Поэтому феодальный исторический период опустим и будем рассматривать только те политические идеологии, которые соответствуют полноценному государственному устройству. А первой такой идеологией, возникшей из государственной организации, при которой вся страна объединяется под властью одного человека, стал как раз абсолютизм.
Итак, абсолюти́зм (по-французски absolutisme, происходящее от латинского слова аbsolutus – безусловный, неограниченный) - это согласно общепринятому определению государственный строй на позднем этапе доиндустриальной эпохи, характеризующийся отказом от сословно-представительных властных учреждений и предельной концентрацией власти в руках монарха. При этом монархом являлся наследственный единовластный глава государства (царь, король, император, негус, шах, султан и т. п.), который пожизненно осуществлял функцию управления государством. Также в различных исторических материалах и работах может употребляться понятие «абсолютная монархия», которое тождественно абсолютизму.
Указанная идеологическая модель возникла в странах Западной Европы и широко распространилась там в XVI веке. Тогда же и состоялось формирование понятия государства в том виде, в котором мы знаем его сегодня.
В России об абсолютизме можно говорить в отношении чуть более позднего периода. По сути первым абсолютным монархом стал Пётр I, и произошло это во второй половине XVII века. Пётр же провозгласил Россию Империей, которая уже занималась не только внутренними делами, но и имела ярко выраженные внешнеполитические интересы.
Важной особенностью абсолютизма являлась интеграция государственной власти и религии. При абсолютизме подчеркивалось божественное происхождение монарха, на основании чего он и правил пожизненно (считалось, что он божий избранник, или как говорит церковь: «помазанник Божий»). По этой же причине власть передавалась по наследству, т. к. логично предполагалось, что «божественность» передается от родителей к детям. Учитывая изложенное, можно говорить, что фактически абсолютизм как идеологическая модель представлял собой в какой-то степени эволюцию религиозных идеологий.
Абсолютизм также с течением времени эволюционировал и в итоге преобразовался в идеологию, которая стала называться монархизмом. По сути монархизм перенял основные принципы абсолютизма, но, конечно, был оформлен на более современном уровне: его положения были закреплены в научных работах политических деятелей своего времени и учитывали текущие реалии. Произошло это в России в начале XX века в период правления Николая II. Конкретно одна из наиболее значимых разработок в области монархической идеологии принадлежит известному общественному деятелю и политическому теоретику Льву Александровичу Тихомирову, который сформулировал этическую теорию монархии в трактате «Монархическая государственность», опубликованном в 1905-м году.
Данная научно-политическая работа представляет собой относительно солидный труд на почти 500 страниц, который достаточно полно и наглядно описывает суть монархизма, как идеологической модели общества. При этом, про монархические идеи написано достаточно духоподъемно и в них, надо честно признать, немало здравых мыслей. В частности, говорится о важности сохранения исторических традиций, о возрождении России, о поступательном развитии Отечества, о ценности человеческой жизни и её морально-нравственной основе, и даже упоминается о необходимости повышения производительности труда рабочих и крестьян.
Морально-нравственному состоянию общества, как залогу его успеха, в работе Тихомирова уделяется огромное внимание (производные от слова «нравственность» в трактате упоминаются целых 344 раза). И с тем, что мораль и нравственность занимают очень важное место в жизни народа - невозможно не согласиться.
Местами Лев Александрович раскрывает сущность этой нравственности, как, например, в ниже следующей цитате.
Наконец, в демократии, то есть в народе, причастном к гражданской жизни, во всяком случае всегда живет много честности, искренности стремлений. Чувство любви к людям, к правде, к отечеству всегда находит место в сердце народа, и во всех этих отношениях влияние массы народа на государственное дело приносит много пользы, очищает действие государственной машины.
Трактат "Монархическая государственность". Часть четвертая. Раздел I. Статья VI «Первенствующее значение монархического принципа. Значение других принципов власти».
То есть, автор трактата в целом и в общем в своей публикации выступил, как сейчас модно говорить, за всё хорошее и против всего плохого. А главный смысл «Монархической государственности» свелся Тихомировым к приведению в данной работе, как ему казалось, неоспоримых доказательств того, что монархизм является идеальной формой общественного устройства и, что только он может обеспечить для нашей страны светлое будущее. Вот вам и чистое проявление идеологии, как науки об идеальном обществе. Лев Александрович был твердо убежден, что идеальным обществом может быть только монархическое общество с монархом во главе.
Почему?
Потому что по мнению общественного деятеля настоящее и будущее страны определяет именно мораль и нравственность людей, высший уровень которых является тем идеалом, к которому каждый человек должен стремиться. Чем ближе общество к абсолютному идеалу, тем больше потенциал развития.
Главным же источником морально-нравственного воспитания русского народа во все времена являлось православие, т. е. православная Вера. Монарх же и монархизм в общем — стоят на Вере в Бога и близости к Богу. И потому по мнению Тихомирова только они могут быть основой для идеального общества.
Сам источник нравственной силы человека, способной давать свободную внутреннюю дисциплину, кроется лишь в этике и религии.
Все остальные воспитательные средства, какими располагает общество, только распределяют нравственную силу, порождаемую религией, могут ее разумно сберегать и направлять или бесплодно расточать и даже заглушать, но не порождать.
Трактат "Монархическая государственность". Часть Четвертая. Раздел IV. Статья XXIX «Связь социального строя с этически-религиозным началом»
Ну а поскольку речь идет о религии, то в связи с этим особая роль в монархической идеологии отводилась церкви, которая являлась организационной структурой, ответственной за распространение и поддержание религиозной Веры среди народных масс.
Нуждаясь в самостоятельном существовании Церкви и в то же время встречаясь с нею во многих делах, соприкасающихся с государственным строением, монархия, очевидно, должна во всех таких случаях строить государственное дело на основе, даваемой Церковью.
Действие Церкви с точки зрения интересов государства сводится в широком смысле к воспитанию личности.
Церковь воспитывает народ, дает ему высшее нравственное миросозерцание, указывает цели жизни, права и обязанности личности и вырабатывает самую личность применительно к достижению этих целей жизни, исполнению обязанностей и пользованию правами. Эту работу Церковь выполняет лишь в той мере, в какой остается сама собой, подчиненной своему собственному, а не какому-либо иному духу и, наконец, имея в своем распоряжении необходимые способы действия. Для этого она должна быть самостоятельной и влиятельной силой нации. Только как таковая она и может быть нужна для государства, а стало быть, государство, желая пользоваться благами, создаваемыми Церковью, принуждено по необходимости сообразоваться с ее советами, а не пытаться переделывать ее по своему.
Трактат "Монархическая государственность". Часть Четвертая. Раздел IV. Статья XXIX «Связь социального строя с этически-религиозным началом»
И получалось, что церковь по сути сращивалась с государством и с верховной властью в лице монарха, т. к. монарх является божьим избранником (утверждение, что монарх является властью от Бога, - в трактате упоминается 24 раза).
Ниже приведена цитата из работы Тихомирова, иллюстрирующая данное положение.
Это именно есть та монархия, в которой одно лицо получает значение Верховной власти: не просто влиятельной силы, а власти верховной. Это же может случиться, во вполне чистом виде, только при одном условии: когда монарх, вне сомнения для нации и самого себя, является назначенным на государственное управление от Бога.
Власть монарха возможна только при народном признании, добровольном и искрением. Будучи связана с Высочайшей силой нравственного содержания, наполняющего веру народа и составляющего его идеал, которым народ желал бы наполнить всю свою жизнь, монархическая власть является представительницей не собственно народа, а той высшей силы, которая есть источник народного идеала.
Признавать верховное господство этого идеала над своей государственной жизнью нация может только тогда, когда, верит в абсолютное значение этого идеала, а стало быть возводит его к абсолютному личному началу, т. е. Богу. Истекая из человеческих сфер - идеал не был бы абсолютен. Истекая не из личного источника - он не мог бы быть нравственным. Таким образом, желая подчинить свою жизнь нравственному началу, нация желает подчинить себя Божественному руководству, ищет Верховной власти Бога.
Это составляет необходимое условие для того, чтобы Единоличная власть перестала быть делегированной от народа и могла стать делегированной от Бога, а потому совершенно независимой от человеческой воли, и от каких-либо народных признаний. При этом единоличная власть становится верховной.
Трактат "Монархическая государственность". Часть Первая. Раздел IV. Статья XXIII «Разновидности монархической власти»
Тексту трактата уже более ста лет, поэтому он достаточно трудно может восприниматься после первого прочтения. Рекомендую перечитать приведенные цитаты еще раз и прочувствовать сколь изящно всё идеологически «упаковано». Получается, что монарх — это правитель от Бога. Бог — это абсолютное нравственное начало, абсолютный идеал. И вроде бы по справедливости обязательно, чтобы народ признавал право монарха по управлению собой. Но т. к. согласно утверждению Тихомирова народ стремится к абсолютному идеалу, верит в него и желает подчинить свою жизнь этому нравственному началу (Богу), а монарх является выражением Божьей воли (Бог делегирует власть монарху), то никакого народного признания не требуется и ни от чьей человеческой воли это не зависит. На всё воля Божья и точка.
Красиво сложено с точки зрения смыслов. Не поспоришь.
А еще важно отметить, что православие — это разновидность христианского религиозного учения, согласно которому каждый человек — это раб Божий, который находится всецело во власти Бога и Его воли. Соотносим это с тем, что монарх помазанник Божий, который ниспослан народу Богом как человек, реализующий волю Бога, — и в результате получаем очень любопытную картину.
Состоит она в том, что монархизм по сути несет идею, что народ находится в рабстве у Верховной власти в лице монарха и должен беспрекословно подчиняться его решениям, следовать его политике не смотря ни на что. Даже в том случае, если действия Императора враждебны по отношению к самому народу, и людям, составляющим население страны. Насаждаемое же рабское мировоззрение с одной стороны позволяет эксплуатировать и угнетать народ так, как заблагорассудится, а с другой стороны - получается, что данная идеологическая модель исключает какую-либо возможность влиять на эту самую верховную монархическую власть. Тем самым создаются условия, когда от лица Бога можно совершенно беспрепятственно реализовывать потребительское отношение к людям и воплощать тот самый потребительский идеологический элемент, объясняя простым людям, что в этом и состоит Божия воля.
Дополнительно подтверждает данный подход еще и такая составляющая монархической идеологии, как сословия (в трактате слово «сословие» в разной форме упоминаются более 190 раз).
Сословие представляет собой социальную группу людей, члены которой занимают определённое правовое положение, сопровождаемое привилегиями или обязанностями, закрепленными законом. И, хотя Тихомиров в своих рассуждениях пришел к тому, что сословия не обязательно должны быть наследственными (как в прошлые века, когда привилегии приобретались только по праву рождения), но он всё равно защищал сословную структуру и считал, что монархическое общество должно состоять именно из сословий. А они могут формироваться уже по профессиональным признакам или каким иным. То есть подразумевалось деление людей на классы, если не сказать более грубо - на «сорта».
Прежние сословные рамки совершенно не вмещали этого могучего разнообразия промышленного и умственного творчества. Сословность в смысле профессиональной группировки ничуть не исчезла; напротив, новые группы стали еще сплоченнее, чем прежние, еще более нуждались во внутренней организации, и внутри их еще более проявлялась не одна солидарность, но также и антагонизм, взывавший к посредничеству государства. Но для возможности этого требовалось поставить государство в связь уже не с прежними, отживающими и уже почти не существующими сословиями, а с новыми кипящими жизнью группами, "классами", как их стали называть.
Вводя ясную терминологию в явления социального строя, можно назвать "классом" тот слой, ту группу, которая по внутреннему своему сцеплению обособилась от прочих, но существует только фактически, еще не признанная государством. Сословие есть та же самая группа, тот же самый слой, но получивший государственное признание и соответственную законную организацию.
Трактат "Монархическая государственность". Часть Четвертая. Раздел IV. Статья XXIII «Эволюция социального строя».
Как мы знаем из школьных уроков истории, в те времена были высшие и низшие сословия. К первым относились дворяне, священнослужители различных конфессий, почётные граждане (в том числе иностранные) и купцы первой и второй гильдий. Для этих сословий законодательно закреплялись различные привилегии (от возможности получения образования, до возможности эксплуатировать другие низшие сословия).
К низшим сословиям относились крестьяне, мещане (в их состав входили лавочники, ремесленники, младшие служащие) и пролетариат (рабочие фабрик и мануфактур). И для этих категорий людей были предусмотрены исключительно обязанности, во многом граничащие с бесправием. Ни о каких привилегиях или программах социальной поддержки, разумеется, и речи не было. Если только не считать таковой поддержкой отмену принудительных работ, отмену телесных наказаний и отмену запрета на получения образования для крестьянства в 1905 году. В остальном удел низших сословий всегда сохранялся один и тот же: они должны были работать на высшие сословия и обслуживать их.
Сословная конструкция фактически формировала систему, при которой обеспечивалась безбедная и беззаботная жизнь старших сословий за счет тяжелого и неподъемного труда низших сословий. При этом работа низших сословий на страну и в целях выгоды высших сословий была такой изнурительной и шла в таких тяжелых условиях, что совершенно справедливо можно было говорить о фактически рабском угнетении простых людей.
Вот и получалось, что в трактате декларировалось всё красиво, а на практике…
В действительности очень правильные мораль с нравственностью, распространяемые главным воспитательным институтом в виде церкви,— это было только для простых людей, которые руководствуясь данной нравственностью должны были отдавать свои жизни во имя других избранных людей. А вот для привилегированной части общества — данные морально-нравственные хлопоты были вовсе не обязательны. На деле со стороны «благородных господ» и зарождающейся буржуазии (владельцев производств) в большинстве своём проявлялись эгоизм и абсолютное равнодушие к той многочисленной категории граждан, которые тянули на себе тяжелейшую трудовую лямку и всё государство в целом. Здесь же присутствовала и жизнь за чужой счёт. Тут же имело место и превосходство одних людей (высших сословий) над другими (низшими сословиями).
Очень наглядным примером такого превосходства стало образование. Посмотрите на диаграмму, приведенную ниже и отражающую процент грамотных людей населения (умеющих читать и писать) в разные годы.
Согласно переписи 1897 года грамотой (умением читать и писать) владело чуть менее 22% населения. Как вы думаете, кто были эти образованные люди? И кому была грамота не доступна (почти 80% населения)?
Ответ на этот вопрос очевиден. Достаточно просто упомянуть, что низшее крестьянское сословие по данным той же переписи составляло как раз эти 80 с хвостиком процентов. И как уже упоминалось выше, до 1905-го года действовал гласный или не гласный запрет на получением крестьянами образования. Отсюда и приведенные цифры.
Зато высшие сословия были сплошь обученные и владевшие не только базовой грамотой. Образование было настоящей привилегией, которое было доступно только «благородным» господам. А о всякой «деревенщине» эти самые господа особо не беспокоились и не думали. К работягам у них чаще всего было исключительно потребительское отношение.
Ситуация с образованием стала кардинально меняться только с установлением социалистического политического строя (в 30-х годах прошлого века), когда заботиться начали о всех людях без исключения. Но это уже совсем другая история, которая станет темой для другой полноценной статьи.
Словом, под прикрытием высоких идей и «Божьей воли» имелся полный набор ступеней низкой духовности у монархических «сливок» общества, которые фактически управляли жизнью в стране. В действительности происходило соединение низкодуховного потребительского идеологического элемента с монархической идеологией.
Ну а согласно закона духовностей этот путь всегда ведет к разрушениям.
В случае с Россией таковыми разрушительными последствиями стали проигрыш в русско-японской войне, поражение в Первой Мировой войне, потеря территорий, Великая Октябрьская революция с последовавшей за ней кровопролитной гражданской войной 1917-1922-х годов и много чего поменьше, но также сильно затормозившее развитие России.
А вот если бы монархическая идеология сочеталась бы с человечным идеологическим элементом, и одни группы людей не стремились бы доминировать на другими людьми и угнетать их, то все эти катастрофичные последствия для нашей страны попросту не наступили бы и сама идеология не потерпела бы крах.
Но, как известно, история пошла совершенно иначе, что было во многом предопределено слабыми местами монархии (уязвимостями). Через них низкодуховный потребительский идеологический элемент и овладел обществом.
Первой уязвимостью монархической идеологии является ее основополагающий принцип в виде единоличного управления страной одним человеком, совмещающим в себе все ветви власти: исполнительную, законодательную, судебную. Это в принципе невозможно, т. к. все государственные институты слишком сложны для понимания одного человека. К тому же один человек легко может быть подвержен различным влияниям и давлению, что чревато ошибочными и неэффективными управленческими решениями.
Второй уязвимостью является ассоциирование правителя с Богом, что конечно же неправда и быть такого не может. Бог — это не начальник, который официально назначает другого начальника и объявляет об этом народу. Он не отчитывается перед людьми. Поэтому доказать божественность монарха невозможно, особенно в условиях, когда религиозная вера имеет всё более и более слабые позиции. Следовательно постоянная ссылка на волю Бога в действиях монарха по сути является манипуляцией общественным сознанием, искажающей действительность. Все эти заявления о связях с Богом вовсе не гарантируют честность и высокую нравственность монарха, который на протяжении прошлой истории защищал интересы только определенных категорий людей (сословий), но отнюдь не всего народа.
Третьей уязвимостью является наследственность. История царствования правителей Руси показала, что наследственность не гарантирует профессионализм правителя. Сын выдающегося царя вполне может быть бестолковым и очень слабым руководителем. Отсюда очень высоки риски потрясений для страны. А так как монарх правит пожизненно, то это вообще может быть громадной проблемой и может привести к полному разрушению государства.
Четвертой уязвимостью является сословная конструкция общества, которая является очень благодатной почвой для низкодуховных потребительских проявлений одних людей к другим. В совокупности это ведет к демотивации и деградации всего общества.
Ну и пятой уязвимостью является чрезмерная роль Церкви в общественной жизни, что неизбежно приводит к торможению развития естественных наук и промышленности т. к. они часто входят в конфликт с религиозными представлениями о Боге и об окружающем мире. Русская православная церковь хоть особо и не препятствовала в исторической ретроспективе развитию науки и техники (в отличие от католической), но и явно не поддерживала его.
Вот эти все указанные уязвимости в результате создали условия для того, что в рамках монархической идеологии страной завладел низкодуховный потребительский идеологический элемент, который привел в итоге к огромным разрушениям в обществе и к самоуничтожению монархической государственной модели. Эти же уязвимости делают указанную идеологию совершенно бесперспективной в настоящем и будущем для России. Ни к чему, кроме как к разрушительным процессам для народа России монархизм не приведет, как это уже однажды случилось в истории.
После всего этого так и хочется сказать: «Ну была монархия, исторически показала свою несостоятельность, разрушилась, осталась в прошлом, да и Бог с ней».
Однако…
В России в настоящее время действуют силы и движения, которые хотели бы возродить монархическое государственное устройство. Да, они немногочисленны, но они проводят крестные ходы и общественные мероприятия. Они участвуют в политических дискуссиях и у них есть медиаресурсы, на которых они бесконечно ворошат прошлое, пытаются давать субъективные оценки исторических фактов, зачастую переворачивая их в свою пользу. И через всё это они пытаются влиять на умы людей, в конечном счёте внося вклад в разобщение населения России на идеологической почве. А разобщение, опять же, может вести к разрушительным процессам внутри общества особенно сейчас в эпоху развитых информационных технологий.
И тут важно понять, что вся эта деятельность направлена отнюдь не на процветание нашего Отечества, как это всё преподносится фанатами монархический идей. Это попытка переделить сферы влияния и получить власть, а вместе с ней те самые привилегии и доминирование над людьми. Целью являются привилегии, которые имели место у высших сословий на излете российской монархии более 100 лет назад. На эту тему в социальных сетях есть даже полушутливая картинка одного контактирующего с монархистами человека, которая очень красноречиво отображает суть всего этого современного процесса продвижения монархический идей (имеется ввиду подпись в нижней части фотографии).
Собственно, в этом и состояла сущность одной из самых трагичных страниц в нашей Истории — гражданской войны 1917-1922 годов. Монархия воевала за сохранение своего привилегированного статуса и доминирующего положения высших сословий, а большинство большевиков и коммунистов боролись за социальную справедливость и равноправие всех людей. Эти идеологические противоречия, ставшие причиной гражданской междоусобицы, - наглядно отражены во многих литературных произведениях, посвященных тому времени.
Недопущение повторения всего того низкодуховного безобразия — святая обязанность нашего народа, которая по силам каждому человеку. Для этого всего лишь надо уметь думать и понимать настоящие идеологические и житейские смыслы, чтобы не поддаваться на всякого рода обман.