А еще в средневековых книгах рисовали всякие двусмысленности. Нет, конечно, в первую очередь в них писали разные богословские, а с VII века так и вовсе светские тексты пристойного содержания. Но чем дальше, тем больше на полях и среди букв текста литературы раннего и классического Средневековья появлялись картинки. И далеко не все из них были морально безупречны. Да и примеры для подражания там искать совершенно точно не стоило.
Собаки, идущие походом на кроликов, трусливые рыцари, вызывающие на бой улиток, глупые монахи, жадные мужчины, распутные женщины и даже почтенные отцы семейства, играющие задом на трубе. Все это помещалось на страницах, в общем-то, серьезных средневековых книг, заполняя поля и отделяя колонки текста друг от друга.
Да, дорогой друг, ты как всегда прав. Сегодня мы поговорим о маргиналиях. Странных для нашего с тобой современника рисунках и записках на полях средневековых книг, без которых ни один приличный труд, тем более церковный или научный, не мог считаться законченным. А еще о дролери - дальнейшем развитии маргиналий, натуральных комиксах, зачастую даже не связанных с текстом, что находился под обложкой книги.
Попробуем разобраться, откуда они, такие красивые, взялись, по какой причине прижились в книгах, во что превратились, а главное, куда и по какой причине исчезли. А начало эта история берет со времен "варварских королевств", а вернее, с того момента, когда в Толедском королевстве стараниями его повелителя Леовигельда началось "Вестготское Возрождение".
И с самого начала никаких маргиналий не было. Зато были новомодные книги с множеством страниц, пришедшие на смену старомодным имперским свиткам. А у этих самых страниц были огромные поля, занимавшие, бывало, до трети полезной площади. И ты спросишь, зачем они, такие большие, были нужны? Так ровно для того, чтобы уберечь текст от порчи. Нормальной бумаги в Европу тогда еще не завезли, и страницы в те далекие времена делали из всякой дряни, случалось, что очень непрочной. И вот для того, чтобы даже в случае, если края страницы начнут сыпаться или будут повреждены каким-то другим образом, и оставляли побольше свободного места.
И это было отличным решением. Вот только книга, написанная таким образом, выглядела, если честно, так себе. Пустоватые и бедноватые страницы никак не гармонировали с ценами на первые кодексы, да и с привычками варварских королей тоже. И поэтому нет ничего удивительного, что очень скоро кто-то решил их украсить. Например, цветочным, геометрическим или даже спиральным орнаментом. Вышло, к слову сказать, неплохо, и идея пошла в массы.
Уже к концу VII века мы видим вполне себе устоявшуюся традицию украшать не только заглавные буквы, но и поля и междустрочия книг, особенно если речь идет о кодексах, которые писались для королевских дворов раннесредневековой Европы. Кстати, если говорить о временах раннего Средневековья, далеко не всегда украшением полей книги был орнамент и простейшие фигуры. Считалось допустимым и приемлемым, писать на полях вокруг колонок текста свои мысли, молитвы, обращения к читателю и даже пояснения к основному произведению. Главное, чтобы все это выглядело нарядно и смотрелось хорошо. Впрочем, чаще всего это был все-таки именно орнамент.
И какое-то время все шло хорошо. Традиция размещения простейших маргиналий в книгах, кстати, маргиналии - это от позднелатинского marginalis "находящийся на краю", была пару веков неизменна. Ну потому что зачем менять то, что и так отлично выглядит. Но однажды случилась беда. К текстам, бывшим до начала классического Средневековья всё-таки в массе своей церковными, начала добавляться светская литература. И, что хуже всего - хроники, в которых было много текста и отсутствовало привычное образованному человеку того времени разделение текста по главам, как в Священном Писании.
Ну вот буквально, хроники Каролингов или эпохи рыцарей - это буквально простыня текста, разделенная только большими буквами и пробелами, и не всегда даже упорядоченная по времени случившихся событий. И вот для того, чтобы со всеми этими знаниями можно было как-то работать, хронисты и переписчики стали вставлять в маргиналии условные обозначения, которые помогали читателю ориентироваться в тексте книги.
То есть, например, автор рассказывает о собрании архиепископов или о решениях папского престола. Значит, напротив этого куска текста необходимо в маргиналиях изобразить жезл, чтобы читатель понимал, что тут можно найти информацию о решениях и деяниях святых отцов высокого ранга. Истории о короновании королей отмечалось, понятно, короной, а лилия или леопарды давали понять, что это, собственно, был за король.
Даже высшая аристократия в книгах того времени удостоилась своих персональных значков. Например, граф Анжуйский, обозначался рисунком короткого копья, а герцог Нормандский - мечом особой формы. Для обозначения других важных должностей и событий, также использовались специальные значки и фигуры. И ближайший современный аналог этой рукописной традиции были.... Современные гиперссылки в тексте????
Первым эту идею озвучил еще во времена империи Каролингов архиепископ Рейнский Гимкар, и уже через полтора века она завладела умами его последователей, став стандартными и понятным для образованного сословья видом - оформлением книг. К XII веку все эти символы были сведены в единую таблицу, и только основных насчитывалось двенадцать. Вместе с еще тремя дюжинами дополнительных обозначений, данные значки на полях указывали читателю на важные места в книгах. А по настоящему грамотный человек, только взглянув на страницу и сопоставив череду рисунков на полях, мог сказать, о чем она ему поведает в ближайшие пару минут.
И нужно признать, это была отличная рабочая схема. Теперь книга была не только красива, как не в себя, в нее еще и встроили навигатор, помогающий читателю ориентироваться в непростом массиве текста. Понятно, если этот читатель понимал, что означают все эти мечи, жезлы, лилии и короны. Но большая часть умеющих читать, в то время отлично знала эти правила, просто потому, что были это или священники, которых всему этому учили, или высшая аристократия, которую опять же учили священники, знавшие, что такое средневековая книжная навигация.
И снова какое-то время все шло по накатанной. Ровно до тех пор, пока не началась та самая "эпоха рыцарей", о которой мы с тобой сегодня уже говорили.
Чтение, нужно сказать, никогда не было главным достоинством военного сословия. Но все же читать и иногда даже писать зарождающееся рыцарство худо-бедно могло. И даже больше того, умение прочитать что-то, или перенести свою мысль на бумагу было приличествующим для рыцаря деянием. Особенно по причине того, что в моду стремительно входила куртуазность и культ прекрасной дамы.
Да и кроме баллад труверов и модной в этом году окситанской поэзии, в книгах попадались разные другие толковые штуки, небезынтересные благородному человеку. Вроде воспоминаний римских полководцев или практических советов по управлению государством от владык древности. В общем, казалось, сама жизнь подталкивала некоторую часть рыцарства и почти все титулованное дворянство к чтению. Вот только эти прекрасные люди изо всех сил этому сопротивлялись.
И тут нужно отметить, что, говоря о том, что хотя заметная часть аристократии классического Средневековья умела читать и даже писать, мы не можем утверждать, что она это делать любила. И даже более того, появившееся и сформировавшееся в это время сословие мирских переписчиков говорит нам строго об обратном. Титулованное дворянство, при первой возможности делегировало дела письменные третьим лицам. Но вот с чтением, особенно с чтением по-настоящему важной литературы, такая схема не работала. Было просто невозможно везде таскать с собой обученного монаха, облегчающего тебе жизнь. Приходилось стараться самому.
То есть к XII примерно веку, массовыми читателями средневековой литературы становятся не только священники и монахи, но и заметно менее грамотное дворянство и даже рыцарство. И надо понимать, что чтение им дается не очень просто. Немногие из них способны штурмовать целые стены текста так же храбро, как стены Акры и Иерусалима. Вернее, они, конечно, готовы, но хотелось бы, чтобы процесс этот был немного попроще и сопровождался простыми и понятными картинками. Которые можно, например, разместить на полях.
И, конечно же, эти самые картинки появляются сразу, как на это поступает общественный запрос. Сначала это тематические вставки, расцвечивающие и иллюстрирующие написанный текст. То есть пишем о войне, вставляем где-нибудь неподалеку красивого христианского воина. Он и настой нужный создаст, и страницу собой украсит. Да и пока господин граф рассмотрит его повнимательнее, успеет отдохнуть и примется за чтение с новыми силами.
То есть к этому моменту маргиналии, вернее сказать, уже дролери, потому что именно так стали называть отдельные от орнамента картинки, исполняли роль промежуточных иллюстраций. Со временем их становилось все больше, и они уже к XIII веку составляли едва ли не треть от всех украшений на странице. И совершенно очевидно, что такая появившаяся и ставшая популярной традиция книжного оформления не могла не развиваться в процессе своего существования.
К концу XIII века дролери становится самостоятельным направлением в оформлении книг. Точно так же, как это было с маргиналиями четыре века назад, изображения людей и животных на полях книг из обычных рисунков превратились в понятные и легко читаемые знаки.
Так, собаки, например, в этих средневековых комиксах обозначали верность, обезьяны - глупость, зайцы - похоть, улитки - трусость. И помещая их в различные ситуации, автор получал, бывало, крайне интересных результаты. Вот пишет он, например, о славном короле и благородном воине, а внизу, на границе текста и переплетения орнамента, закованный в доспехи рыцарь дерется не на жизнь, а на смерть с огромной улиткой.
И вроде бы короля не обидел, и книгу украсил, да и читателя развлек. А главное, ненавязчиво так высказал свое мнение обо всех описанных событиях. И тут главное, конечно, иллюстрировать свои книги самому, а не отдавать их в руки постороннему человеку, который тебя не сильно любит. А то можно попасть в крайне неудобную ситуацию.
А еще дроллери, размещенные в нужных местах произведения, служили прямыми отсылками к популярным и знаковым произведениям того времени, предлагая рассматривать прочитанное в книги с учетом того, что писалось в них. Так, например, лиса в папской триаре на странице с рассуждениями о чести и морали, прямо призывает читателя вспомнить «Роман о лисе» в котором главный герой, хитрый лис Ренар, притворившись бродячим монахом-проповедником, проникает в курятник и похищает и съедает его обитателей. Неплохая отсылка получилась, не правда ли?
Впрочем, далеко не всегда изображения на страницах средневековых книг были дролери. Ничуть не реже там попадались и просто красивые иллюстрации, не несущие никакого потаенного смысла. Всякие монстры, герои, драконы и прочие звери из европейского бестиария вместе с прекрасными дамами, королями и благородными рыцарями всерьез и надолго прижились на полях средневековых книг. Украшая их и радуй своим видом владельцев и читателей.
К XIV примерно веку, дролери достигают пика своего развития и превращаются из промежуточных иллюстраций, которыми они являлись до этого, в отдельный вид искусства, все больше становясь похожими на современные комиксы. У них появляются узнаваемые персонажи, сюжет и его развитие. Более того, иногда подобный комикс, размещённый на странице, к тексту относиться очень условно. И вот в это время на страницах средневековых книг закипают страсти.
Обезьяны ведут собак в крестовые походы. Монахи напиваются до состояния риз. Зайцы ведут осаду замков, которые обороняют благородные дамы. Благородный рыцарь на улитке с лицом своего отца ведет в бой неисчислимую рать монстров, а собака верхом на льве вступает в бой, защищая цветущий сад с людьми. Кстати, цветущий сад обозначал в традиции дроллери Рай.
Все это понятные читателю образы, делающие немудрёные рисунки натуральными историями с двойным и тройным смыслом. Особенно если помнить о сопровождавшем их тексте и экстраполировать одно на другое. Именно поэтому, кстати, в процессе изучения исторических источников просто читать книги того времени, ну не то чтобы совсем бессмысленно, но видеть то, что изображено не странице, кроме текста, необходимо. Иначе невозможно понять всего замысла средневекового автора.
Традиция размещения в книгах дролери продержалась до самого XVI века. То есть до тех пор, пока книги, не стали более или менее походить на современные. Больше было не нужно оставлять огромные поля про запас, а появившееся книгопечатанье решило проблему с иллюстрациями раз и навсегда. Книга из произведения искусства и предмета большой ценности стала обыкновенным источником знаний, и украшать ее таким же образом, как в VII, XII или XIV веке, не было больше никакой необходимости.
Маргиналии же, то есть то, с чего все начиналось, оставались в ходу едва ли не до XIX века. Хотя, конечно, стали намного проще, со временем превратившись из сложного и многоцветного орнамента в обычную лаконичную рамку вокруг текста. Более того, маргиналии мы с вами можем увидеть даже сейчас. Они вовсю используются на грамотах, благодарностях и дипломах, которыми так любят награждать активистов, спортсменов и прочих прекрасных людей. И пускай они не очень похожи на классические средневековые маргиналии, но это они и есть.
А еще, если говорить совершенно точно, маргиналиями можно также считать любые заметки и мысли, которые читатель пишет на полях в процессе прочтения произведения. Да, сейчас это не принято, но Чехов, Сталин, Черчилль, Толстой, Гагарин и множество других великих людей, при жизни развлекались тем, что украшали чужие книги своими маргиналиями. Такие дела.
А на сегодня все. О маргиналиях, дролери и прочих средневековых гиперссылках с комиксами напополам мне вам больше нечего рассказать.