- Идеальное лицо! – мужчина смотрит на меня через объектив фотоаппарата.
- Где? – девушка-визажист, протирающая у зеркала свои кисточки, оборачивается на нас.
Меня смущает такое пристальное внимание. Вспоминаю про себя Сергея недобрым словом.
Это он привёл меня сюда. На «подработку».
У Сергея множество самых разных друзей творческих профессий. Насколько я поняла, такими вот «подработками» перебивается и он сам. А картины своего создателя пока не кормят.
На каких-то престижных обучающих курсах для визажистов не хватало одной модели. Девушка заболела. Вот и искали подходящую натуру по знакомым в срочном порядке.
Приютивший меня художник оказался таким знакомым. Он уговорил меня выручить своих друзей и пообещал, что мне за это даже немного заплатят.
Глупо в моём положении отказываться от работы. Правда, мне было непонятно, почему Сергей считал, что подхожу именно я.
- Кира, я же художник, - улыбнулся мне Сергей. Подбитый Юрой нос всё ещё смотрелся ужасно и причинял мужчине дискомфорт. – У тебя правильные и типичные черты лица. Достаточно выразительные, но не броские. На твоём лице можно нарисовать всё что угодно. Визажисты будут в восторге.
По факту визажисты больше были в восторге от результатов своих трудов, чем от моих черт лица. Но парочку приглашений поработать моделью для визажа я уже получила.
Очень странный опыт. На мне сегодня сдавали экзамен по фантазийному макияжу. И в зеркале я теперь видела не себя, а какую-то инопланетную красотку с глазами, подведёнными акварельно-бирюзовыми тенями, ярко-малиновыми губами и замысловатыми узорами из блёсток на коже.
Фотограф делал снимки готовых работ.
А когда я стёрла с лица всё это буйство красок, снова навёл на меня объектив и сделал ещё пару снимков.
- Кира, вы знаете, что ваше лицо идеально подходит для рекламы? – спрашивает меня фотограф.
- Да бросьте, - отмахиваюсь я. – У меня самое обычное лицо. Ничего особенного.
- В том-то и дело! – фотограф ухмыляется, снова щёлкая направленной на меня камерой. – У меня глаз намётан, я подходящих моделей сразу вижу. Понимаете, там, где люди делают деньги, всё давно померено и взвешенно. В том числе и красота. Реклама с необычными красавицами или пластически усовершенствованными лицами работает хуже, чем когда модель выглядит, как вы…
- Это как? – не успевшие уйти визажисты с интересом всматриваются в моё лицо.
- Маркетинг и бизнес знают, что лучше всего помаду продаст девушка, обладающая естественной красотой, - фотограф подмигивает мне с озорной улыбкой. – Покупательница должна смотреть на рекламу и думать: эта девушка почти такая же, как я, только немного красивее, наверно, это из-за помады, куплю себе такую же и буду как эта девушка…
- Никакой романтики… - вздыхает один из визажистов, - красота, померенная по линеечке. И всё ради эффективных продаж…
- Кира, вы не против, если я покажу ваши фотографии представителям одного косметического бренда, с которым сейчас работаю?
Я соглашаюсь оставить фотографу свой телефон. Не то, чтобы работа моделью меня сильно привлекала. Я, вообще-то, экономист по образованию. Но деньги нужны. Да и приятно для разнообразия почувствовать себя красивой, пусть и с маркетинговой точки зрения, женщиной.
В квартиру к Сергею возвращаюсь не с пустыми руками. В пекарне под домом покупаю целый торт. Со сливочным кремом и шоколадными коржами. Давно хотелось.
За Катюшей в садик нужно идти через два часа, так что есть время спокойно выпить чашку чая.
- Это в честь зарплаты? – спрашивает художник, привлечённый на кухню провокационным шуршанием пакета.
- Не только! – я искренне улыбаюсь ему, ставя на стол коробку с тортом.
Я, конечно, очень рада была заработать сегодня свои первые после замужества самостоятельные деньги.
Неважно, что их совсем немного. Просто это внушает мне уверенность в том, что я справлюсь без Юры. Сама. Смогу наладить свою жизнь.
И сгожусь не только на роль уборщицы, как сказал муж.
Я, между прочим, уже разослала резюме в несколько фирм, где требовался экономист или бухгалтер. Конечно, квалификацию за несколько лет я потеряла, но на простую должность со скромной зарплатой вполне могу рассчитывать.
И есть ещё один повод…
- Я подала вчера на развод, - признаюсь Сергею.
- Это хорошее событие или плохое? – художник смотрит на меня пристально.
Опускаю глаза, не выдержав его проницательного взгляда.
- Это неизбежность, - выдыхаю устало. – Ты же сам видел Юру, слышал, что он говорит…
- Я боюсь, что мы с братом стали причиной твоего развода, Кира, - Сергей смотрит на меня виновато, - мне очень жаль, прости, пожалуйста.
- Не говори ерунды! – моя улыбка становится натянутой. Не хочу вспоминать те дни.
Я тогда только узнала об измене Юры. Мне было так больно, что травма головы не идёт ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала из-за предательства мужа.
Погружаю длинный нож с растрескавшейся ручкой в сливочный крем. Перекладываю аппетитный треугольный кусочек на блюдце и протягиваю угощение Сергею.
Тот берёт блюдце из моих рук и с ним в руках идёт ставить чайник. Достаёт кружки. И картонную коробочку с пакетиками чая.
И это тоже что-то новое для меня. Во-первых, Юра принципиально не пил чай из пакетиков. Я всегда заваривала для него листовой. Во-вторых, если признаться, никто уже очень давно не делал чай для меня.
Может, мама в детстве. Я не помню. Так что простой дешёвый пакетик, опущенный в кружку с отбитым краем и залитый кипятком, очень много для меня значит.
В дверь звонят.
- Это Ксюша с Тимуром, - говорю Сергею, а сама уже бегу к двери открывать.
Ребята почти каждый день заходят ко мне после школы, игнорируя запрет отца. Жаль, что Фил в это время в саду. Я соскучилась по нему очень.
Усаживаю детей за стол и разогреваю суп. Готовлю его специально для них.
- Пока не поедите нормально, торт не получите, - строго говорю, пододвигая к каждому тарелку с горячим обедом.
- А можно мы для Фила кусочек возьмём? – спрашивает Ксюша.
- Конечно, - одобрительно улыбаюсь, когда она берёт в руки ложку и принимается за еду. – Я вам ужин в контейнер уже собрала. Сами погреете. Фила накормите. Потом помытый контейнер мне сюда принесёте.
- А Тимур школу прогулял, и его за это к директору вызвали, - ябедничает Ксюша.
- Молчи, мелкая! – шипит на сестру Тимур.
- Эй, чтоб я таких слов не слышала, - отчитываю парня.
- А что? Ты посмотри, она такая и есть!
Ксюша краснеет, а её глазки наполняются слезами.
- В чём дело? – спрашиваю я деликатно.
- Я пыталась отстирать блузку, но не получилось… - дочь жалобно шмыгает носом.
Вытягивает вперёд руку, и я вижу на её белой школьной блузке большое коричневое пятно.
- Остальные ещё хуже, - жалуется она. – У меня не получилось их свести, как ты учила, мам…
Вздыхаю.
Я рассказала старшим детям, как пользоваться стиральной машиной и плитой. Но глупо ожидать, что подростки справятся со всем самостоятельно.
- Давай сюда блузку, я отстираю пятно, - предлагаю я. – Высушим её на батарее. Если что, в моей футболке до дома дойдёшь.
Ксюша стаскивает с себя блузку и надевает обратно форменную тёмно-синюю жилетку. У Сергея стиральной машинки, разумеется, нет. Так что приходится справляться по старинке, в тазике.
- Не думай, что я не услышала про твой прогул, Тимур, - строго смотрю на парня, вернувшись обратно на кухню.
Он безразлично пожимает плечами.
- Подумаешь…
Первым порывом хочу припугнуть его тем, что расскажу отцу. Прикусываю язык. Вероятно, теперь от этого будет мало толку.
И как мне справиться с отбившимся от рук подростком? Это работы Юры.
- Тимур, - смотрю на него, как на взрослого, - ты мне говорил, что тебя обижает поведение папы, но прогуливая школу, ты ведёшь себя, как он. Школа – это твоя обязанность…
- Плевать мне на него! – ощетинивается Тимур. – Пусть хоть вообще не появляется дома. Только спокойнее будет…
В дверь опять звонят.
Кидаю на Сергея растерянный взгляд.
- Может, ты сходишь… - мнётся он. – Я вроде никого не жду… а нос только заживать начал…
Иду в прихожую, а сердце бьётся через раз. Я как будто чувствую, что там не какой-нибудь случайный сосед.
Знаю, кто стоит сейчас за дверью, и интуиция меня не подводит.
Это мой почти уже бывший муж. Открываю дверь и вижу на пороге Юру. Какой-то он весь помятый, и будто на взводе.
Костюм сидит неопрятно, будто Юра не снимал его уже несколько дней. Рубашка несвежая. На лице щетина. И не вчерашняя - Юра явно давно не брился.
Таким я мужа никогда не видела.
Как он работает в таком виде? Кажется, эта Аля говорила про какие-то проблемы в фирме. Неудивительно. Если владелец бизнеса так выглядит, то кто захочет иметь с ним дело?
- Поговорим? – голос у Юры какой-то осипший.
А на меня всё равно с наездом смотрит. С вызовом.
Колючий взгляд вместе с щетиной придают мужу дикий вид. Незнакомый.
Юра всегда был сдержанным и рациональным. А стоящий сейчас передо мной тип, кажется, способным на необдуманные поступки.
Это нервирует и даже пугает.
Тру неуверенно шею. Ничего приятного он мне явно не скажет. Но и захлопнуть дверь у Юры перед носом – не лучший выход.
Мы ведь разводимся. Нужно договариваться.
- Проходи, - веду мужа за собой в комнату, выделенную мне Сергеем.
Кажется, он не в курсе, что старшие дети сейчас здесь. Надеюсь, они догадаются сидеть на кухне тихо и не привлекать к себе внимание.
Юра придирчиво осматривает мою комнату.
На кровати, застеленной старым жаккардовым покрывалом с цветочным узором, лежит Катина пижама. Я хотела её постирать, но ещё не успела. На столе с облезлым лаковым покрытием - стопка документов по разводу, оставленных мне адвокатом.
Юра берёт в руки верхний листик. Изучает задумчиво.
Стаю с закушенной губой. Жду его реакции.
- Ты правда решила со мной развестись? – упавшим голосом спрашивает муж.
Выдыхаю. Воздух выходит из лёгких рваными толчками, выдавая моё напряжение.
- Да, - мне не нравится, как звучит мой голос.
Я хочу быть уверенной в себе. Но моё «да» больше похоже на «извини». Как будто я в чём-то виновата перед ним.
- И что, даже не дашь мне второго шанса? – с наездом спрашивает Юра.
Это претензия. Он реально считает, что я обязана вести себя так, как он ожидает.
- Если тебя что-то не устраивало в нашем браке, - говорю с обидой в голосе, - то ты тоже мог бы дать нам второй шанс, не знаю, поговорить, поменять что-то. Но ты просто завёл себе любовницу…
Юра опускает глаза.
- Меня всё устраивало в нашем браке.
Удивлённо поднимаю брови.
- Тогда зачем тебе она?
Юра пожимает плечами.
- Наверно, это мужская природа, Кира. Не знаю, чего ты ждёшь от меня? Щенячьей преданности? Глупой романтики? Я думал, она нужна только наивным подросткам.
Вот это подход…
Оказывается, я совсем не знала своего мужа. И странно обнаружить это теперь, но, очевидно, мы слишком разные.
Отступаю на шаг назад и обхватываю плечи руками.
- Юр, ты просто меня не любишь, вот и всё, - говорю с грустной улыбкой. – Для тех, кого любят, найдётся в душе и романтичность, и нежность, и преданность. Может, Алю свою любишь, я не знаю. Если нет, лучше найди себе другую. Ту, рядом с которой, романтика перестанет быть чем-то глупым.
Юра швыряет бумаги обратно на стол и смотрит на меня раздражённо.
- А ты уверена, что твои представления о любви единственно верные? – муж делает шаг ко мне.
Подходит почти вплотную, нависая сверху. Давит тяжёлым взглядом.
- Давай, ты не будешь решать за меня, кого я люблю, а кого нет.
- Юра…
- А если я не хочу отпускать тебя? – со злостью в голосе спрашивает муж. – Если ты мне нужна? Что это, если не любовь? Почему я хочу тебя, даже после того, как ты ушла к другому?
Юра вдруг хватает меня за плечи и притягивает к себе. Впивается в губы поцелуем. Злым и раздражённым. Доказывающим, что я не права.
Меня пугает такой жёсткий напор. Он никогда не целовал меня так. Да и вообще редко целовал.
Пытаюсь увернуться, но Юра не позволяет. Хватает моё лицо ладонями. Держит и целует. Царапает кожу лица своей щетиной.
И я начинаю задыхаться от обиды и беспомощности. А ещё оттого, что тело реагирует.
Я ведь любила этого мужчину. Наверно, и сейчас ещё люблю.
- Вот видишь, - рычит муж в мои губы, - Кира, ты мне нужна…
- Так ты и Але такое говоришь? - гну я свою линию. – Не очень-то уникальное предложение. Таким образом, ты в половину города влюблён. Зачем тебе именно я?
- Сейчас покажу, - на лице Юры появляется безумная улыбка.
Он толкает меня на кровать.
- Нет, прекрати, - я не хочу кричать. Ни к чему, чтобы на шум прибежали дети. – Юра, остановись.
Дыхание сбивается. Сердце отчаянно стучит о рёбра.
Он считает, что моё тело принадлежит ему.
- Я не разрешаю, остановись! – шепчу сбивчиво.
Голос куда-то пропал.
Отчаяние смешивает мысли. Бьётся дрожью во всём теле.
Хватит миндальничать. Я тянусь руками к лицу мужа. Хочу выцарапать ему глаза.
Юра легко перехватывает мои руки и закидывает их мне за голову. Просто держит оба моих запястья одной своей рукой.
- Ты же хотела доказательств того, что ты мне нужна, - выдыхает Юра, уткнувшись лбом в мой лоб. – Давай, Кира, напомним тебе про обязанности жены.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Бессердечная овечка", Зоя Астэр ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11
Часть 12 - продолжение