22 июня 2025 года, проснувшись рано, в часов утра, я выпиваю стакан воды, съедаю на завтрак тарелку овсяной каши на молоке и два яйца всмятку. Время старта на 21,1 км назначено на 12 часов. Решаю больше ничего не есть и не пить. Никакого волнения. Опытнейший стайер, ноги которого уже пробежали на соревнованиях одну «половинку», собрался покорять вторую.
На станцию метро «Беговая» приезжаю к 11 часам. Дождь, щедро поливавший город всю ночь и утро, затаился перед стартом, вероятно решив дать мне возможность побить мировой рекорд в комфортных условиях. Я бывал несколько раз в парке 300-летия Санкт-Петербурга. Праздно прогуливался туда-сюда по набережной, чтобы потом уйти по пешеходному мосту на Крестовский остров. Где-то там, на заброшенной даче, инженер Пётр Петрович Гарин резал своим уникальным аппаратом толстые деревянные бруски и листы железа, как ножницы режут бумагу. А было это так… Впрочем, я, как обычно, увлёкся. Ведь не за этим сюда приехал.
Беру себя в руки, сосредотачиваюсь, получаю номер, снимаю брюки, куртку, подхожу к линии старта и бегу. Всё так и произошло, как написал.
Маленькое уточнение: к 22 июня 2025 года я ещё немного сжёг жира на себе и вешу 77 килограммов. Таким образом, скоро можно будет констатировать, что с 24 сентября прошлого года я лишусь 20 килограммов. Полагаю, как раз к годовщине отказа от сладостей я буду весить 76 килограммов. Вот только мысль о том, что мне удалось так сильно похудеть, не радует, как только на старте я оглядываюсь по сторонам на окружающих меня бегунов, и в очередной раз обнаруживаю на себе с десяток лишних килограммов. Не похож я на стайера. Жирноват. Впрочем, необходимость закончить дистанцию это не отменяет.
Маршрут в парке 300-летия Санкт-Петербурга проходит по кругу 5,3 км. Трасса пологая, за исключением пешеходного моста, длиной 490 метров, на который нужно сначала подняться, потом спуститься, затем развернуться и повторить подъём и спуск ещё раз для того чтобы вернуться в парк на очередной круг. Мост этот запомнился мне тем, что на нём порывистый хулиган ветер так и норовил содрать с меня майку, которая, несмотря на мою жирнявость, была мне все же велика, потому что покупал я ее, будучи почти стокилограммовым пузланом.
Пожалуй, стоит вернуться к рассказу о беге. Вернувшись, перехожу уже с настоящего времени на прошедшее, ибо в прошлом уже нет настоящего, как не заставляй близорукую память щуриться, чтобы увидеть реальную, не подретушированную лживым творческим воображением картинку.
Начал бежать я бодро, держась в сотне метров от пейсера, бегущего на время 1.50.00 и первый круг уверенно продержался за ним. 27минут и 30 секунд, темп – 5.12/ км. Второй круг дался мне тяжелее, и, к его окончанию я, успокаивая себя тем, что скоро буду ускоряться, чтобы обогнать пейсера и всех остальных участников забега, начал безнадёжно отставать. 28 минут и 18 секунд, темп – 5.17/км.
На третьем круге я настолько отяжелел, что стал чувствовать себя не на соревнованиях, а на тренировке у себя в парке, где я полз черепахой, забыв о времени и пространстве. 28 минут 56 секунд, темп – 5.29/км. Закончив предпоследний круг и пробегая мимо пункта питания, я хлебнул из пластикового стаканчика колы и тут же пожалел об этом. Божественная амброзия, вместо того, чтобы наполнить меня могучим пламенем, застряла где-то в закоулках пищевода, не желая делиться со мной энергией.
Четвёртый круг я уныло доползал, проклиная даму с собачкой, болвана на самокате, неторопливо пересекавших мой путь, и, обдавшего меня густым жаром большой чёрный внедорожник, ожидавший перед торговым центром, пока я перевалю через проезжую часть. Последний раз спустившись с пешеходного моста и сверившись с хронографом, я обнаружил, что дела мои не так уж и плохи, потому что в качестве утешительного приза на финише я установлю не мировой рекорд, а личный. Так и получилось. 1.55.11.9. Результат последнего круга стыдно писать (хорошо, что меня никто не видит) – 30 минут и 26 секунд, темп – 5.46/км.
После финиша, подкрепившись апельсином и плиткой шоколада с высоким содержанием какао, я беззаботно отправляюсь домой, где меня ждёт очередной удар судьбы. Я получаю в подарок видеозапись своего бега по дистанции. Никогда в жизни великий стайер не получал такой оплеухи наотмашь. Чудом не наложил на себя руки. Видеозапись наглядно продемонстрировала, как среди цветущих молодых бегунов и бегуний тяжело семенил немолодой мужчина с измученным лицом и глазами загнанной лошади. Вспомнился фильм о том, что делают с такими лошадьми. Впрочем, там была молодая Джейн Фонда, а в моём фильме все Джейн Фонды очень быстро промчались мимо. Зато моя беспомощная фигура заняла почти всё экранное время.
Баста! К чёрту всех этих Лидьярдов и Дэниэлсов вместе с марафонским бегом, куда лучше познать радость шахматного эндшпиля или миттельшпиля. Тут же решаю собрать в одну кучу всё своё спортивное имущество, развести ритуальный костёр и сжечь вместе с марафонскими мечтами. Однако усталость мешает это сделать, и я заваливаюсь спать, отложив аутодафе до понедельника. В понедельник мне некогда. Во вторник я отмахиваюсь от навязчивой идеи казнить нелепую мечту. В среду, забыв о воскресном фиаско, в 5 часов утра, бодрый и счастливый отправляюсь на очередную пробежку 17,5 км.