Эта известная цитата не спроста в заголовке. В очередной раз заставил меня мой канал сильно задуматься. О нас, об обществе в целом. Те, кто давно со мной, знают, что я очень трепетно отношусь к теме ошибок, а навык рефлексии считаю одним из критически важных, ценных и самых дефицитарных в обществе. Не раз писала об этом. Вот лишь некоторые публикации:
Про то, как простыми домашними приёмами учить ребёнка не бояться ошибок
Про то, как учить этому простыми приёмами в школе
Как провести в школе урок про ошибки
Даже про то, как отсутствие нормализации ошибок в нашем обществе мешает превенции травле
Одна из самых до сих пор читаемых публикаций на канале о том, как образование превратилось в тотальную имитацию. Это когда мы с яслей делаем за ребёнка поделки (ведь он ошибётся и сделает криво), потом говорим детям ответы на ВПР, потом суём их за взятку в вуз, где они разными способами получают красивый диплом (не все, но такого много), а потом эти выросшие дети на своих работах рисуют красивые отчёты, особенно если попали в госорганы. Я искренне уверена, что вот эта вся система красивых дипломов и красивых отчётов начинается ровно со страха и недопустимости ошибки с раннего детства. Она глубоко сидит в ДНК нашего общества, как детского, так и взрослого. Об этом я тоже писала вот тут, про всего две вещи, которые я бы изменила в системе образования, одна из них – воспитывать нормальное отношение к ошибкам и культуру открытого диалога и анализа ошибок. Уверена, это может полностью перепрошить всё общество, оздоровить его. Потёмкинских деревень, может, в реальности и не было, а явление, получившее уже наименование нарицательное, и было и сейчас живее всех живых, достаточно знать немного закулисье того, как в регионах встречают Президента, уровень бутафории иногда доходит до смешного. Все, тотально все от первоклашки до губернатора, боятся получить по шапке от вышестоящего.
Всё это мы с вами тут на канале обсуждали и моя позиция по этому поводу вам известна. Умение признать ошибку, отрефлексировать, забрать анализ и выводы в опыт – я считаю важнейшей компетенцией человека. С годами даже моё понимание «умности» скорректировалась. В детстве и максималистской юности умными мне казались те, кто много знают. Сейчас – точно нет. Нет, умный – это не тот, кто сыпет цифры, факты и цитаты. Умный для меня теперь – это тот, кто умеет рефлексировать. Поэтому я очень трепетно отношусь всегда к рефлексии. Когда вижу, боюсь спугнуть. Слишком редко её встречаю в естественной среде обитания человека.
На этой неделе всё было про ошибки. Я проводила с сотрудниками очередной Fuck-up night. Это наше регулярное мероприятие, направленное как раз на развитие культуры обучения на ошибках. Вот здесь подробно описывала. Почему я его провожу? Да ровно потому, что на работу приходят люди – плоды своих семей и школ – с паническим страхом ошибок, осуждения, а потому скрывающие свои факапы до последнего, когда уже нанесён непоправимый вред. А вот если бы умели прийти с этим вовремя, то никакого вреда бы не было. Я начала изучать эти механизмы 20 лет назад, когда работала в авиации. Компания, в которой я работала, стояла у истоков дисциплины «Человеческий фактор». Большинство авикатастроф – человеческий фактор, и это всегда одна мелкая ошибка, о которой не доложили, потом ещё одна, потом третья, и всё… непоправимая трагедия, которой можно было избежать. С годами я поняла, что человеческий фактор работает абсолютно во всех отраслях. Поэтому мне приходится брать сотрудников (средний возраст у нас 23 года) и выкорчёвывать из них страх ошибки, учить их вовремя сообщать, открыто разбирать и учиться на них. Для этого особая корпоративная культура нужна.
Во время неформальной части я спросила команду, как сложились их отношения с ошибками. Какие слова они помнят из детства, какие установки их сформировали. И что я услышала? «Руки не из того места растут!», «Ишь-ты, извиняется она, мне твои извинения разбитую чашку не вернут!», «Как можно было так накосячить?» (сказано при одной ошибке за диктант), «А я тебе говорила!», «В смысле пять с минусом?» Некоторые говорили про ор и агрессивный тон. Ор и агрессия за любую оплошность. Кто-то такое испытывал дома, кто-то в школе. Я напомню, средний возраст - 23 года, они мне годятся в дети. То есть их родители – это плюс-минус мои ровесники. Это наши дни. А мне казалось, этого уже нет давно.
А потом я выложила на канале историю учительницы. Она совершила жуткую ошибку в прошлом. Сама себя уже сто раз сгрызла за неё. И уже даже с семьёй, перед которой виновата, говорила и извинялась, и они уже даже в хороших отношениях. Всё отрефлексировано. Настолько, что пришлось себя полностью перепрошить, а после этого понять, что с перепрошивкой ей в общем-то и нет места в её школе. И вот она делится этим. И что я вижу в комментариях? Всё тот же ор и агрессию. «Ишь-ты, рефлексирует она!», «Да выперли её из школы с волчьим билетом, а она пытается себя оправдать!», «Дура!», «Таким не место в школе!» В целом, я была поражена уровню агрессии в некоторых комментариях (к счастью, их меньшинство). Уже даже сама семья учительницу простила, но нет, мы в комментариях жаждем крови. Интересно, с какой целью? Почему вместо «Очень жаль, что это произошло» нам обязательно нужно указать, что «у героини нет мозгов» и что она «на самом деле ничего не осознала» и притворяется? В какой-то момент я спросила, зачем это делается и будет ли легче, если Анна, прочитав это всё, прыгнет в окно. Вот такой ответ пришёл:
На самом деле, глубоко ошибочно считать, что таким, как Анна, не место в школе. В школе не место людям с диагнозом или психическим расстройством. Их сложно отремонтировать. А человека, до которого всё-таки дошло, что такое травля, что она может начаться с одного твоего неосторожного слова, что дети сами не разберутся, что нужно вмешательство взрослого, и что это не зверинец, где коллектив должен вытолкнуть слабое звено, вот этого человека надо держать всеми силами. Те, кто агрессивно набросились на Анну, видимо, просто слабо себе представляют уровень искажённости информированности про травлю, про сильных/слабых и про роль взрослого в школе. А я с этим работаю каждый день. Нет, не каждая школа прогнила и не все 100% учителей даже в нездоровых школах профнепригодны. Однако уровень искаженности установок очень беспокоит. И сюда на канал к нам периодически заходят такие «педагоги», а есть и парочка постоянно читающих, кто даже на самые чудовищные истории пишут «ну что ж, дети всегда дерутся», даже когда история очевидно не про драки и конфликты, а именно про длительную травлю, но это как будто пропускается мимо глаз. Такого, правда, довольно много. Может, это защитная реакция такая, не признавать, закрыться, не видеть, отрицать. Вот эта самая Анна, учительница из истории, она вышла из этого морока некорреткных представлений. Она на вес золота теперь. Это Ура! Ура!, а не Фу-Фу.
По-хорошему, директор должен был её услышать, захотеть исследовать эту тему в целом по школе, понять, с какими установками у него остальные учителя работают, и внедрять программу изменений. Учить коллектив антиббулингу, возможно вносить изменения в системы и процедуры. А эту самую Анну ставить во главе этой программы изменений. Кто лучше всего умеет замотивировать бросить наркоту, как не бывший наркоман. Так работает во всём. Человек, прошедший путь героя, осознавший, что-то в себе перепрошивший, вот он только и может обращать теперь в свою веру. Евангелистом изменений Анну надо было назначать. Вместо этого ни администрация, ни коллеги её не поняли, не услышали, сказали, что «эмпатию в школе лучше выключить», а народ в паблике ещё решил допинать. Откуда это в нас? Это всегда так было? Или это настолько сильно культура совковских партсобраний вытеснила культуру православную, в которой «не осуди»? Хотя я в целом не протестую против осуждения как такового. Куда уж совсем от осуждения деться? Надо тогда судебную систему ликвидировать. Нет, я протестую против агрессивного осуждения, кидания каменьев.
Заметьте, намеренно пишу «в нас», «мы», так как я тоже часть этого общества и тоже осудить горазда, иногда за собой замечаю, что делаю это агрессивно. Пытаюсь искать, откуда это во мне. Дома агрессивного осуждения не было, за ошибки меня не ругали, но вот школьные сборища с уничижительным распеканием двоечников и хулиганов помню прекрасно. Нас учили, что такие собрания – это хорошо. Суды Линча. «Воспитание коллективом», у нас это называли. А ведь можно обсуждать ошибки и даже осуждать цивилизованно, не теряя достоинства ни своего, ни того, кого осуждаешь. Пока мы орём, оскорбляем и призываем, что суицид осуждаемого - это хорошо, так как «одной мразью будет меньше», мы только сужаем круг людей, готовых признавать ошибки. Наоборот, нужно всячески показывать, как обсуждать ошибки иначе.
Да, и кстати, про концепцию всепрощения... её тоже стоит для себя, видимо, актуализировать, чтобы быть в локально-региональном тренде. У нас же сейчас тренды - это традиционные ценности и их стараются внедрять через наиболее популярных людей. По статистике (опрос Левада-центра, признан иноагентом) сегодня на первом месте по популярности Сталин, через него уже не всё внедришь. На втором Путин. Ну вот, по ссылке из последнего тренды. Спичрайтеры держат нос по ветру и пишут тексты соответствующие внедряемым трендам. Знала я одного товарища из этой команды. В общем, орать и агрессивно осуждать больше не модно. Ну ладно, это была минутка юмора... или сатиры, кому как.
Вернемся к серьёзному. Чтобы исправлять что-то, нужно начать в точке, в которой мы нашли ошибку. Эту ошибку нужно признать. Вы же в курсе, что у нас в школах травля не искореняется ровно из-за этой культуры непризнания ошибок? В 80% случаев травля школой не признаётся. Откуда это? Всё оттуда же. Директор боится распекания от Департамента, где тоже особо здоровый диалог и конструктивный разбор провести никто не умеет, учитель в свою очередь боится распекания директора и так по цепочке. Итог – травля была, есть и будет. И вообще все остальные дыры в системе образования, в массовой школе, которые вам так не нравятся, они ровно оттуда же.
Вы часто спрашиваете про здоровые школы. Откуда им взяться? Одна из самых здоровых школ, которые я встречала лично, как пользователь (не как партнёр, работающий со школой, который максимум неделю провёл в её стенах, а как мама, чей ребёнок там учился каждый день) как раз отличалась тем, что все ошибки обсуждались. Собирались родители, учителя. Не на хурал, не на партсобрание, а на очень качественно проведённый круг рефлексии. А потом я, уже как человек, чья профессия связана с образованием, видела, как директор нёс эти знания другим директорам и учителям. Он рассказывал не просто про красивые модели «как надо», он всегда на мероприятиях, куда его приглашали как одного из самых продвинутых директоров, рассказывал про факапы, свои и команды. Чаще я вижу другое. В большинстве случаев после помощи школе с травлей я слышу от администрации «Только, пожалуйста, не рассказывайте о нашем случае на канале». Хотя мы дошли до хэппи-энда, мы вылечили класс, многое в школе улучшили. На этом примере надо учиться. Но нет. Не хотят делиться опытом. Ведь там в начале ошибка. Стыдно.
Откуда взяться здоровым школам, если в школах работают такие же люди, которые тоже прошли через детство, и у многих в нём было всё то же самое – ор и все те «прекрасные» фразы выше? Чтобы школы стали здоровыми хотя бы лет через 20, нам надо сейчас уже делать что-то, чтобы выпускать в мир здоровых людей. И я не буквально про отсутствие диагнозов. Я про навык вести здоровый диалог, навык анализа, рефлексии и коррекции собственных установок, действий и процессов, за которые отвечаешь. Ошибочно думать, что для этого достаточно каждому из нас просто не орать на нашего собственного ребёнка за его ошибки. Дети учатся не только на словах, обращённых к ним. Они учатся на наших моделях, то есть, в том числе, на словах, которые мы обращаем к другим. Даже если мы говорим: «Ничего, солнышко, разбитая чашка – это не человеческая жизнь», а потом пишем в комментариях про рефлексирующую учительницу: «Пусть одной мразью будет меньше», наши дети слышат и знают и то и то.
PS Для тех, кто на канале не с начала и не знает мою личную историю… важно прояснить, что я всегда на стороне того, кого травят (если установлено, что это травля). Мне ли не знать, через какой ад проходят в это время дети. Мой сын через это проходил. И да, ответственность тоже была на учителе. Испытываю ли я негатив к ней? С годами всё меньше. В моменте было много боли, это точно. Но! Если бы сейчас я услышала от этого человека, что она наконец осознала, как допустила это, поняла про роль взрослого в школе и поменяла подходы к управлению классом, для меня это было бы ценно. Зачем мне кровь или «ещё одной мразью меньше»? Что даст мне кинутый в учительницу камень? Куда важнее, если бы в рядах здоровых и ответственных взрослых прибыло. Их и так в школе всё меньше становится.
Про книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно узнать тут.
Неравнодушных педагогов и осознанных родителей я приглашаю в Телеграмм-канал «Учимся учить иначе» и в привязанную к каналу Группу.