Скульптура Сергея Мильченко "Европа и ее бык" сразу привлекла мое внимание, вызвав ассоциацию со статуей "Медуза с головой Персея" Лучано Гарбати (об этом читайте здесь). Визуализация мифа в традиционной культуре имела различные цели, в первую очередь идеологические, так как визуальная форма воспринимается легко массовым сознанием. Главной целью было транслировать определенную модель мироздания, в которой воля богов была священна и непререкаема. Кроме того, визуальный миф через символику служил сигналом разграничения «свое-чужое», «друг-враг», герменевтическим инструментом диалога культур. В мифе о Европе присутствуют два важных элемента: географический, то есть мотив освоения островов и континентов, а также политический - обожествление правителей, которые ведут свой род от самого Зевса.
Географический подтекст таков: Европа была дочерью правителя Финикии (территория современного Ливана и Сирии), а также внучкой Посейдона и нимфы Ливии (буквально от названия страны Ливии). Зевс в облике прекрасного белого быка с золотыми рогами и горящей звездой во лбу похищает Европу, переплывает Средиземное море и оказывается на острове Крит, где она рождает троих сыновей, среди которых Минос - основатель Минойской талоссократии (морской державы), которая относится к Крито-Микенской или Эгейской цивилизации (примерно III – II тыс. до н.э.).
Перед похищением Европа увидела сон, где "две части вселенной" - Азия и некая чужестранка из-за моря боролись между собой, и каждая из женщин-материков хотела забрать Европу себе, но по воле рока она досталась таинственной незнакомке. Исторически финикийцы активно торговали с греками и исследовали не только Средиземное море, но и Адриатику, открыли Сицилию, Мальту, Сардинию и другие острова, впоследствии финикийцы захватили север Африки, основав Карфаген. Финикийцы - древнесемитский народ, благодаря которому появился первый фонетический алфавит, ставший основой для многих азбук: еврейского, арабского, греческого, латинского, славянского (об этом читайте подробнее здесь). Таким образом, миф о Европе в символической форме рассказывает о заселении финикийцами западных территорий и их влиянии на Средиземноморье, а также в нем отражены географические представления того времени о существующем мире.
С Критской цивилизацией связана также легенда о гибели Атлантиды, о которой писал Платон в диалоге "Критий" как об острове, расположенном за Геркулесовыми столпами, то есть Гибралтаром, который населяли потомки Посейдона атланты: "На этом-то острове, именовавшемся Атлантидой, возник великий и достойный удивления союз царей, чья власть простиралась на весь остров, на многие другие острова и на часть материка, а сверх того, по эту сторону пролива они овладели Ливией вплоть до Египта и Европой вплоть до Тирении" (имеется ввиду Этрурия - земли этрусков в северо-западной Италии). Таким образом, в мифологической истории древних греков происхождение царских династий связывалось с родом потомков легендарной Атлантиды, которой и могла быть та незнакомка из сна Европы перед похищением.
Кроме того, у греков существовало представление о таинственной стране Гиперборее, находящейся где-то на севере и ассоциировавшейся с землей вечно молодых богов и пристанищем Аполлона. Можно было бы предположить, что таинственной чужестранкой во сне Европы могла быть и Гиперборея. Согласно арийской теории, Гиперборея погибла, а остатки народа, некогда населявшего ее, мигрировали на территорию Европы, принеся знания своей высокоразвитой цивилизации в том числе и финикийцам, и грекам, и египтянам, и индусам. В соответствии с арийской теорией письменность и фонетический алфавит появились как раз благодаря потомкам гиперборейцев, что подтверждается схожестью символов с германскими рунами. Знаменитый фестский диск, найденный на Крите, до сих пор не расшифрованный, точнее сказать, нет единого толкования начертанных на нем знаков, приводится в пример ариософами в качестве возможного гиперборейского артефакта. Однако гиперборейско-арийская теория не является официально признанной научным сообществом и рассматривается как альтернативная.
В космогонических мифах символика, особенно самая ранняя, часто бывает хтонической, то есть связанной с образами природных стихий и чудовищ. Так, А.Ф. Лосев писал: "Еврипид употребляет о Европе весьма интересное выражение: «Черная (Еyröpon) бездна камня», что указывает на ее происхождение и связь с землей. Таким образом, Европа в первоначальном варианте не была девушкой, как и сам Зевс не был человеком. Более того, Лосев говорит о том, что имя Европа на древне-греческом означает «широкоглазая», что объединяет ее с образом коровы и луны, поскольку она тоже волоокая и рогатая. Таким образом, Европа могла сама быть коровой, что является архетипом женского образа плодородия, как и Исида у египтян, всегда изображавшаяся с коровьими рогами. Так что никаких противоестественных сексуальных связей - в архаическом мифе все было прилично - корова и бык!
Неомиф в современной визуальной культуре тоже, казалось бы, имеет мифологическую структуру, но его особенность заключается в том, что он только использует модель мифа, разбирая его на части, отчего он перестает быть мифом. В общем смысле к неомифологизации приводит переоценка ценностей, характерная для человеческого мышления при переходе от одного этапа развития цивилизации к другому, что позволяет разрушать старые значения, переосмысливать и перекодировать, надстраивать и создавать новые смыслы по принципу Гегеля: тезис-антитезис-синтез. Стилизация и игра с формой тоже может быть элементом неомифологизации, как, например, в работе Александра Ситникова, где интересно обыгрывается буква шумерская пиктограмма быка, ставшая в финикийском алфавите буквой Алеф (такой она и остается в арабском и еврейском), затем греческой Альфой, латинской А, славянской Аз и русской А.
Однако в этом и состоит особенность постмодернистского неомифа - в нем не происходит полноценного возвращения к мифологической модели, а лишь к ее симулякру, который остается часто формой без содержания. Кроме того, происходит разрушение сакральности и магии мифа, эффективнее всего - через эстетику повседневности и гиперреализма, психоанализа и физиологической шокотерапии. Так в работе Сергея Мильченко представлен перевертыш мифа о Европе, где девушка превращается в немолодую даму, располневшую и уставшую от повседневных забот, как видно, только что разделавшую тушу своего быка-мужа. Подобные приемы активно использует Дэмиан Херст в разных своих проектах - читайте об этом здесь. В соцартовской эстетике похожие трансформации мифологических героев можно встретить в работах нашего отечественного художника Александра Гидулянова - читайте здесь.
Иронично на поверхности этот образ демонстрирует разрушение мифа о первоначальной любви и страсти, возможно, разочаровании в браке. Из мифологической красавицы она превращается в земную женщину, родившую множество детей, занимающуюся хозяйством и доминирующую в доме. Но можно ли увидеть в этой скульптуре какую-либо политическую подоплеку, исходя из современного контекста, поскольку первоначальный миф таковую имел? На новый лад можно было бы трактовать этот образ так: старая и не совсем добрая Европа разрубает собственную традиционную систему ценностей, поскольку бык олицетворяет своего рода культурного прародителя, ведь Зевс был главой олимпийских богов порядка. Если Горгона Медуза, отрубая голову Персею, разрушает основания антропоцентризма, то здесь явно речь идет об убийстве коллективного праотца и вместе с ним - космоса. Образ мог бы стать альтернативным символом феминизма, так как демонстрирует явное превосходство и самодостаточность женщины, к тому же хвост быка в ее руке так удручающе повис. А хвост по Фрейду, сами понимаете, - не что иное, как фаллический символ, являющийся одновременно и символом власти.
Возможно, у вас возникнут другие ассоциации с этим образом, пишите о них в комментариях!
Читайте книгу Строева О.В. "Искусство и философия. Удивительные параллели, необычные интерпретации" - скачать здесь https://www.litres.ru/book/olesya-stroeva/iskusstvo-i-filosofiya-udivitelnye-paralleli-neobychnye-int-70515652/
Читайте по теме на канале:
Что означают мотивы пожирания и расчленения в мифологии: символизм или каннибализм?
Асексуальный символ политики в постсоветском образе Юдифи с головой Гитлера
Современные интерпретации мифа о Минотавре: сексуальность, одиночество или опасность?
Реальное и Реальность Курочки Рябы с точки зрения психоанализа и экзистенциализма
"Медуза с головой Персея" как символ постгуманизма
Символика и мифология смерти в разных культурах или зачем празднуют Хэллоуин