Генеральная прокуратура РФ не стала проверять сведения о нарушениях ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» и моих конституционных прав в конституционном судопроизводстве, содержащиеся в моих обращениях к Президенту РФ. Она закрыла на них глаза, сославшись на независимость судей. А, может, судебная власть во главе с Конституционным Судом РФ у нас абсолютна, а Генеральная прокуратура – ее оплот?
«Рассмотрев» оба моих обращения к главе государства, Управление Президента РФ по работе с обращениями граждан и организаций (далее – Управление) направило их в Генеральную прокуратуру РФ.
Посыл, или основания их направления Управление мне не раскрыло, найдя для этого множество причин, не подтверждаемых нормами закона, на которые ссылалось.
Генеральная прокуратура не стала проверять в «рассмотренных» Управлением обращениях сведения о нарушениях Конституции РФ, ФКЗ О КС РФ и моих прав в конституционном судопроизводстве. Но, как следует из ее писем, тоже «рассмотрела» их.
«Рассматривал» их начальник отдела кассационно-надзорного управления Главного гражданско-судебного управления Н.С. Иванов. Он же, к слову, «рассмотрел» мое прямое заявление в Генеральную прокуратуру РФ, касающееся должностных лиц Секретариата КС, одно из которых ныне – судья КС.
Судя по письмам г-на Н.С. Иванова, в его фокус зрения сведения о нарушениях (даже осторожно замеченные Управлением) не попали. В этом, однако, общность фокусов Генеральной прокуратуры РФ и Управления (вспомните мою статью «Управление Президента РФ по работе с обращениями. Фокусы зрения»).
Тогда погрузимся прямо в фокус зрения г-на Н.С. Иванова.
Генеральная прокуратура РФ о несоответствии моего обращения ее компетенциям
По первому из направленных Управлением обращений г-н Н.С. Иванов сообщил, что вопросы его «к компетенции прокуратуры не относятся». (Текст обращения в статье здесь)
Соглашусь, вопрос обеспечения конституционных гарантий в конституционном судопроизводстве, поставленный мной в обращении, – не компетенция органов прокуратуры.
Это, полагаю, компетенция Президента РФ. Гарантии Конституции РФ, как следует из части 2 статьи 80 Основного закона, – его прерогатива.
За органами же прокуратуры Конституция РФ (часть 1 статьи 129) закрепляет надзор за соблюдением законов, в том числе Основного, прав и свобод граждан.
В компетенции и полномочиях прокуратуры – проверка исполнения законов, соблюдения прав и свобод по поступившей к ней информации о фактах их нарушения, подтверждение или опровержение такой информации. Это следует из части 2 статьи 21, части 2 статьи 26 Федерального закона «О прокуратуре РФ».
Что же помешало Генпрокуратуре применить ее компетенции?
Во-первых, вероятно, фокусы зрения. И, во-вторых, (или тоже, во-первых), отсутствие соответствующего поручения Президента РФ (в лице Управления). Но это лишь мое предположение. Каким наказом Управление сопроводило в прокуратуру мои обращения, остается тайной.
А вот, что в письме г-на Н.С. Иванова.
По его мнению, из статуса независимости судей следует, что «никто, в том числе органы прокуратуры, не вправе надзирать за их деятельностью».
Причинно-следственную связь такого заключения мне понять не удалось.
Статьей 36 закона «О прокуратуре РФ» прокурор уполномочен в порядке надзора приносить протест на незаконное или необоснованное решение, приговор, определение или постановление суда (т.е. на результат деятельности судей) или обращаться с представлением к вышестоящему прокурору.
И принцип независимости судей этому не мешает!
В своем письме г-н Н.С. Иванов ссылается также на норму статьи 79 ФКЗ О КС РФ об окончательности решений КС и неподлежании их обжалованию. Ею же он обосновывает и второй свой ответ (он в галерее документов выше).
Но какое отношение запрет на обжалование решений КС имеет к прокурорскому надзору за исполнением закона, устанавливающего процедуры конституционного судопроизводства, и за соблюдением конституционных прав граждан в нем? А именно нарушением закона и моих прав в этом самом судопроизводстве я обосновывала свою просьбу к гаранту Конституции РФ!
Разве обжалование решений КС и жалоба на нарушение процессуальных норм при принятии решений КС одно и то же?
Но вернемся к статусу независимости судей.
Что про независимость судей говорит законодательство?
Наделяя судей статусом независимости, Конституция РФ (часть 1 статьи 120) одновременно обязывает их подчиняться Конституции РФ и федеральному закону (т.е. соблюдать их).
Гарантии независимости судей предусмотрены статьей 13 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» и статьей 9 Закона РФ «О статусе судей в РФ».
Одной из обеспечительных мер независимости судей является соблюдение ими процедур судопроизводства. Иными словами, нарушение этих процедур не гарантирует их независимости, т.е. отсутствия постороннего влияния на правосудие, на существо судебного решения.
Еще одной обеспечительной мерой независимости судей является их неприкосновенность. Но и эта мера не абсолютна.
Она не исключает возможность привлечения судьи к ответственности (даже – к уголовной). Даже – за мнение/позицию, выраженные при осуществлении правосудия/рассмотрении дела (часть 2 статьи 16 закона «О статусе судей в РФ», часть 2 статьи 15 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»).
А вот, что говорит законодательство о привлечении судей к ответственности
Вопрос о привлечении судей, в том числе судей Конституционного Суда, например, к административной ответственности решается
«судебной коллегией в составе трех судей Верховного Суда Российской Федерации по представлению Генерального прокурора Российской Федерации» (часть 4 статьи 16 Закона «О статусе судей РФ»).
И, согласно закону «О прокуратуре РФ» (часть 3 статьи 27),
«в случаях, когда нарушение прав и свобод человека и гражданина имеет характер административного правонарушения, прокурор […] незамедлительно передает сообщение о правонарушении и материалы проверки в орган или должностному лицу, которые полномочны рассматривать дела об административных правонарушениях».
Эти полномочия прокуратуры в совокупности с упомянутыми выше положениями статей 21, 26, 36 закона «О прокуратуре РФ», полагаю, очевидно связаны с нормами части 4 статьи 16 Закона «О статусе судей РФ».
Таким образом, независимость судей законодательством не возводится в Абсолют. У судей нет права на произвольное распоряжение законами. Судьи ответственны за их нарушение. А надзор за исполнением законов – конституционная обязанность и компетенции органов прокуратуры.
Так почему же г-н Н.С. Иванов утверждает об отсутствии у прокуратуры права на надзор за деятельностью судей? Это его личное мнение или Генеральная прокуратура РФ вопреки Конституции РФ возвела судебную власть в Абсолют и превратилась в его оплот?
И вот другой вопрос.
Что мешает Генеральной прокуратуре РФ проверить деятельность Секретариата КС РФ?
Должностные лица Секретариата КС судьями не являются. Какое отношение независимость судей имеет к проверке деятельности Секретариата КС, являющегося участником конституционного судопроизводства? Ах, да, я забыла, – его подчиненность Председателю КС РФ!
Так, если Администрация Президента РФ – гаранта Конституции РФ – утверждает, что суды неподконтрольны никому, а Генеральная прокуратура РФ не считает себя вправе надзирать за судьями,
может, главе государства нужно публично объявить судебную власть во главе с Конституционным Судом РФ (вместе с его Секретариатом) абсолютной?
Тогда, полагаю, многие вопросы у граждан отпадут сами собой, жалоб в Генеральную прокуратуру и к Президенту РФ уменьшится, и органы правопорядка перестанут испытывать дефицит кадров.
Уважаемые читатели, а у вас есть мысли на этот счет? Поделитесь ими в комментариях!
И, если вы так же, как и я хотите пробить мощную броню бюрократии высших органов власти, делитесь моей историей обращения к Президенту РФ и историей конституционного неправосудия в мессенджерах, делайте репосты статей в соцсетях!
Только многоголосье может дать шанс нашей общей проблеме достичь ушей президентской власти! А проблемы судебного произвола, начинающегося с конституционного судопроизводства, глухоты Администрации Президента РФ и Генеральной прокуратуры РФ, полагаю, наши общие.
Если считаете мою публикацию полезной, кликните по пальцу вверх!