Приключения остались позади, дяде Овидей и Клео удалось попасть на настоящий Остров Переселенцев, где они встретились с семьёй близнецов...
Предисловие от автора: На этом этапе написания я просто записываю яркие эпизоды. Как и с "Непрошеным Даром", в Дзене публикуется материал, который только что вышел из-под пера. После этого книга пойдёт на доработку и редактуру уже за пределами платформы.
В качестве эксперимента, предложенного моей писательской доулой Анжеликой, путешествие по островам будет написано от первого лица.
Ссылки на все ранее опубликованные части и главы, расположенные согласно логике сюжета находятся внизу ⬇️
***
Поздним вечером домой вернулся Мэт. Я глядела на мгновенно повзрослевшего и окрепшего парня и поражалась изменениям, произошедшим с ним за неполный год. Мата практически не изменилась, разве что стала более замкнутой. Когда девочка отошла на кухню за фруктами, которые дядя Овидей принёс в качестве гостинца, мать близнецов вскользь сказала, что она такая стала после похищения.
— И перестала лета... — Хотел было добавить Мэт, но после грозного взгляда матери осёкся на полуслове.
Так я поняла, что разговоры о происшествии в Зоопарке под запретом.
Стоило Мате вернуться в комнату, дядя Овидей подмигнул мне и резко встал:
— Спасибо за угощения, мы, пожалуй, вернёмся на постоялый двор. День выдался насыщенный.
— Да, да, поздно уже, — поддержала я дядю, хоть мне и хотелось задержаться подольше. А вообще было бы здорово остаться у близнецов с ночёвкой. Мне тут же представилось, как бы мы сначала поболтали с близнецами, а потом шушукались с Матой до самого рассвета, рассказывая друг другу о своих приключениях.
— Заходите к нам почаще, — улыбаясь пригласила мать близнецов, — мы были очень рады вам!
— А давайте лучше когда у Мэта будет выходной все вместе пойдём в парк аттракционов! — Предложил дядя Овидей, — давненько нам с Клео не выпадала возможность насладиться тихими и спокойными деньками. Всё куда-то бежали, торопились...
Когда мы вышли за ворота маленького дворика семьи близнецов, первое, что я спросила у дяди:
— А правда, мать Мэта и Маты зовут Иса? Мне как-то неудобно было уточнять...
— Правда, — буркнул дядя и засунув руки в карманы, пошёл на шаг впереди меня беззаботно насвистывая песенку.
Я ехидно показала ему в спину язык. Так и знала, что дядюшка не захочет откровенничать и признаваться, что ему на самом деле нравится тётушка Иса.
"С другой стороны, — размышляла я, — если дядя уходит от ответа и предпочитает побыть наедине со своими мыслями, это может значить, что он сам сейчас думает о матери близнецов. Если бы он просто не захотел отвечать, то просто перевёл бы разговор на другую тему и ещё больше стал тараторить, уводя и мои мысли подальше от неудобной для него темы".
Следующие несколько дней я была предоставлена сама себе. Дядя с утра до вечера проводил на ярмарке рабочих мест, и уже успел обзавестись полезными знакомствами. Воспользовавшись свободой, я подвязалась помогать Мате продавать травы и букетики полевых цветов. Вдвоём было веселее бродить по городу, хотя подружка чаще всего выступала слушателем. Я ей рассказала обо всех наших приключениях и передрягах. И про те, в которые мы вместе с дядей попадали. И о тех, куда я одна вляпывалась.
Рассказала по секрету и о том, как дядя Овидей попал в иллюзию, где успел влюбиться в их матушку.
— Знаешь, — тихо ответила на это Мата, — а я была бы рада, если бы она снова замуж вышла. Тем более за такого замечательного человека, как твой дядюшка. Мы с Мэтом всегда мечтали о братишке, или сестрёнке. Сама знаешь, что не вышло, наш отец рано покинул этот мир. А сейчас... Мэт уже почти взрослый мужчина, да и я тоже. Ещё несколько лет, мы обзаведёмся своими семьями и разлетимся кто куда, а она одна останется. Думали, как было бы здорово, если бы у неё тоже появился муж и младшие детишки. Она же ещё молодая...
— Значит, вы не против? — Удивилась я.
— Конечно нет!
Разговор с Матой меня ошеломил. Получается одна я не рассматривала младшего дядю как потенциального жениха? Привыкла к тому, что он одинокий путешественник и исследователь. Да и о похождениях по дамам никогда не слышала. Впрочем, в роду Бартонелей не было принято вслух говорить о своих влюблённостях, если это не касалось брака. Я только сплетни слышала, что у дяди Умфрея есть внебрачный сын. Кажется, он даже хотел жениться на матери своего ребёнка. Бабушка Афолеона, как шушукались батраки "костьми легла" лишь бы не допустить свадьбу своего первенца с какой-то безродной девицей без магического дара. А я так и не поинтересовалась тогда как поживает мой кузен.
В этом смысле дяде Овидею можно сказать повезло. Его матушка со своими устоями осталась далеко на континенте. Да и он сам всегда был немного чужаком в собственной семье. Можно даже сказать, что мы с дядей были на одной ступени: его считали обделённым талантами, а меня носительницей чуждой магии. Может поэтому мы так понимали друг друга?
Как и договаривались в первую встречу, когда у Мэта выдался свободный день, мы всей толпой пошли в парк аттракционов. С интересом поглазели на уличный спектакль. Потом мы с Матой прокатились на карусели. Мэта тоже звали с собой, но он пробасил, что негоже здоровому парню вести себя как дитя малое. На что дядя возразил, что карусель для всех и тут же купил билеты себе и тётушке Исе.
Мы втроём стояли у невысокой ограды и наблюдали, как взрослые катались.
— Прости, — чуть слышно сказала Мата, — ты сказала, что это секрет, но я всё брату разболтала.
Снова я отметила про себя, что после похищения она очень изменилась. Когда я познакомилась с близнецами, заводилой всегда была бойкая и бесстрашная Мата. А сейчас она вела себя так, как обычно вёл себя Мэт.
— Ну и ладно, — махнула рукой я, — лишь бы тётушка не узнала...
— Она тоже уже знает, — ещё тише проговорила девочка, — твой дядя ей сам всё рассказал, когда на днях заходил. Я случайно подслушала из кухни... Ещё он предложил маме руку и сердце...
"Что? — Крутилось в голове, — что со всеми случилось? Тихая Мата, самоуверенный Мэт и дядя туда же... Куда вы дели моего коммуникабельного и при этом скромного в амурных делах дядю? Надо будет вечером его расспросить! Даже если он будет сопротивляться!"
Ближе к вечеру мы всей компанией пошли ужинать в таверну. Как обычно, сохраняя интригу, дядя Овидей, в красках рассказал, что познакомился с одним выходцем с Континента, который переехал на острова и открыл корчму с традиционной кухней лесных жителей.
— Клео, помнишь какие мясные "ушки" готовила Иви в замке Бартонелей? — Обратился он ко мне, вызывая воспоминания о кулинарных экспериментов их кухарки, — так вот, в корчме господина Саниэля почти такие же! Может быть, даже вкуснее, чем у Иви, но... ты молчок! Не говори ей, а то она обидится. Помнишь, как она ревностно относилась к своей кухне? — И пояснил уже для всех, — мы с Саниэлем почти земляки, так что он готовит много привычных для нас с Клео блюд. А для местных, сами понимаете, это экзотика. Можно сказать, заморские диковинки! Так что у него всего много народа. Это для нас он освободил столик... по-приятельски...
Слушая как дядя болтает без умолку, у меня закралось смутное подозрение, что он снова что-то задумал. Уж слишком хорошо я успела изучить своего родственника за время путешествий.
На входе в корчму нас уже ждал крепкий мужчина с заметным брюшком, нависающим над поясом. Он обменялся с дядей рукопожатием, сопровождавшимся взаимными хлопками по плечам. Откуда они оба были родом, так обычно здоровались старые приятели. Потом широким жестом провёл нас к уютной беседке, увитой виноградными лозами.
— Располагайтесь, гости дорогие, — низким бархатным голосом проговорил хозяин и галантно отодвинул стул для тётушки Исы.
Мать с близнецами в ошеломлении вертели головами. Они не ожидали, что запланированный скромный ужин превратится в пир. По щелчку пальцев вокруг столика тут же забегали столовщики.
— У нас праздник? — шёпотом спросила я у дяди.
— Да, — так же шёпотом ответил дядя и видя мой недоумевающий взгляд, одними губами добавил и подмигнул, — сама всё узнаешь.
"Сама, так сама, — подумала я, раскладывая на коленях кружевную салфетку, — хочется ему напустить тень на плетень, ну и ладно..."
Когда начало вечереть, прислужники повесили на опорах беседки фонарики. Глядя на раскрасневшееся от вина лицо дяди и его загадочно блуждающий взгляд, я поняла, что гвоздь программы ещё впереди.
Не успели служки с фонариками уйти, как к выходу из беседки подошла группа женщин в венках из полевых цветов. Одна из девушек одела на голову тётушки Исы такой же венок, после чего они чистыми голосами запели какую-то романтическую песню. В этот момент дядя Овидей опустился перед матерью близнецов на одно колено и протянул открытую бархатную коробочку с кольцом:
— Госпожа Иса Амелия Бартрам, — дрожащим от волнения голосом произнес он, — вы станете моей спутницей жизни?
По щекам женщины потекли слезы, она опустила голову и прижала сжатый кулак к губам.
— Иса, дорогая, — чуть слышно сказал дядя, — я хотел бы услышать ответ, — и ещё тише добавил, — я ничего не понимаю. Ты расстроилась? Ты согласна?
— Да, — еле слышно ответила она, закрыла лицо руками и чуть громче сказала, — это так неожиданно, что я не знаю что говорить. Мне неудобно...
— Она сказала "да", — дружно кричали близнецы, — ура!
— Ура, — тихим голосом сказала я со своего места и машинально похлопала в ладоши, хотя всеобщей радости не разделяла.
Над нашей беседкой после нескольких громких хлопков разноцветными огоньками распустился фейерверк.
На самом деле я была слишком потрясена. И ещё раздосадована. В какой-то момент мне стало обидно, что дядя, который был моим товарищем и попутчиком почти целый год решил втайне от меня сделать предложение матери близнецов.
Нет, нет, я ничего не имела против их брака. Наоборот, я была очень рада, что у них будет семья и возможно даже дети. Меня грыз изнутри червяк чувства несправедливости. Почему нельзя было мне рассказать? Я же не бабушка Афолеона? Уж я бы точно не стала ставить палки в колёса или пакостить? Мне казалось, что дядя Овидей просто одним махом подорвал доверие к себе.
Весь оставшийся вечер, пока другие радовались и пировали, я ковырялась вилкой в своей тарелке и собиралась с духом высказать дорогому дядюшке всё, что накопилось!
Позже, уже когда мы провели близнецов с их матерью домой, я не выдержала:
— Знаешь, как мне обидно! — Выпалила я, — снова чувствую себя какой-то чужачкой, до которой никому нет дела! И почему я опять узнаю обо всём последней?
— В смысле? — Пойманный врасплох дядя остановился посередине улице и внимательно посмотрел на меня, — я никому ничего не говорил, кроме Саниэля. Это он помог мне всё организовать!
— Близнецы всё знали! — Почти кричала я, — они всё знали, а я нет!
— Я ничего не говорил близнецам! Честное слово!
— Мата слышала, как ты признавался тётушке! — Уже не сдерживая слез негодования огрызалась я.
— Мы были одни... Хотя, постой... Может Мата не "слышала", а "ПОДслушала"? — Он намерено выделил интонациями слово "подслушала" и посмотрел на меня в упор, терпеливо выжидая, когда я перестану психовать, — когда я завёл разговор с Исой дома никого не было. Это я точно помню. И её я попросил до поры до времени никому ничего не говорить...
— Может и подслушала, — прикусив губу буркнула я, вспомнив, что Мата на самом деле подслушала. Но просто так сдаться я не могла, поэтому продолжила буянить, — какая разница. Всё равно все всё знали, кроме меня. А я... Это я... Это мне должен был первой рассказать!
— Почему ты так решила? — С неподдельным удивлением спросил он.
— Потому что мы друзья! Были друзьями, пока путешествовали!
— Клео, ты, наверное, забыла о записке от твоего родного деда, которую тебе передал Волгат с Военного острова? Я остаюсь на Острове, а ты отправляешься дальше. Одна! А я должен был остаться здесь. Тоже один. Сам не ожидал, что встречу настоящую Ису, а не иллюзию. А поскольку мы уже не так молоды, я решил... Да, я решил, — он повысил голос и помахал перед моим носом указательным пальцем, — что тоже имею право на счастливую жизнь. Именно такую, о какой всегда мечтал. Иметь домик, работать в библиотеке, учить детей. И желательно подальше от поместья Бартонелей, где глубокоуважаемая госпожа Афолеона уже всех своих сыновей задушила правилами рода, длинными списками как надо жить и всем прочим, в духе "что другие кланы подумают и скажут"!
Высказавшись, дядя Овидей ускорил шаг. Меня всё ещё душила обида, но дядина речь меня слегка отрезвила. С путаными мыслями я поплелась следом за ним в нашу комнатку в постоялом доме.
Свадьба дяди Овидея и тётушки Исы была тихой и скромной. В ратуше, кроме нас с близнецами были ещё Саниэль и несколько новых приятелей по библиотеке.
Следующие дни мы провели в переезде в небольшой домик у пристани, который дядя успел купить для своей семьи. Домик нуждался в ремонте, поэтому его и продали за небольшие деньги. Как он и мечтал, ему дали должность библиотекаря. Насколько я поняла, за дополнительную плату он ещё подвязался читать лекции по истории местным школярам и студентам.
— Может и к лучшему, что я нашёл свою тихую гавань? — Дядя делал вид, что никакой размолвки между нами не было, — Теперь у меня есть постоянный адрес. Мы сможем переписываться, когда ты найдёшь свой Рион...
Конечно, дядя как всегда был прав. Наверное, я тоже вспылила скорее не от обиды, а от осознания, что дальше мне придётся выкручиваться одной. Из любой передряги, куда меня только занесёт... Это для него наступит спокойная тихая и размеренная жизнь.
Наконец настал день моего отъезда. С бешено колотящимся сердцем я взошла на борт. Оставила в каюте свой походный чемоданчик и вышла помахать рукой провожающим.
Когда люди на берегу стали почти неразличимыми я достала из кармашка записку и снова перечитала:
"Дорогая внучка! Прости, что пришлось устроить для тебя серию испытаний. Поверь, так было нужно. Забери у хранителя пакет, попрощайся со своим дядей на Острове Переселенцев и возвращайся домой. Моя охрана встретит и проводит тебя. До скорой встречи на Рионе. Твой дед, Тео".
Продолжение следует...
Другие истории о приключениях ведьмочки Клео (в хронологическом порядке). Текущая часть выделена жирным шрифтом: