Пока дядя Овидей проводит время в островной библиотеке, Клео находит друзей — близнецов Мэта и Мату. К удивлению ведьмочки, брат с сестрой тоже умеют летать. Несмотря на строгий запрет ребята летают в лесу...
Предисловие от автора: главы черновика выходят без соблюдения хронологии событий. На этом этапе я просто записываю яркие эпизоды. Как и с "Непрошеным Даром", в Дзене публикуется материал, который только что вышел из-под пера. После этого книга пойдёт на доработку и редактуру уже за пределами платформы.
В качестве эксперимента, предложенного моей писательской доулой Анжеликой, путешествие по островам будет написано от первого лица.
Ссылки на все ранее опубликованные части и главы, расположенные согласно логике сюжета находятся внизу ⬇️
***
Несколько дней, после того, как мы с Мэтом и Матой втайне летали, они не приходили ко мне с приглашением погулять. Мне показалось, что они обиделись. А ещё я чувствовала себя виноватой из-за того, что, как обычно, не узнав их местные обычаи, обрадовалась возможности полетать, ну и... полетела куда глаза глядят.
Близнецы появились во дворе гостевого дома, в котором мы с дядей снимали комнату, ближе к середине недели. Об их приходе мне сообщил младший хозяйский сын:
— Там это, к тебе эти двое, которые брат и сестра пришли! — Как бы между прочим нарочно пробасил для солидности пацанёнок и смешно шлёпая растоптанными ботинками умчался куда-то в сторону сада.
Я выглянула в окно и никого не увидела. Может шкет пошутил? С него станется. Я спустилась во двор, чтобы проверить. Если пацан наврал, потом на него нажалуюсь его матери, пусть сама ему уши обрывает, что постояльцам сказочки рассказывает.
Первой я заметила Мату, она стояла возле калитки и с опаской поглядывала на цепного пса, мирно спящего возле своей конуры. Коренастая фигура Мэта маячила за спиной сестры.
В который раз меня удивило, что жители этого острова так сильно боятся собак. В поместье Бартонелей такого не было. И, вообще, бабушка была ярой противницей держать псов на привязи. Да и зачем? Даже крестьяне обладали маломальскими навыками бытовой магии, так что могли приручить и приспособить для службы даже одичавшую собаку. Ещё я вспомнила, как детвора со своими питомцами носились стайками по всей деревне, прилегающей к замку. И не было такого, чтобы чей-то лохматый кого-то покусал...
Завидев меня Мата помахала рукой, подзывая к себе. Вид у близнецов был виноватый.
— Ты, это, извини нас, что мы на тебя разозлились, — за себя и за брата сказала девочка. Мэт в этот момент многозначительно шмыгнул носом. — Мы потом уже подумали, что погорячились. Вы же с дядькой приезжие, многого не знаете... это мы тут варимся...
Мата прервала фразу на полуслове и снова с опаской огляделась по сторонам. Мэт всё это время молча стоял на одном месте, словно привязанный и был целиком поглощён процессом пинания по сторонам мелких камешков. Лишь изредка, в подтверждение слов сестры громко шмыгал носом.
— Ты не занята? — Озираясь спросила Мата, — давай прогуляемся? Мы кое-что тебе расскажем.
— Я быстро, — с радостью подхватила предложение близнецов я. — Только двери комнаты закрою на ключ. А то хозяйские дети любят совать нос куда не надо!
Последнюю фразу я сказала специально повысив тон. Судя по внезапно появившимся мурашкам, пробежавшим мелкой рябью по спине, похоже кто-то из малолетних хозяйских шалопаев наблюдал из-за кустов за встречей странной приезжей с местными ребятами. Подслушивал и мотал на ус, чтобы потом наябедничать. На всякий случай, проходя мимо пышной живой изгороди я показала язык, тем самым демонстрируя, что я догадалась о слежке и в свою очередь молчать не намерена. Если захочу, то в ответ нажалуюсь на беспардонность хозяйских детей.
Как и в прошлый раз мы с Мэтом молча шли за Матой по лабиринтам улиц.
На одном из перекрёстков близняшка одними глазами кивнула в нашу сторону, обращая внимание на мимо пробегающую собачонку, чем-то отдалённо напоминающую пекинеса.
Когда мы вышла за черту города к полям Мата наконец-то расслабилась и заговорила первой:
— Заметили псину-шпиона? — Спросила близняшка и посмотрела на меня в упор, словно ожидая подтверждение своих слов.
— Заметила, — кивнула я и не удержалась от встречного вопроса, — а почему шпиона?
— Видела у неё на ошейнике значок? — Вопросом на вопрос ответила девочка.
— Маленькая такая блестящая бляха, — уточил Мэт.
Я вытащила из памяти образ и пригляделась внимательнее. И правда, на ошейнике из-под шерсти выглядывала металлическая штуковина с гравировкой. Что на ней было выбито, я издалека не заметила.
— Ага, — поддакнула я, и снова переспросила, — а почему шпион-то?
— Отойдём чуть подальше и я расскажу, — тихо сказала близняшка и быстрым шагом пошла в сторону узкой лесополосы, разделяющей поля.
Там, усевшись под деревом, она начала рассказ. В это время Мэт сидел на дереве в качестве дозорного, готовый в любой момент подать знак со всег ног улепётывать.
— Всё началось несколько лет назад, точно не знаю когда, — чуть ли не шёпотом говорила девочка, — мы тогда с Мэтом совсем мелкими были, поэтому многого знать просто не можем. Мать рассказывала, что в какой-то момент начали пропадать летуны. Сначала по одному-двое в неделю, а потом целыми группами и чуть ли не каждый день. Мать строго-настрого наказала нам с братишкой летать только дома, под надзором бати. Сама она не летун. Это нам от папки досталось... соседи шептались, что в городе появилась какая-то то ли контора, то ли организация, которая и крадёт летунов для каких-то опытов. Мы малявки, думали, что эту страшилку взрослые придумали, чтобы мы послушными были и не бузили. А потом пропала вся семья мамкиной товарки по рынку. Она тоже не летун была, как и наша мамка. Это её муж летал, и все их дети. Вот так в один момент ушли в поле полетать и никто не вернулся. Помню, как тётка эта голосила у нас во дворе, а мамка её успокаивала. А потом и наш батя...
— Что тоже пропал? — С ужасом в глазах спросила я.
— Не, папка в море сгинул. В шторм попал, хотя тоже странно, обычно летуны если что бросают свои баркасы и добираются до берега по воздуху. Новую лодку купить можно и продолжить рыбачить, а вот жизнь... Наш батя, — с гордостью поведала Мата, — был родом из потомственных рыбаков-летунов. Они вместе с братом в море выходили, много рыбы привозили. Мамка с тёткой, женой брата потом в лавке целый день улов продавали. Мы тогда хорошо жили, игрушки нам покупали дорогие, у меня нарядов много было. После того, как батя с дядькой пропали, мать с женой брата продали лавку... мамка до сих пор сокрушается, что пришлось отдавать хорошую доходную лавку за копейки. Брать никто не хотел, говорили, что плохой знак покупать добро погибшего рыбака. Боялись, что место стало проклятым и на них тоже беды перейдут...
Мне было, конечно, очень интересно слушать рассказ Маты про их семью. Но, это, как часто повторял дядя Овидей, был частный случай. И пока я не понимала связи между рыбаками-летунами, собаками-шпионами и массовыми исчезновениями людей, поэтому осмелилась её перебить:
— А собаки-шпионы тут при чём?
— Собачьи соглядатаи появились чуть позже, — ещё тише заговорила близняшка, — сначала их не было. Сами местные друг на друга доносить стали. Началось из-за жадности и зависти, так мамка говорит. Обычные люди, которые не летуны, быстро поняли, что если семья летунов пропадала, то их дома и лавки можно было себе забрать, или покупать у осиротевшей родни за бесценок. Летуны ещё больше скрываться стали. Мамка нас тогда в дальний район города перевезла, чтобы на новом месте никто не знал, что мы с братом умеем летать. Когда точно появились собаки-шпионы мы не знаем. Слышали только обрывки разговоров, что эти псы обучены находить летунов. Чуют наверное?
— Вряд ли, — высказала я вслух свои мысли, — они бы вас с Мэтом в раз унюхали. Может быть просто следят, ходят по пятам и ждут, когда летун проявит себя. А потом докладывают кому-то.
— Возможно так и есть, — со вздохом согласилась девочка и продолжила, — а когда Зоопарк появился, летунам и вовсе несладко пришлось. Мать говорит, что в тот год чуть ли не треть жителей города исчезла в неизвестном направлении...
— А что в том Зоопарке такого страшного? — Я старалась разговорить Мату, пока была такая возможность.
— Никто не знает, — пожала плечами близняшка, — только слухи ходят, что там живут чудища, которым и скармливают бедных летунов. Сколько в этом правды не знаю. Никто из знакомых ребят над Зоопарком не летал, боятся все...
— Чудища из Зоопарка, собаки-шпионы... странно всё это и непонятно для чего, — я снова высказала вслух свои соображения.
— Мы тоже не знаем, — снова пожала худыми плечами близняшка, — и взрослые молчат. Нам ничего не говорят. Одно знаю, что страшно всем летунам. Мать говорит, мол, знала бы заранее, что до такого кошмара докатится, после гибели бати схватила бы нас в охапку и умотала на другой остров, подальше отсюда. А сейчас у мамки таких денег нет, выживаем всей семьёй на то, что мать зарабатывает с перепродажи рыбы на рынке. Будь мы чуть постарше, Мэт бы уже смог сам в рыбаки податься. Да и мамка пока против...
— Почему? — Искренне удивилась я. Дядя Овидей часто говорил, что рыбаки хорошо зарабатывают, особенно в крупных артелях.
— Много причин, — тихо сказала девочка, — во-первых, не дорос ещё, чтобы самому и лодкой и сетями управляться. Сейчас его только в подсобники возьмут, и то с разрешения матери. А мы с мамкой знаем, что это опасно. Мэт же простодушный и доверчивый, взлетит на лодке ненароком и всё, пиши пропало. Обязательно найдётся тот, кто донесёт на него за милую душу.
Мне показалось, что Мата непроизвольно шмыгнула носом, пытаясь скрыть щиплющие нос слёзы. Интересно, это традиция такая, шмыгать носом, когда не знаешь, что сказать, или это только у близнецов? Впрочем не важно, видно было, что я случайно затронула больную тему.
— Пора возвращаться, — Мата снова включила привычную для себя серьёзность, — задержались мы. Не ровен час мать пораньше с рынка вернётся, нас дома не застанет и устроит нагоняй. Или того хуже, запретит за ворота нос высовывать.
Увидев, что мы поднялись, Мэт слез с верхних веток и лихо спрыгнул с нижней на землю. Мата махнула ему рукой, мол, айда домой, но брат продолжал стоять на месте глядя на сестру с застывшей в глазах мольбой.
— Ну, ладно, — снисходительно кивнула девочка, поняв намёк, — только один кружок! Не больше!!!
Быстро скинув ботинки Мэт взлетел в воздух, стараясь не подниматься выше деревьев. Мата взмыла за ним. Пользуясь случаем, я тоже сбросила свои волшебные ботинки и присоединилась к близнецам.
По знаку поданному Матой, мы дружно спустились на землю, обулись и пошли обратно в город. Во избежание возможной слежки, Мата свернула на другую тропинку, петляющую еле заметной лентой прямо через кукурузное поле.
Пока мы молча шли гуськом, я думала о том, что рассказала близняшка. Мне было жаль детей, которые росли в таких условиях: всего бойся, себя не проявляй... Мне тоже изрядно доставалось от бабушки Афолеоны, но моей жизни не угрожали какие-то загадочные недруги извне. Самое страшное, что со мной могло произойти во время полётов разбитые коленки. Хотя дядя Умфрей и учил меня правильно тормозить и падать, я почему всегда поджимала ноги и выставляла вперёд свои многострадальные коленки...
Краем глаза среди плотных стеблей кукурузы я заметила клочок серой шерсти, повисший на нижних ветвях и метнувшуюся в сторону то ли тень, то ли... неужели собака-шпион? Среди высоченных и толстых ростков кукурузы и не разберёшь, и правда кто-то, как и мы бродит по полям, или мне показалось.
Близнецам о своём наблюдении я ничего не сказала. А зря... через несколько дней с выпученными от испуга глазами на постоялый двор прибежал Мэт и заикаясь сказал, что Мата пропала...
Продолжение следует...
Другие истории о приключениях ведьмочки Клео (в хронологическом порядке). Текущая часть главы выделена жирным шрифтом: