– Вот и славненько! – порадовалась сама с собой старушка. – Надо ведь только слегка подтолкнуть. Надо ведь… А, это ты, мой дорогой! – воскликнула бабуля, увидев вернувшегося с прогулки Дениса. – Что-то ты раненько!
– Тётка Анисья, смотреть особо нечего. Кругом нищета, – сделал вывод юноша, окинув окрестности свежим взглядом.
– А ты чего хотел?! В городах – богатеют. В деревнях – беднеют. Так было всегда. Время такое, парень, время.
– Да я помню другое время.
– Я тоже помню. Оно уже не вернётся. Давай-ка, Дениска, раздевайся. Будем обедать. Да баню надо смотреть. Затопил-то ты её правильно, а надо сейчас закрыть, если головёшек нет. А то жару не будет. На новом месте в баньке-то залезь на полок да загадай желаньице. Сбудется оно тут же.
– Да не верю я в это всё.
– А зря. Мы порой и в жизнь-то свою не верим. Так вот и её неинтересно проживаем. Верить надо. Как же без веры?! Ну, давай-давай! Как я тебя учила?!
Воскресное утро выдалось на славу. Погода радовалась. Наступало многообещающее предзимье. Тётка Анисья напекла пирогов, заварила крепкого чаю, достала душистого варенья, устлала пол вязанными на руках кружевными ковриками.
– Что за праздник сегодня? – спросил Денис.
– А у меня каждое воскресенье – праздник! Ты садись за стол. Я воскресаю. Сыновья меня убили. Ничего материнского во мне не осталось. Вот с тобой я снова почувствовала себя матерью. А ты мне скорее во внуки годишься, в правнуки. Нет, ты мне – как сын родной, роднее, ближе, дороже.
Вдруг к ограде подошла машина и засигналила.
– Кто бы это мог быть?! – спросила тётка Анисья. – Кто-то заблудился. Пойду я, выйду, Дениска, а ты посиди пока.
Парню и в голову не могло прийти, что автомобиль подошёл, знакомый до боли. Денис сидел за столом и ни о чём не думал. Ему было хорошо. Он уже мечтал о первом снеге и о встрече Нового года. А машина остановилась отцовская. Из неё вышли родители и Любаша.
– Ой, Дениска, посмотри, к нам гости! – защебетала тётка Анисья, приглашая далёкую делегацию войти в избу.
Юноша привстал и сел обратно на стул. От увиденного душа спряталась так глубоко, что, казалось, тело побледнело, словно у покойника.
– Сыночек! – зарыдала мама, обнимая Дениса. – Прости нас!
– Парень, погорячился я, – повинился и отец. – Вот мы привезли Любу, твою невесту.
– Ух, Дениска, почему не сказал? – обиженно спросила Любаша, сжимая дорогое существо.
– Мы все волновались. Полиция тебя ищет, – призналась мама. – Ехали весь вечер, всю ночь. Едва нашли. Действительно, очень далеко.
– Ну, давайте все за стол! – скомандовала тётка Анисья. – У меня ещё голодом никто не оставался. Хоть и говорят, что дачники – скупой народ, не верьте! Когда кто-то приезжает или приходит в гости, мы всегда всё самое лучшее и вкусное выкладываем на стол. Отведайте-ка, гости дорогие, мою кухню! Не городская, но лучше. Нисколько не уступит ресторанной. А Дениска у вас – золотой парень. И всё у него в жизни сложится ладно да складно.
Тётку Анисью Денис и Любаша перед свадьбой забрали к себе в Екатеринбург. Вскоре у молодожёнов родился ребёнок. Старушка была всем довольна и успела ещё поводиться и со вторым сынишкой. Когда смерть незаметно прокралась к ней в спальню, она не боялась. В ней билось сильное материнское сердце. Любовь к детям продлила её жизнь на целых восемь лет. У женщины был прогрессирующий рак, и сыновья, когда узнали об этом, отправили мать в далёкую деревеньку умирать. На похоронах никого из родных у тётки Анисьи не было, хотя им сообщили своевременно. Именем этой удивительной старушки счастливая пара в благодарность и в светлую память назвала своего третьего ребёнка.