Дед Алексей и бабушка Люба жили по-старинному. Такое впечатление, что они прямо из прошлого, минуя все подготовительные этапы, оказались в нашем времени.
Они не признавали никакие теплицы, высаживали огурцы прямо в грядку. Если вдруг ночь обещала быть холодной, с утренним заморозком, то бабушка Люба прикрывала рассаду обрывками газет, листьями лопуха. И огурцов у них было всегда полно, крепкие, сочные, с пупырышками.
Картошку они никогда не высаживали раньше Николиного дня. Ждали, когда земля прогреется.
- Рано нельзя: обидится земля, не примет, - уверяла меня суеверная старушка.
- А на самом деле? – спрашивал я.
- Надо, чтобы трава проросла. Землю вспашут под картошку, все сорняки на поверхности – меньше прополки будет, - пояснил мне Алексей.
Арбузы и дыни они не признавали, считали баловством. Зато обязательно сеяли репу и редьку. Причем, репу, когда рябина зацветала, до этого ни-ни, а редьку – только после Иванова дня.
Королевой, владычицей огорода была бабушка Люба. Правильные, неправильные, но все ее указы супруг выполнял беспрекословно, даже не вникая в суть того, что ему велено.
Зато дед Алексей знал толк во всех ремеслах, нужных для проживания в деревне. Там он был главный. Сам подшивал валенки. Занимался этим летом, заранее готовясь к будущей зиме. Выдергивал нитки из приводного комбайновского ремня, натирал их воском и аккуратно, стежок за стежком пришивал к валенку новую двойную подошву.
Весь сельхозинвентарь осматривал зимой, ближе к весне, насаживал, перенасаживал, менял, подгонял. Это для своего хозяйства, а по заказу хорошему человеку мог связать намет, такую снасть для ловли рыбы. Наметы получались легкими, уловистыми.
Но не все так гладко было и в этом «королевстве»! Имелись у деда Алексея свои капризы, когда он выходил из наезженной колеи.
Однажды он объявил своей старушке, что будет весь день гнать в бане самогон. Надо готовиться к праздникам. Сам ни капли! Вот он приоткроет дверь бани, сядет на порожек и станет следить за процессом. Жена его пусть контролирует супруга, он не возражает. И действительно, бабушка Люба все время подозрительно поглядывала, чем там занимается дед Алексей. А тот на самом деле смиренно сидел на пороге и даже не пытался как-то схитрить, чтобы хотя бы пригубить свою продукцию.
Прошло три часа, пора звать деда на обед. Потянула Люба дверь бани на себя, а старичок тут и выпал из бани к ней под ноги. Оказывается, он давно уже, изрядно употребив, спал сладким сном младенца, прислонившись к приоткрытой банной двери.
А то и сама бабушка Люба могла опростоволоситься. Ее родной брат жил в Крыму, вот и попросила Люба его в письме, чтобы тот прислал ей красного вина:
- Праздник скоро. Самогон гнать Алексею я запретила. А все-таки хочется мне старичка немножко побаловать.
Посылку принес почтальон на дом. Баба Люба в это время навещала свою подружку на другом конце деревни. Дед расписался, где надо, открыл ящик, и решил сам себя «побаловать». Сколько-то выпил сейчас, а остальное рано утром на следующий день, ничего не сказав жене, взял с собой, когда повел все козье стадо на пастбище.
Вечером бабушка Люба, испуганная, растерянная, увидев меня, попросила:
- Родненький! Нет и нет Алешки. Сходи, проверь его, я что-то боюсь. Не случилось ли чего худого?!
Дед лежал около речки, на мысу, под кустиком. Около него стоял его верный друг козел Яшка и с грустью смотрел на своего хозяина.
«Господи! Сотвори чудо!» - мысленно попросил я и наклонился, чтобы потрогать уже остывшее, по моему мнению, тело.
И чудо случилось!
Старик открыл глаза, посмотрел на меня, потом приподнялся, внимательно посмотрел вокруг:
- Василич! Что случилось? Раньше солнце вставало всегда на востоке, над Масленской! А сейчас оно совсем в другой стороне поднимается, над Ободануром! Неужто поменяли?! Зачем?!
- Алексей Петрович! Так вечер уже! Ты проспал весь день. Смотри-ка, и козы никуда не убежали!
- Никогда Яшка меня не бросит! И никому не позволит от меня уйти! – гордо произнес дед Алексей.
А потом с печалью добавил:
- Ой, как Люба меня наругает!
- Что-то мне подсказывает, ругать она тебя не будет.
И действительно, когда мы подошли к дому, старушка вскочила со скамеечки, подбежала к своему старику, обняла его и заплакала:
- Алешка, ты что надумал? Как же я без тебя?!
Дед тоже сразу расчувствовался, даже чмокнул свою старушку:
- Да проспал я целый день. Я, Люба, все вино из посылки выпил.
- Ну, и ладно! Мы еще с тобой к праздникам и самогоночки нагоним!
Я пошел домой к себе. Что тут делать? У меня своих дел полно!
( Щеглов Владимир, Захарова Юлия)