-Хороший, – просто и кратко ответила Александра.
- Вот и славно… – инженер Анисимов улыбался, а сердечко Сашино замирало от боли: отчего ж таким туманом… горьким, сизо-полынным, колышется грусть в его тёмно-серых глазах…
Андрей Михайлович часто спускался в шахту.
И сейчас Александра особенно чётко… даже зримо осознавала километровую шахтную глубину – будто сердцем измерила её.
Всегда ждала, когда инженер Анисимов поднимется на-гора.
Синее небушко в глазах сияло девчоночьей радостью…
Андрей Михайлович видел эту чистую и простую девчоночью радость… Устало проводил рукой по лбу, хмурил брови.
Вдруг подумал: скорее бы осень, – чтоб она замуж вышла…
Брови хмурил… а сам скрывал от себя, что радуется встречам с ней. И ждёт их – каждое утро…
Как же это несовместимо: счастье… и боль…
Готовили к открытию пятую западную лаву.
Неожиданно – всё ж девчонка… – оказалось, что практикантка Полухина замечает в чертежах малейшие недочёты, а в технической характеристике новой лавы находит несоответствия.
На удивление в глазах инженера Анисимова Александра серьёзно объяснила:
- По подземным геотехнологиям у меня пятёрка.
Инженер Анисимов слушал, как практикантка рассказывает о технических особенностях пятой западной лавы, как уверенно сопоставляет промышленные запасы угля с проектной длиной лавы, с длиной выемочного столба и вынимаемой мощностью угольного пласта. Девчонка эта даже возразила ему, горному инженеру, – по поводу ожидаемой среднесуточной нагрузки на забой. Анализировала расчёты… И не сразу заметила, что Андрей Михайлович опустил ладонь на её руку.
Подняла глаза… и вспыхнула – чуть ли не до слёз…
Встала из-за стола, отошла к окну.
И он подошёл к ней.
Она чувствовала его приподнятые руки.
Прикрыла глаза… и дыхание затаила – в ожидании, что ладони его опустятся ей на плечи…
Взлетало сердце от счастья… и плакать хотелось: у счастья вкус полынный.
А он всё же обнял её – бережно-бережно.
Сердце раненой птицей сорвалось с немыслимо счастливой высоты…
Перед глазами – так заметно покруглевший… в самой сокровенной, самой счастливой тайне – Маринин живот.
Александра повернулась.
Сдержаться бы… не расплакаться.
Чуть слышно прошептала:
- Не надо, Андрей Михайлович.
А сердце билось – хоть бы ещё… хоть бы ещё секунду – чтоб вот так… ладони его чувствовать.
И он расслышал сердечко её – не сразу убрал руки.
Вернулся за стол.
Справился с волнением – давно ж не пацан…
Встретил её взгляд:
-Спасибо тебе. И… прости. Я всё помню – что ты невеста… и про себя всё помню.
…А Марина каждый вечер напоминала:
- До родов ты должен перевестись в Управление. Я же знаю: тебе предлагают должность инженера в Управлении. Ты упрямишься – мне назло.
-Мариша, Мариночка!.. Почему же назло! Мы готовим к открытию новую лаву. Я начинал эту работу. Пятая западная подготовлена по моему проекту. И моё присутствие на шахте сейчас необходимо.
Марина не слушала: про новую лаву и проект инженера Анисимова ей ничуть не интересно.
-Ты упрямишься – мне назло. Но - знай: не переведёшься в Управление – я уеду к матери. Я не собираюсь рожать в этом… в этой твоей тьмутаракани.
- Марин! Ну, давай подумаем… В Меловском, где твои живут, условия гораздо хуже, чем здесь, в Верхнелуганском. Мать и сестра работают, помочь тебе будет некому…
Андрей сдержался, не напомнил Маринке, что мать её вовсе не обрадовалась
тому, что скоро появится внук… Зоя Степановна, когда узнала о Маришкиной беременности, недовольно скривила накрашенные губы:
- Не терпится хомут на шею надеть! – Предупредила Марину: – Если рассчитываешь, что я нянькой стану, – то учти: этого не будет. Я работу не брошу, и вообще, – в бабули я не собираюсь.
А Маринка раздражённо повышала голос:
- Я сказала: не переведёшься – я уеду к своим. И ребёнка ты не увидишь.
-Марин! Мариша! Что ж ты говоришь такое. Почему я не увижу своего ребёнка? Я очень хочу, чтоб он родился… очень жду его.
-Вот потому и не увидишь, – что тебе безразлично его будущее. Мы с тобой говорили: мы должны жить в городе. Ребёнок должен учиться в нормальной школе, иметь возможность заниматься музыкой, танцами… изучать иностранные языки. Ты выбрал Верхнелуганский – со своей шахтой?.. Вот потому и не увидишь ребёнка. У тебя ещё есть время. Думай.
Маринка беременна. И раздражённость её… и тревога вполне понятны.
Инженер Анисимов говорил с врачом. Лидия Алексеевна сказала, что беременность проходит непросто… что необходимо беречь Марину от любых волнений, особенно – таких, что связаны с переменой места жительства.
А Марина повторяла:
-Ты мне назло не хочешь работать в Управлении. Мне назло не хочешь жить в городе. Значит, я справлюсь без тебя.
…Анна Петровна выбрала время, когда отец в ночную работал… Покачала головой:
- Примечаю я, Александра… Ты, никак, с горным инженером…
Саша вскинула глаза:
- Что – с горным инженером?
- Тебе объяснять – что?.. Ладно, – школьницей была… Заглядывалась на него. Теперь-то должна понимать: женат он. И жена беременна – скоро ребёнок родится.
-Я знаю, мам.
- А раз знаешь… Чего в машине с ним разъезжаешь.
-Мы с инженером Анисимовым на «Белореченскую» ездили. По работе.
- Работница!.. На «Белореченскую» от нас автобусы ходят. А ты – на глазах у всего посёлка! – в машину к нему. А домой – до самой калитки! – чего он тебя привозит? Сама с шахты дорогу не знаешь?
- Да никуда он меня не привозит, мам. Один раз и было, – когда с совещания на «Белореченской» вернулись. Мне по практике надо было поехать на это совещание: там шла речь о строительстве нового шахтного ствола.
- Вот что… практикантка. Ты вроде говорила нам с отцом, что жених у тебя есть, что осенью замуж собралась. Обещала, что приедет он – познакомиться с нами.
-Есть. И – собралась. И приедет Игорь – после практики.
- И слово дала ему – что выйдешь за него замуж?
- Дала.
- Значит, держи слово. И честь соблюдай. И про то помни, что у инженера Анисимова семья. Видела я… как он в машине тебя за руку держал. – Саша покраснела. Красивые материны брови строго слетелись к переносице: – Запомни, Александра: спрос – с тебя.
-Он не держал меня за руку. Просто помог выйти из машины.
-Да тебя, я смотрю, не переговоришь, – сухо и холодно заметила мать. – Тебе – слово, а ты – десять в ответ. Сказано: не смей думать о нём.
А Андрей Михайлович принёс практикантке букет ромашек. Улыбнулся:
- Расцвели уже. Смелые такие. Хороводами разбегаются – под самым терриконом.
Александра опустила лицо в горьковатую ромашковую нежность…
Игорь не дождался окончания практики – приехал в Верхнелуганский.
Встретил Сашу у шахтоуправления.
Александра вышла с горным инженером Анисимовым.
Игорь не обратил на него внимания, обнял невесту:
- Соскучился, Саш!.. До конца твоей практики – целая вечность. Вот и… приехал.
А Саша будто и не удивилась приезду Игоря. Сдержанно представила его Андрею Михайловичу:
- Мой жених, Игорь Воеводин. Студент четвёртого курса горного факультета.
Игорь и инженер Анисимов пожали друг другу руки.
Продолжение следует…
Начало Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5
Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 10 Часть 11
Часть 12 Часть 13 Часть 14 Часть 15 Часть 16
Навигация по каналу «Полевые цветы»