Как обычно, в начале лета я приехал в деревню на каникулы. И в первый же день, я взял баян, вышел на крыльцо и начал играть. Играл я песни советских композиторов, которые пелись по телевизору. А знал я их очень много. У меня был хороший слух, поэтому подобрать песню на слух для меня было «плевым делом». Я сидел с баяном на крыльце уже не первый раз. Я и раньше это делал и позже. Позже я еще начал ходить в клуб и, вечерами, на улицу, где мне вручали гармонь и я был вынужден до утра ходить с молодежью по деревне. А молодежь вокруг меня резвилась, пела песни и танцевала. Но это было позже.
А сейчас я сидел на крыльце, перебирал баянные кнопочки и извлекал из баяна красивые мелодии. Мне нравилось это делать. Наверное поэтому я не особо стеснялся играть на баяне в клубе на большую аудиторию. Так я сидел около часа. Пока не перебрал все песни, которые знал.
В это время с соседней улицы, через огороды, шла племянница Веры Кудряшовой. Шла она по огороду не спеша, а когда вышла на открытое место и увидала меня, встрепенулась, лицо ее расползлось в улыбке и, вдруг опомнившись, она побежала мимо меня по улице.
Дом Кудряшовых находился от нашего через три дома. Это, примерно,250-300 метров. И тут я вдруг услышал, как Веркина племянница, не добежав немного до дома во весь голос (наверное было слышно на всю улицу) закричала: «Верка! Игорь приехал». И со всего разбега залетела в свой двор. Ну все. Теперь вся деревня была оповещена, что приехал Игорь. Теперь на одного гармониста-баяниста стало в деревне больше. И вечера будут еще интереснее. А если еще приехала и Лена Князева, то держись ночная деревня. Песни точно будут слышны до утра. И толпы молодежи пройдут по всем (почти всем) улицам.
Помню, как Лена брала гармошку и сама пела. Было здорово. Вечерами мы спускались с нашей улице в «хоровод», что около пруда. Кто-нибудь играл на гармошке, а девки пели.
Однажды произошел такой казус. Хоровод – это кем то из ребят поставленные самодельные скамейки на поляне, где мы вечерами собирались. После длительных дождей на лугах скопилось много воды и в середине нашего «хоровода» было видно лужу с грязной водой. Но это днем. А ночью было плохо видно, что под ногами.
Как то пришел к нам в "хоровод" мой сосед - Шурка Шубин (Артамонов). Он, как всегда был слегка поддатый. Но это не мешало никому. Даже – наоборот. Он разговаривал, хоть и с матерными словами, так интересно, что заслушаешься. А в эту ночь он, вдруг, решил сплясать. Для всех это было ново, поэтому все согласились и освободили круг между скамеек. Не помню, кто в тот момент играл на гармони. И не это важно. Шурка встал в середину «хоровода» и после того, как заиграла музыка решил пляску начать с притопа и прихлопа. У него получилась только первая часть. До второй части дело так и не дошло, потому что все не только вспомнили, но и ощутили на себе, что в середине «хоровода» была огромная лужа. Лужа с грязной водой. Это было что то! Все подскочили со скамеек, ругая Шурку за то, что он нашел место, где топнуть. А ведь все знали про нее. Вообщем половина ребят и девчат пошли отмываться от грязи, прилетевшей им из под ног Шурки. Вот такие были у нас казусы.