У Дуси сын Андрюша Петров - первоклассник. И пошел он в свою школу очень бодро - там товарищи и портфель с Чебурашкой. И все было у них прекрасно в первую учебную неделю сентября. А потом, конечно, страсти всякие по-тихоньку начались.
Идет однажды Дуся за Андрюшей - из продленки его забирать и домой вести. А к ней мама Люси Шляпкиной бежит. И говорит крайне возмущенно:
- Ваш Андрюша моей Люсе безумно дорогую вещь погубил. Взял и сломал у ребенка замечательную игрушку. А это, между прочим, подарок любимой Люсиной тети. Из самой Москвы привезли подарок! А ваш сын долбанул по чужому имуществу легкомысленно. И все - сплошные обломки получились. Займитесь, право слово, воспитанием. Люся вон моя рыдает безутешно. И что прикажете мне с ней делать? Чем утешение дать?
Дуся очки на носу поправила и на подарок из самой Москвы смотрит. А там, действительно, какие-то жалкие черепки. Эх, Андрюша. Только ведь неделю первую отходили в школу - а уже страсти.
А Андрюша тоже на черепки взглянул. И говорит такой:
- Эта любимая тетя своей Люсе Шляпкиной что-то странное подарила. Какую-то даже ерунду преподнесла. На шарик от пинг-понга очень смахивало. Люся по нему тапком шарахнула - шарику и конец. А я рядом стоял. Шарахать совсем немного помог.
Люсина мама тут руками всплеснула:
- Вот! Видите, что творится? Разбил и отпирается.
А Люся Шляпкина заплакала очень громко.
- Мне, - плачет Люся, - любимая тетечка Верочка подарила данный подарочек. Я его берегла и без лишней нужды не вынимала из своих закромов. А негодяй Петров добрался! И испортил мне всю жизнь своим глупым проступком.
И все, конечно, подбежали Люсю жалеть: гладить по голове и на Андрюшу смотреть с негодованием.
А Дусе - как матери - совестно стало за Андрюшину проделку. И говорит она Шляпкиным успокаивающим тоном:
- А давайте я вам элементарно стоимость поруганного изделия возмещу. Сколько стоил данный подарок из Москвы? Возмещу и уладим щекотливый вопрос.
- Семьсот рублей, - мама Люси Шляпкиной отвечает, - немного дороже, конечно, изначально было уплочено. Ну да пусть будет семьсот. Не обеднеем. Лишь бы вам был урок, а нам хоть какая-то моральная компенсация.
Дуся, конечно, финансы из кармана вынула и Шляпкиным выделила. И вот так они разошлись по домам.
А на следующий день вдруг новый конфликт разгорается.
Снова мама Люси Шляпкиной Дусю подкарауливает. И с большим возмущением объявляет:
- Вы, мама Андрюши, видать, вчера с ребенком беседу не провели воспитательную. Вон он сегодня вновь номер выкинул. Взял да и разбил нам очередной памятный подарок. Его Люсе дарил любимый дядя из славного города Тамбова на пятилетие. И очень Люся этот подарок берегла. Фактически в руки без особой нужды не брала - ухайдакать боялась. Лишь вот единожды в школьное заведение принесла - и такой плачевный итог. Решайте вопрос. Иначе побои сымать пойдем. У меня серьёзные связи в детской комнате.
И мама Люси показала на кучку обломков на газоне. Сама Люся, конечно, в горькие слезы кинулась.
- Дядя из Тамбова подарил! Берегла будто зеницу! Дядечка мой любимый! Пожалуй, и не оклемаюсь от утраты! Сломал этот Петров мне всю психику без остатка!
И валится ничком на газон - рыдать. Все опять, конечно, кинулись Люсю жалеть - и ребята, и учительница подбежала, и мама Люси. Окружили тесным кружком. А на Андрюшу все смотрят с осуждением и большим упреком.
Учительница, Марья Иванна, шепчет под нос:
- Уголовник, небось, растет. Натуральный урка.
Дети тоже нехорошее про Петрова шепчутся.
- А он завсегда такой - девочек обижать!
- Он, говорят, у всех игрушки ломает.
- Да, и сарай однажды поджег!
- А я, - Андрюша тут заявляет, - игрушек вовсе сегодня никаких не хватал. Это уж Люся Шляпкина сама постаралась. Принесла что-то в кульке и давай ногой топтать. Девка в первом классе, а уже сорок пять кило в ней. Неудивительно, что тамбовский подарок не сдюжил.
- Тыщу пятьсот рублей, - это мама Люсина в разговор вмешалась, - даже тыщу двести. Со скидочкой небольшой сделаем. И разойдемся по-дружески.
Тут Дуся очки поправила и немного рассердилась. “Это чего же, - думает она, - каждый день что-то ломается у Шляпкиных. И любящей родни у них еще, наверное, достаточно. И всюду-то мой бедный Андрюша крайний”.
И ушла она с Андрюшей за руку домой себе преспокойно. Мало ли какие ещё страсти школьные впереди их поджидают.