5 серия: Мазаччо «Изгнание из рая»
«Однажды он написал виноград столь правдоподобно, что птицы прилетали клевать его. А красоту молодого женского тела передавал так, что взглянуть на него было неземным наслаждением».
Эта десятки раз повторенная история о древнегреческом живописце Зевксисе стала любимой легендой итальянских художников XV-XVI веков. В ней Плиний Старший рассказывает, как жители города Кротона заказали величайшему мастеру конца IV века до н.э. написать образ Елены Прекрасной.
Шёл расцвет греческого искусства, мастера этого времени уже писали прекрасных женщин. Но красота Елены была столь совершена, что Зевксис попросил для картины собрать всех девушек Кротона, чтобы выбрать из них самую прекрасную. Сначала он выбрал пять самых красивых девушек города, а остальных отправили домой. Но из этих пяти лучшую выбрать уже было невозможно. И тогда Зевксис, как пчела с цветка на цветок перелетает, собирая мёд, от каждой из них взял самые красивые черты. Так он создал образ прекраснейшей Елены.
Эта легенда вдохновляла художников Возрождения и стала для них хрестоматийно-образцовой моделью. Вернее, важна была не сама легенда, а принцип — живописец собирает лучшее, что небрежно рассеяно в природе для того, чтобы синтезировать образ, который на самом деле природой и задуман, но никогда не исполняется до конца.
Ренессанс, по словам выдающегося историка и культуролога XIX века Жюля Мишле, это открытие мира и человека. Открытие человека означало также открытие красоты человека, утверждение его эстетической ценности в полном объеме. Человеческое тело становится предметом созерцания и любования. Ренессанс считал себя возрождением античности, а между тем мы помним, что искусство античной эпохи всегда стремилось представить идеального человека.
Неизвестно, читал ли Мазаччо Плиния Старшего, но этот принцип идеализации начинается в новой эпохе именно с него и становится неким генетическим кодом для итальянской живописи.
Изображая Адаму и Еву, Мазаччо хотел сделать человеческие тела подобными идеальным пропорциям античных фигур. Именно эта небольшая по размеру, но совершенно поразительная фреска капеллы Бранкаччи впервые открыла красоту человека, чтобы стать лейтмотивом живописи и скульптуры вплоть до самого высокого Возрождения.