Псевдореконструкция фантомной колесницы начала позднего
бронзового века Восточной Европы П. Ф. Кузнецова.
Свой вариант псевдореконструкции «колесницы начала позднего бронзового века Восточной Европы на основе изометрической проекции И. В. Чечушкова» предложил в 2017 г. П. Ф. Кузнецов.[1]
С методологической точки зрения псевдореконструкция псевдоколесницы П. Ф. Кузнецова не выдерживает никакой критики — это всецело антинаучный, антиисторический и антиархеологический умозрительный конструкт.
Предлагаемая автором «реконструкция» колесницы начала позднего бронзового века Восточной Европы производится на основе изометрической проекции «реконструкции» «колесницы» на материалах всех «колесниц» эпохи поздней бронзы урало-казахстанского региона И. В. Чечушкова «с привлечением аналогий древнейших колесниц цивилизационных центров»[2] — т.е.:
1) берутся данные о колёсных ямках и следах/остатках колёса/ступицы/оси сразу всех погребений синташты-петровки-алакуля с (символической) установкой двухколёсных повозок без каких-либо данных о кузове и дышле,
2) создаётся обобщённая фантомная модель не обоснованной археологическими фактами и никогда не существовавшей в исторической/археологической реальности «колесницы» (лесо)степи Урала–Казахстана с привлечением данных по реально существовавшим исторических колесницам древности за пределами ареала синташты-петровки-алакуля,
3) на основании этой сфабрикованной ментальной конструкции создаётся «уточнённая» модель фантомной «колесницы» начала позднего бронзового века Восточной Европы, для которой никаких следов принципиальных элементов структуры колесницы — т.е. колёсной пары на оси, кузова или системы перил и дышла — не зафиксировано,
4) добавляются данные по устройству кельтских колесниц и дышла микенских колесниц,
5) образуется нечто невообразимо далёкое от конкретно-археологической предметной реальности исторической науки и это нечто объявляется реконструкцией «колесницы начала позднего бронзового века Восточной Европы».
Методологическая степень ухода «реконструктора» от исторической и археологической действительности, мягко говоря, зашкаливает…
Если вдуматься, то «реконструированная» П. Ф. Кузнецовым, но нигде археологически в памятниках бронзового века Восточной Европы не зафиксированная «колесница» представляет собою причудливый агрегат (лат. aggregatus — соединённый, собранный, нагромождённый) исторически, эпохально, ареально, культурно, хронологически разнородных элементов — колёсные ямки с отпечатками обода, спиц, ступиц и оси синташты (Южного Урала)[3], некие неконкретизируемые данные по реально существовавшим колесницам древности Старого Света[4], информация о кельтских колесницах-платформах[5] и о микенских колесницах[6]...
На каком научном основании они сведены воедино в некое целое и выданы за якобы исторически и археологически существовавший артефакт бронзового века Восточной Европы (потаповско-покровского археологического ареала), понять из рассуждений и построений П. Ф. Кузнецова невозможно.
Сам П. Ф. Кузнецов утверждает, что «наименее подтверждённой… представляется обшивка бортов досками и изогнутая форма дышла»[7]. Но на настоящий момент нет никаких доказательств исторического и археологического бытования в бронзовом веке в Восточной Европе, на Урале и в Казахстане и системы обшитых кожей перил, и прямого и цельного, тем более предлагаемого П. Ф. Кузнецовым двойного, дышла.[8] Он же далее признаёт, что «объективная трудность, с которой сталкиваются все исследователи при реконструкции — отсутствие в погребении органики, которую было бы возможным интерпретировать как остатки кузова... поэтому гипотетичность любой реконструкции сохраняется»[9].
Итак, при реконструкции колесницы отсутствуют данные для восстановления дышла и кузова вообще. В таком случае возникает вопрос о принципиальной возможности и, главное, научной обоснованности и достоверности какой-либо реконструкции.
Не могут не вызывать удивления субъективные предпочтения «реконструктора». Так, П. Ф. Кузнецов указывает, что «параметры сходства синташтинских и кельтских колесниц совпадают… совпадают и основные размеры кельтских и синташтинских колесниц… кельтские кони были сравнительно малорослыми… большинство синташтинских лошадей имели в холке высоту среднюю и ниже средней… в современной европейской классификации эти параметры соответствуют классу пони».[10] Т.е., следуя логике П. Ф. Кузнецова, можно сделать вывод о том, что синташтинские колесницы были протокельтскими (хотя, опять-таки, не доказано достоверно-научно само историческое и археологическое существование синташтинских колесниц, в отличие от синташтинских двухколёсных повозок на конной тяге). Но потом оказывается, что «кельтская колесница (эсседа) имела лишь платформу и боковые перила. Но наши колесницы должны иметь защиту спереди и по бокам от грязи».[11] На каком основании делается такой вывод, автором не разъясняется и вряд ли может быть объяснено различием природно-климатических условий в зонах обитания археологически и исторически засвидетельствованных кельтов (к тому же ещё и постоянно перемещавшихся по территории Европы на протяжении всей своей истории) и синташтинцев — почему кельтам, обитавшим на пространствах от Малой Азии, Балкан и Дуная до Ирландии и от Дании до Северной Италии и Испании, не нужна была защита от колёсной и копытной грязи, а синташтинцам и потаповцо-покровцам — нужна? Неужели же кельтские лошади были намного культурнее (дрессированнее?) и чистоплотнее и во время (быстрого) бега в колесничной упряжке не забрызгивали грязью стоявших на платформе возницу и воина? Или же кельты сознательно отказались от противогрязевой бортовой защиты своих колесниц, которая когда-то существовала на их фантомных синташтинских прототипах? Это всё риторические вопросы, демонстрирующие ненаучную избирательность умозаключений П. Ф. Кузнецова. Если же говорить о печально знаменитом дождливом климате Восточной Европы и о её пресловутой непролазной грязи, то этот аргумент не работает, потому что антигрязевая кузовная защита стояла, в частности, на микенских колесницах древних греков, обитавших в совершенно ином климате.[12]
Итак, производимая П. Ф. Кузнецовым псевдореконструкция фантомной колесницы начала позднего бронзового века Восточной Европы антинаучна и антиисторична и является скорее несъедобным варевом, образовавшимся в ходе умопомрачительного смешения совершенно разнородных ингредиентов (лат. ingrediens — «входящий») колдовского зелья в ведьминском котле, нежели итогом полноценного и на каждом этапе и в каждом элементе достоверного и научно обоснованного труда учёного — археолога и реконструктора.
[1] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии // Вояджер: мир и человек: теоретический и научно-методический журнал. — № 8. — Самара: Самарский государственный технический университет, 2017. — С. 52, Рис. 5.
[2] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 41.
[3] «16 погребений синташтинскойкультуры с предполагаемыми остатками колесниц… Основной признак наличия колесниц, либо их деталей — отпечатки колёс… отпечатки колёс и ступиц, детали оси, органические фрагменты, возможно, от кузова» (Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 40–41.).
Уже на этом этапе происходит антинаучная подмена и фальсификация данных — колёсные ямки неизвестного типа двухколёсной повозки на конном ходу выдаются за следы исключительно стоячих (как по ходу изложения выясняется, непременно боевых) колесниц.
[4] «С привлечением аналогий древнейших колесниц цивилизационных центров» (Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 41.). Каких аналогий? Аналогий чего? Каких центров? На каком основании?
[5] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 43–44.
[6] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 45–46.
[7] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 41.
[8] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 45–47.
[9] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 45.
[10] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 43; см. также: Кузнецов П. Ф. Древнейшие колесницы погребальных комплексов Евразии // Внешние и внутренние связи степных (скотоводческих) культур Восточной Европы в энеолите и бронзовом веке (V–II тыс. до н.э.). Круглый стол, посвящённый 80-летию со дня рождения С. Н. Братченко (Санкт-Петербург, 14–15 ноября 2016 г.): Материалы. — СПб.: ИИМК РАН; Государственный Эрмитаж; СПбГУ; ЮФУ, 2016. — С. 36–37.
[11] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 45.
[12] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 45–46.
Фантомные «реконструкции» «колесницы» начала позднего бронзового века Восточной Европы П. Ф. Кузнецова 2017 г.[1]
[1] Кузнецов П. Ф. О реконструкции древнейших колесниц Евразии. — С. 52, Рис. 5.
Текст и иллюстрации приводятся по изданию:
Семененко А. А. Лернейская гидра: псевдонаучная псевдоколесничная псевдоархеологическая псевдореконструкция СНГ и данные объективного исследования. — Воронеж: Электронная монография на правах рукописи, 2021. — 608 с., 65 + 487 илл. — ISBN 978-5-6043336-4-8.
(https://www.academia.edu/49046598/)
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 1.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 2.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 3.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 4.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 5.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 6.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 7.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 8.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 9.
Фабрика фейков Аркаим-Синташта. Эпизод 10.