Прочитала на редкость честный и ценный для нашей реальности пост о том, что худеть, приводить себя в порядок – дорого. Его написала в Фейсбуке правозащитник Александра Крыленкова, которая похудела на 36 кг. Александра признается, что диета, активный спорт почти каждый день съедают много денег, времени и занимают всю твою голову: тебе постоянно нужно считать калории, выбирать еду, готовить отдельно. Нужно иметь свободное время на спорт, тот же подсчет калорий, ведь это очень муторно: каждую крошечку ты взвешиваешь, записываешь…
Как человек, склонный к полноте и всю сознательную жизнь проведший в борьбе с лишними килограммами, я точно знаю, что усталость, занятость сразу выбивают тебя из “похудательного” графика: тебе некогда готовить, выбирать продукты, идти в магазин. Бывает, так наработаешься в саду, по дому, что кончаются силы даже взвесить еду. Ну и чувство голода после тяжелой работы накатывает такое, что ограничивать себя уже трудно.
Еще я много лет не ела красное мясо – это тоже дорого, тебе нужно больше рыбы, индейки, орехов. И, наконец, я в марте прошлого года отказалась от сахара, просто не стала его есть в любом виде, включая выпечку и конфеты. И скажу вам, что сахарозаменители некалорийные и натуральные, к примеру, эритрит, крайне дороги. Как и сладости без сахара. Даже печенье на вредной фруктозе дороже обычного. А что уж говорить о выпечке на изомальте, сорбите, стевиозиде… Все, конечно, знают, что сахар опасен, но как от него отказаться, если денег нет?
Я всегда помнила, что стройность для склонных к полноте людей это роскошь. И знала, что бедные либо тяжело работающие выглядят хуже, потому что у них нет свободных ресурсов следить за собой
Позавчера был день рождения Джорджа Оруэлла. Помимо известных антиутопий Оруэлл написал много куда более серьезных, на мой взгляд, книг. В частности, у него была повесть “Дорога на Уиган-пирс”, представляющая собой публицистическое исследование жизни горняков и безработых. И там он еще в 1936 году очень подробно пишет, почему бедные люди или работяги не едят здоровую еду. И дело не в дороговизне, а в том, что у них нет времени и сил следить за разнообразием продуктов, искать их. Вкусная и полезная еда малокалорийна, поэтому работяги предпочитают съесть еду вредную, но сразу побольше калорий. Они не дробят рацион, им некогда. Помню, Оруэлл отмечал, что безработные вместо более дешевых серого хлеба и отрубей покупают дорогой белый и белую муку. Ясно же – из отрубей получишь меньше энергии, это медленные углеводы, они не дают ощущение моментальной сытости, а тяжело работающим людям нужно именно оно. У меня по этому поподу была, не поверите, стычка с питерскими литераторами, которые очень хвалили роман молодого писателя Влада Ридоша “Пролетариат”. По-моему, кроме жюри Нацбеста, куда книгу выдвинули в 2019 году, прочитала его только я одна. И запомнила лишь, что там рабочие завода варят тыквенный суп. Это оказалось настолько недостоверным, что лучше всего остального подчеркнуло слабость книги. Просто, никакие работяги тыквенные супы не варят: много энергозатрат и мало калорий.
Ничего со времен Оруэлла не изменилось, несмотря на кажущееся выравнивание бедных со средним классом.
В странах с более ощутимой классовой разобщенностью, как в США или Великобритании, полнота стала уделом бедных
Да-да, у нас велико финансовое неравенство, а там – настоящее классовое общество.
К нам это приходит в новых поколениях молодежи, по которым уже видно, что культура питания и спорта в семьях отсутствует. А нет ее, как правило, из-за нехватки денег и занятости: спорт, постоянное приготовление здоровой пищи, слежение за рационом – это сегодня роскошь, на которую нет денег, времени и сил. Потому мы все чаще отличаем подростков из бедных семей. Лет до двенадцати дети более или менее одинаковы, потому что подвижны, а потом начинается сидение у компьютера, переедание и полнота. Похудеть им потом во взрослом возрасте станет очень тяжело, на это тоже нужны будут деньги, силы и свободное время.
-----------------------------------------------------------------------------------------------