Эта история произошла с моей коллегой Ольгой и её ребёнком и развивалась у меня на глазах.
Малышу было три с небольшим года, когда пришла пора сдавать очередную пробу Манту. Незадолго до сдачи ребёнок переболел бронхитом, но это не смутило ни участкового педиатра, ни маму малыша. Манту оказалась увеличена, и ребёнку назначили повторную сдачу манту и диаскинтест одновременно. Результат также оказался выше нормы.
Затем их направили на УЗИ органов брюшной полости, где было обнаружено незначительное увеличение забрюшинных лимфоузлов. Следующим этапом обследования было КТ брюшной полости, где особых проблем не было выявлено. Однако специалисты нашего небольшого городка решили направить ребёнка на консультацию в областной центр. В ходе этой консультации диагноз так и не был поставлен. Ольгу с ребёнком отправили домой ожидать результатов консилиума, который должны были собрать врачи областного центра.
Она была на работе, когда ей позвонили из тубдиспансера и сообщили, что ребёнку поставлен диагноз туберкулёз забрюшинных лимфоузлов. Ей было предписано немедленно забрать ребёнка из детского сада и явиться для оформления на госпитализацию. Каково же было её изумление, когда выяснилось, что в нашем городе нет стационара для детей, больных туберкулёзом, и трёхлетний малыш отправляется на лечение один в другой город за 200 км. Оля категорически отказалась от оформления сына на лечение без сопровождения, на что в ответ услышала угрозы вплоть до лишения её родительских прав.
Неизвестно, чем бы мог закончится этот конфликт, но, к счастью, руководитель нашей организации имел связи в тубдиспансере и обратился к ним с просьбой помочь прийти к согласию в решении этого вопроса. Ольге разрешили начать лечение дома при условии, что она каждый день будет приезжать к ним с ребёнком за лекарствами.
Так начался их долгий путь к выздоровлению. Чтобы не потерять работу, Оле пришлось вызывать из другого города пожилую маму для присмотра за сыном. Она исправно ездила каждый день, через пару недель ей разрешили не возить каждый раз ребёнка, а затем и вовсе стали выдавать лекарства сразу на неделю. Как только у неё появилась возможность, она перестала давать сыну лекарства, поскольку была убеждена, что диагноз был высосан из пальца, и ребёнок ничем не болен.
Каждый месяц они ездили сдавать анализы, и результаты стабильно «улучшались» чудесным образом. Через полгода повторный снимок КТ не выявил никаких проблем, однако терапию решили продлить. И лишь спустя 9 месяцев им наконец отменили лекарства, т.к. все показатели были в норме. Разрешение посещать детский сад им подписали ещё спустя три месяца. Целый год ребёнок был изолирован от общества, лечился и шёл на поправку, не принимая никаких лекарств.
С тех пор прошло уже 2 года, и больше у Ольги и её сына не было проблем с пробой манту. Так был ли все-таки верным поставленный диагноз, или врачи перестраховались? Как мог ребёнок излечиться от туберкулёза, не получая необходимых лекарств? Права ли была Ольга, приняв такое неоднозначное решение?
Мария Комашня
Как бы вы поступили в такой ситуации?
Подписывайтесь на наши соцсети: