Для нас обычное дело раздавать вещи умерших. И даже как-то неудобно их не принять. Лично у меня таких вещей много. Во-первых, это мебель и елочные игрушки умерших родителей мужа моей сестры.
Удивительно, но я случайно вышла на их могилы. Такого, наверное, не бывает. Сложно представить, что идя по многотысячному кладбищу ты можешь найти немногочисленных покоящихся там родственников. Я нашла. Отца мужа моей сестры я хорошо помню, он всегда относился ко мне как к хорошему родственнику: помогал, сочувствовал. Поэтому я приняла его мебель, когда переехала в барак. Теперь каждый раз, подходя к шкафу, его вспоминаю.
Чувствуя все это, мне было непонятно, когда цыгане выбросили на дорогу детские игрушки, отданные им после смерти одного из родственников моих соседей. Игрушки были хорошими, практически новыми, но цыгане сказали, что у них категорически нельзя принимать вещи покойных, мол, с ними передастся судьба.
И вот они съезжают. Чтобы все не везти в новое жилье, часть старых вещей они решили выкинуть. Но просто скинуть в бак нельзя. Об этом узнала у мамы моей соседки — Нины (она недавно освободилась, сидела за сбыт наркотиков, а отец моей соседки до сих пор в колонии).
Нина - женщина очень странная, на мой взгляд. Она несколько раз походя меня прокляла, а потом сказала, что я слишком внушаема. Сомнительно, ведь сказать "нет" им я всегда могла.
Я ее застала за простым делом — она жгла на своем не вспаханном огороде обувь. Я спросила — зачем? Она ответила: если просто выброшу в мусорку, кто-нибудь может подобрать и обуть. У них так нельзя. Нельзя чужого одевать, нельзя свое оставлять.
Раньше я думала, что они жгут все на огороде что-то просто, чтобы от комаров защититься. Оказывается — это ритуал. Сжег вещь до такой степени, чтобы ею никто больше не воспользовался, можешь выкидывать. И совесть спокойна, и обычаи не нарушены.