Если уж заводить разговор о врубелевской «Царевне-Лебедь» (1900), то начать надо с того, что послевкусие глубокой печали воздействует на сердце гораздо сильнее, чем невероятная красота загадочной красавицы. Только первые мгновения картина погружает в омут восхищенного молчания. Чем дольше смотришь, тем громче начинает пульсировать тревога, необъяснимая, но нарастающая. Неслучайно Михаилу Врубелю пришлось всю жизнь биться практически в одиночку над тайнами мироздания. Даже самые близкие, искренне любившие художника люди, не могли разделить с ним его творческую одержимость; ведь образы, вырывавшиеся брызгами красок на его холсты, не подчинялись ни одному известному художественному стилю. Он был инопланетянином, прилетевшим, чтобы рассказать землянам об иных мирах и другой, тонкой ипостаси человеческой души. Удивительное дело: когда жизнь по капле сочилась, и тело умирало на глазах, дух художника становился ещё сильнее, ещё точнее ложился каждый штрих простого карандашного наброска. Порт
Художник Михаил Александрович Врубель: печальная магия «Царевны Лебедь»
17 октября 201917 окт 2019
2642
2 мин