О жизни своей бабушки, купеческой дочери Анастасии Степановны Румянцевой, родившей 10 детей, пережившей революцию, арест мужа - коменданта Ходынского аэродрома, рассказывает читатель канала "Московские истории" Олег Румянцев (часть 3-я).
После революции Анастасия Степановна и Николай Георгиевич с детьми по-прежнему, хотя гораздо скромнее, чем прежде, жили в собственном доме на Ярославском шоссе, и дедушка все так же был комендантом Ходынского аэродрома. Аэродром, правда, с 1923 года носил имя Троцкого, а в 1926 году стал Центральным аэродромом имени Фрунзе.
Поменял он не только имя, но и характер. Если изначально на Ходынке собирались энтузиасты и любители всевозможных воздушных экспериментов и трюков, то теперь дело обстояло гораздо серьезнее.
В сентябре 1920 года Приказом Реввоенсовета здесь был создан научно-опытный аэродром (НОА) Главвоздухфлота республики — первая в стране исследовательская и испытательная в сфере военной авиационной техники. В 1926 году Опытный аэродром преобразован в Научно-испытательный институт ВВС РККА.
Царским офицерам здесь явно было не место. Тем более, что и свои, советские специалисты уже успели подрасти. С 1921-го по 1931 год были вычищены почти все "старорежимные" офицеры и генералы.
Черед Николая Георгиевича настал в конце 1920-х годов. Арест был, как всегда, внезапен - пришли и забрали. Всё документы, фотографии, записи деда были изъяты при аресте.
Дали 15 лет с конфискацией. Мама, Валентина Николаевна, рассказывала, как в дом пришли приставы - описывать имущество. И увидели к тому времени уже голые стены, бабушку и 9 малолетних детей. Старший из приставов тогда сказал, что здесь из имущества только дети, больше описывать нечего. Так и ушли.
Оставалось либо вместе с детьми лечь и помирать, либо действовать. Бабушка предпочла второе. Она записалась на прием, и таки прорвалась, к "всероссийскому старосте" (всесоюзным его стали называть позже), председателю ЦИК СССР Михаилу Калинину. К нему толпами валили ходатаи, и он, как ни странно, многим помогал.
Уж чем его бабушка разжалобила? Голодными детьми? Или сыграло роль, что он, как и она, был родом из Тверской губернии? Но Калинин за Николая Георгиевича походатайствовал, и тот был выпущен из тюрьмы - без права работать по профессии.
Пока все это длилось, Анастасия Степановна с помощью мужей племянниц (которых когда-то сама и сосватала), работавших в трамвайном депо имени Апакова, устроилась кондуктором. Когда Николай Георгиевич вышел на свободу - устроили в депо и его.
"Воспоминание... связано со скрежетом трамваев, выползающих на
рассвете из железных ворот парка, с тяжелой кондукторской сумкой, натиравшей плечо, и с кислым запахом меди", -
писал об аналогичном периоде своей жизни Константин Паустовский. Но как-то приспособились - зато все были вместе, на свободе.
Единение длилось недолго: в 1934 году Николай Георгиевич умер от заражения крови. Похоронили его на Преображенском кладбище, на 10-й линии, на участке семьи Румянцевых.
Начало: "Бабушка была очень брезгливой и своей посудой запрещала пользоваться даже детям", "Николай Георгиевич остался комендантом Ходынского аэродрома - у большевиков не было ему замены".
Окончание: "Семью переселили в поселок Ашуково. Там, где стоял их дом, теперь ВДНХ".
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru